Чтение онлайн

— Вытяни руки, я еще раз на них посмотрю, — командует Рэйчел.

Я послушно исполняю то, что сказано.

— Отлично, так-то лучше. Искусственный загар чуть не пошел полосками. Опять все спасает добрый старый телесный грим.

— У меня так было со средством из Сен-Тропеза, — говорит Джейми. — Там, конечно, написали на флакончике все инструкции, что нужно сделать чистку и увлажнить кожу, перед тем как его накладывать, но пропустили самое главное: оставаться трезвым.

И тут под моим окном громко гудит клаксон.

— О господи, это он, — слабо взвизгиваю я.

Клаксон трубит снова.

— Пусть он сам поднимется и позвонит в дверь, как нормальный человек, — бурчит Рэйчел. — Он что, думает, что он таксист?

Еще несколько гудков, и Филип наконец понимает, что ему все-таки придется выйти из машины и подняться по лестнице.

Три наши головы резко исчезают из окна, чтобы он нас не заметил.

— Должен сказать, насколько я его разглядел, он очаровательно выглядит в парадном костюме, — говорит Джейми.

— Он не голубой, — замечает Рэйчел.

— Ну да, конечно, если я его хвалю, то мысленно уже раздеваю.

Я отпиваю еще один глоток шампанского, и Филип звонит в дверь.

— Занавес открывается, — говорит Джейми.

— Не напрягайтесь, — шепчу я в панике, — помните, что иногда его манеры сильно отличаются от общепринятых.

— Мне это нипочем, — говорит Рэйчел. — Оставьте его мне.

Через две минуты она вводит его в гостиную, где я стою у камина, пытаясь выглядеть естественно и непринужденно, однако боясь сесть, чтобы не измять платье.

— Филип, рада вас видеть, — говорю я, пока он холодно целует меня в щеку. — Вы, наверно, помните Джейми, а у двери вас встретила моя подруга Рэйчел.

— Да. Привет, Джейми, — здоровается Берк, пока Рэйчел пристально его разглядывает. Клянусь, я чувствую, как она пытается определить, нравится он ей или нет.

Берк едва ее замечает, что само по себе странно. Определенно это первый мужчина за долгое-предолгое время, который нечувствителен к смертоносному феромону Рэйчел…

Неловкое молчание.

— Хотите выпить? — предлагаю я.

— Я за рулем.

— Ах да, простите.

Еще одна долгая пауза, которую Филип и не пытается заполнить.

— Вам нравится платье Эмилии? — наконец спрашивает Джейми.

— Э-э… очень мило, — отвечает он. — Моя матушка носила такие давным-давно.

— Что? — не веря своим ушам, переспрашивает Рэйчел.

— Конечно, сейчас она их не надевает. Ей восемьдесят два.

Рэйчел бросает на меня озадаченный взгляд, как и всякий, кто не привык к берк-филиппикам.

Опять молчание.

— Вам трудно было достать приглашения? — спрашивает Джейми.

— Сомневаюсь, учитывая, что Филип — глава телеканала, — нервно смеюсь я.

— Я просто пытаюсь поддержать разговор, — оправдывается Джейми.

— Да нет, не волнуйтесь, — равнодушно сообщает Филип. — Я просто выиграл их с подпиской на журнал «Белла».

Мы молча смотрим на него.

— Это была шутка, — добавляет он.

— Да, точно, — хором восклицаем мы, пытаясь изобразить веселье.

Опять молчание.

«О боже, это явно будет самый мучительный вечер в моей жизни, — думаю я. — Во что я ввязалась?»

— Полагаю, нам пора идти, — наконец говорю я Филипу.

— Тогда пока, милочка. — Джейми целует воздух около моей щеки, чтобы не испортить макияж. — Только помни мое золотое правило: выиграешь или нет, не порть свои достоинства своими недостатками.

— Это не пустяки, такая церемония, — говорит Рэйчел, обнимая меня. — Удачи тебе, милая. — Она многозначительно жмет мне руку, словно говоря: «И желаю тебе удачи с этим парнем, который, сказать откровенно, страннее некуда».

Я понимаю, что она имеет в виду.

Джейми и Рэйчел машут нам вслед, обещая запереть квартиру и поддерживать постоянную мобильную связь в течение всего вечера. Я сажусь на переднее сиденье рядом с Филипом, и мы молча трогаемся с места.

Не проходит и двух минут, как я замечаю нечто, чего предпочла бы вообще не видеть.

Тот, чье имя навсегда останется неизреченным, стоит во дворе своего дома и моет свой джип. Он видит нас, а мы видим его, и это ужасно.

— Это тот южноафриканец, который явился незваным на вашу вечеринку? — спрашивает Филип, не упускающий из виду ничего.

— Э-э, да, — отвечаю я, пытаясь говорить беззаботно. Как будто незваные гости приходят на мои вечеринки каждый божий день.

— Бывший бойфренд, не так ли?

— Да.

— Я бы сказал, очень интересная история.

Он пытается выудить информацию? Или это берк-филиппика для поддержания разговора?

Трудно сказать…

Одно я знаю точно. Это не та тема, на которую я хотела бы распространяться. Особенно сегодня вечером.

Я поворачиваюсь к Филипу и весело улыбаюсь:

— Не настолько интересная, насколько длинная.

Он окидывает меня взглядом.

— Это была попытка пошутить, — сдаюсь я.

Но он не смеется.

«О господи боже, — думаю я, — такой вечер, наверно, и в кошмаре не приснится…»

Когда мы прибываем в «Четыре времени года», легче не становится. Филип отказывается оставлять машину на стоянке отеля, потому что с него требуют десять евро за парковку, и поэтому припарковывается на соседней улице. И это человек с шестизначным годовым доходом. «Улыбайся и сохраняй изящество», — говорю я себе, ковыляя к отелю на шпильках в сопровождении Филипа.

Когда мы наконец добираемся до зала, он весь заполнен гудящей толпой, и я радуюсь, повстречав Дэвида Брютона с женой и Дженет, нашего дизайнера, которая взяла с собой Сьюзи из съемочного отдела. Мы обнимаемся и приветствуем друг друга, восхищаясь новыми платьями, прическами или, в моем случае, радикальной переменой во внешности.

«Положение улучшается, — думаю я. — По крайней мере, здесь прекрасная компания коллег, нормальных людей, с которыми можно поболтать и посмеяться. То есть по большей части нормальных».