Чтение онлайн

— То, что Джейми не из предприимчивых, еще не делает из него антихриста. Вы с ним близкие друзья, ему это тяжело. Может быть, он просто нуждается в поощрении.

— Я залила в него шесть порций коктейля «Западное побережье», включила нежного, романтичного Ллойда Коула, села к нему на колени и практически вешалась на него.

— И что было дальше?

— Он сказал, что чувствует себя разбитым и что сидение в противном полумраке не способствует бодрости. А потом придрался к музыке, вскочил и поставил «Бронски Бит». А эта музыка совсем не подходит для поцелуев.

— А ты не пробовала поговорить с ним об этом?

— Конечно, пробовала. Я стала объяснять ему, что я нормальная девчонка, у которой все в порядке с гормонами, и что у меня есть свои желания и потребности. Знаешь, что он сказал?

— Что?

— Он сказал: «А почему ты мне это говоришь? Тебе что, невтерпеж?»

— Ох, Рэйчел, мне так жаль. Не знаю, что и сказать.

— Ты посмеешься, когда я расскажу тебе, что он еще сказал. Что он меня слишком уважает. Представляешь? Большинство девятнадцатилетних парней готовы трахаться хоть с бревном, а мне достался какой-то отмороженный урод. Попомни мои слова. С ним что-то неладно.

— Ну вот, я до смерти устал, — говорит Джейми, растянувшись на заднем сиденье. — Долго нам еще?

— Держи себя в руках, — отвечает Рэйчел, — уже скоро.

— Почему ты так ухмыляешься, Эмилия?

— Да так, просто вспомнилось кое-что.

— Ну, выкладывай. Я практически в коматозном состоянии, а в голове как будто гвоздик.

— Ну, это в точности как тогда, когда я встречалась с Тони, помнишь? Вы оба вечно набрасывались друг на друга, а может, скорее, разбрасывались друг другом.

— Боже мой, зачем ты это вспоминаешь? — говорит Рэйчел.

— Заткнись. Ты легко унижаешь людей. Ты сделала меня геем.

— Да-да, милый, сейчас ты путешествуешь с Гее-производительницей и Мужеотпугивательницей, — говорит Рэйчел. — Уверена, что ты включишь этот факт в свое сетевое резюме, правда?

Я забронировала для нас номера в «Лимерикс Дромоленд Касл», чудесном пятизвездном отеле, неподалеку от аббатства Гленстал. Это мой вклад. Рэйчел все время за рулем, а Джейми очень нравится роскошная жизнь, но денег на это у него никогда не бывает.

Однако, рассудив, что сейчас мы на задании, мы решили сперва совершить набег на Гленстал, выспросить, где живет Тони, и, если повезет, заполучить номер его телефона. Затем по плану следует возвратиться в «Дромоленд», слегка освежиться, принять какое-нибудь спиртосодержащее укрепляющее средство и затем — ик! — позвонить ему и узнать, расположен ли он встретиться с нами попозже.

Прошла, кажется, целая вечность, и наконец аббатство Гленстал распахивает перед нами ворота и мы проносимся по подъездной дорожке. Поскольку сегодня суббота, площадка для регби полна тренирующихся подростков, на которых так и облизывается Джейми из окошка машины.

— Если ты не прекратишь устраивать здесь спектакль, я тебя убью, — рычит на него Рэйчел. — Утихомирься.

— Я просто наблюдаю. Чего ты привязалась?

— Ну, ты же отказывался ложиться спать, не так ли?

Мы останавливаем автомобиль в огромном внешнем дворе и лениво выбираемся из него, потягиваясь после долгого путешествия. Стоит замечательный, солнечный день, и я с удивлением нахожу, что ни капельки не волнуюсь по поводу предстоящей встречи с Тони.

Точнее, жду не дождусь.

— Ты все продумала? — спрашивает Рэйчел, пока мы ковыляем по каменным ступеням к парадному входу.

— Разумеется. Что плохого может случиться? Даже если он окажется женат, все равно повидать его будет здорово. И кто знает, может быть, мы снова станем добрыми друзьями. У каждой девушки в жизни должен быть свой Тони Ирвин. Такие люди, как он, редки, как алмазы.

— Я иду прямо за вами, слышу все, что вы говорите, и просто хочу предупредить, что нисколько не ревную, — говорит Джейми.

Мы барабаним в тяжелую дубовую дверь и стоим в ожидании, которое кажется вечностью.

— Я не выношу ожидания, — говорит Джейми. — Мне хочется напрудить в джинсы от нетерпения.

Наконец двери открывает старый монах, согнутый возрастом в три погибели. Ничего удивительного: школу-пансион организовали монахи-бенедиктинцы.

— Здравствуйте, отец, — приветствую его я, пытаясь говорить непринужденным и обычным тоном.

— Брат, — поправляет он.

— О, прошу прощения, я хотела сказать «брат». И простите за то, что мы так вламываемся, но мы просто проезжали мимо и, понимаете ли, подумали, или, я хотела сказать… нам сказали, что… да, знаете ли, дело в том, что один человек, с которым мы были знакомы когда-то давно, рассказал нам, что другой человек, которого мы давным-давно не видели…

— Мы приехали повидаться со старым другом, — вмешивается Рэйчел, перехватывая нить разговора и, спасибо ей, прервав меня на полуслове. — Он преподает здесь историю и английский язык. Может быть, вы скажете нам, как его найти? Его зовут Тони Ирвин.

Монах кажется озадаченным.

— Хм-м, позвольте, вы сказали, Тони Ирвин?

— Да. Если это вас не слишком затруднит. Если бы мы узнали номер его телефона, это было бы прекрасно.

Старик-монах все еще в затруднении.

— Я пытаюсь припомнить, мои дорогие, у нас здесь так много служащих, знаете ли…

— Это же Тони Ирвин! — повышает голос Джейми, словно монах глух как пень. — Он нашего возраста. Высокий, светлый…

— Ах да, конечно, — говорит монах, весь засияв. — Вы имеете в виду брата Антония. Он сейчас в часовне со старшими мальчиками на вечерней молитве. Может, вы войдете внутрь и подождете его? Я уверен, он будет рад вас видеть.

— Вот так, вот так, — утешительным тоном приговаривает Рэйчел. — Просто выпей. Отличный джин, он скоро загладит это воспоминание.

Мы втроем сидим в баре отеля «Дромоленд Касл», несколько ошарашенные последним поворотом событий.

— Спасибо, — благодарю я, стараясь внятно выговаривать слова. — По-моему, существует небольшая опасность, что в алкоголе, текущем в моих жилах, найдут кровь.

— Ну кто бы мог подумать, — произносит Джейми уже в тысячный раз за вечер. — Брат Антоний. Ни за что не пиши мемуаров, Эмилия. Тебе никто не поверит.

— Он выглядит прекрасно. А как по-твоему? — мрачно спрашивает Рэйчел.