Чтение онлайн

Старший Рас медленно провел перстами по лбу девочки, в том самом месте, где после лапы антропоморфа на коже остались мелкие кровавые рубчики и беспокойно обозрев их, ласково вопросил:

– Что у тебя со лбом?

– Он... Этот зверь надавил на лоб и точно всосал кожу,- пояснила Влада да теперь и сама огладила мелко иссеченную кожу на лбу.

– Антропоморф наступил на тебя?- резво откликнулся поспрашанием со своего кресла, стоявшего справа Дивный, и самую толику подался с него вперед.

– Да, прямо на лоб... и надавил... Было дюже неприятно,- произнесла в ответ девочка и неспешно поднявшись с рук Бога села, прижившись к его груди.
– А потом потекла юшка. Она текла так долго... Погляди, Отец, я испортила всю рубаху.- Влада протянула в направлении, столь далекого от нее лица старшего Раса, правую руку, материя рубахи на оной побурела от застывшей крови.- И еще... Еще, Отец,- голос отроковицы многожды понизился и порывисто дернулся.- Я потеряла. Потеряла меч Воителя... и ремень, и цепочку Златовласа. Словом все...все.- Она торопливо вскинула вверх левую руку и провела по мочке уха, где висела цепочка с хризобериллом.
– Все кроме дара Седми.

Небо ласково провел пальцем по широкой, красной полосе на груди юницы, кажущей свои рваные, кровавые края даже с под разрезанной материи рубахи, оставленной когтем зверя и успокоительно произнес:

– Все это не страшно... Меч разыщут, пояс привезут новый, цепочку я подарю тебе сам. Ее сделают лучшие мастера.

– Нет!- гневно вскликнула Владелина, обращая сие негодование токмо на себя и на свои потери, да болезненно перекосила лицо.- Как ты не поймешь, Отец, это был дар... Дар, как твоя рубаха... Они были мне очень дорогими.- А теперь уже обращая раздражение на Небо, стремительно от него отклонившись, дополнила,- я звала тебя! Кричала... Кричала, а ты не слышал. Или не хотел.

– Что ты, что ты моя драгость, я просто не мог,- перебивая скорую, возбужденную речь отроковицы дыхнул старший Рас, и немедля обняв правой рукой ее затрепетавшее тельце, притулил к своей груди.- Просто не мог услышать... моя милая, любезная девочка... Бесценная лучица,- нежно дошептал Бог уже в голову Влады и прикоснулся к ней губами.

Юница от той теплоты на чуток прикрыла глаза, наслаждаясь успокоением царившим в объятиях Бога и безмолвием в зале, нарушаемым лишь движением прохаживающегося вдоль стен Седми так и не присевшего на пустое кресло стоящее подле Отца. Прошло какое-то время, и Небо сызнова приголубив волосы Владелины, тем движением, словно проверяя ее состояние, очень тихо сказал:

– Милая моя, я хочу, чтобы ты показала Дивному, что видела.

– Показала?- изумленно повторила девушка, и, отворив очи, нежданно ощутила страшную слабость во всем теле, вроде единождым махом разморенным жаркими лучами солнца.

– Да, показала,- продолжил мягко говорить старший Рас.- Я знаю, моя драгость, ты устала, у тебя болит бок, ручки и ножки, но я прошу тебя потерпеть самую малость... А потом тебя накормят, снимут боль и дадут отдохнуть.

– Хорошо, Отец,- согласно отозвалась Владелина, и, втянув в себя дух Бога, напоминающего сладковатый аромат пыльцы, поцеловала ткань его рубахи.

– Владушка, ступай ко мне,- позвал ее бархатистым баритоном Дивный.

Небо бережно подхватил девочку подмышки, и, приподняв с колен, аки махую дитятку поставив на пол, повернул в сторону брата. Слишком редко общающаяся с Дивным, Владелина всегда особенно волновалась при виде этого Зиждителя, каковой реже иных появлялся в капище и также нечасто прикасался к ней, точно недолюбливая. Его венец удерживающий в навершие солнечный плоский диск, переливающийся ядренистым золотым светом, малозаметно качнулся вправо, вроде желая упасть на отроковицу, отчего та резко дернулась в сторону, и, застонав, схватилась левой рукой за правый бок.

– Поторопись Дивный, видишь же как она обессилена. Как страшиться тебя. Придай положенной теплоты своему взору, в самом деле почему я должен это тебе говорить,- повелительно дыхнул Небо, и ту молвь не услышала ни Владу, ни иные Боги, ибо она прозвучала мысленно лишь для брата старшего Раса.

Дивный, и впрямь, немедля придал благодушности своему в целом холодному взору, и, вытянув руки вперед, несильно обхватив девочку за плечи, торопко привлек к себе. Он бережно поставил Владелину себе на колени так, чтобы ее глаза оказались на уровне его лица. При этом Богу пришлось слегка вздеть стопы с пола и под ними мгновенно, вытянувшись из кресла, образовался неширокий облачный ком. Продолговатые глаза Дивного, где сияние бирюзовой радужной оболочки порой поглощали не только белую склеру, но и черный зрачок настойчиво воззрились в юницу, и из них в ее сторону потекла такая любовь, нежность. От той чувственность Влада не просто колыхнулась всей плотью, не просто дрогнули в коленях ее ноги, но похоже еще и закачался мозг внутри головы. И сие хорошо, что Бог крепко удерживал отроковицу за плечи, а то она б непременно упала или бы в голове лопнул переполнившийся волнением мозг. Дивный медленно поднес губы ко лбу Владелины и ласково к нему прикоснувшись, да тем снимая всякое покачивание и тревогу, чуть слышно прошептал:

– Ну, что ты, моя девочка, как так недолюбливаю...Как можно такое думать... Вельми, как и иные Расы люблю, беспокоюсь. Не надобно меня пугаться, страшиться.

Зиждитель отвел уста от лба отроковицы и наново глянул в ее очи и одновременно, несколько изменив тембр голоса, молвил:

– Седми, прошу тебя, прекрати расхаживать по залу, ты отвлекаешь меня, присядь малецык... И все остальные тихо, чтоб не напугали, нашу драгоценность.- А после со всей теплотой, такой как говорил с юницей Небо, дополнил,- Владушка, любезная моя девочка,- и голос Дивного проник в обессиленное тело девушки наполнив теперь уже ощутимой любовью каждую ее клеточку, волосок.- Я обхвачу твои щеки руками и загляну в глаза. На миг... ровно, на миг я сомкну пальцами тебе нос. Ты, словно вдохнешь, а посем выдохнешь. Больно не будет... Главное, чтобы ты не испугалась, хорошо?
– юница не сводя очей с Бога, молча, кивнула.

Было слышно... не столько видно, сколько слышно, как опустился в кресло Седми и Небо, что-то вельми ласковое, успокоительное послал в его сторону.

– А теперь сделай глубокий вздох и смотри мне в глаза,- это, кажется, Дивный не сказал, а лишь мысленно произнес, ибо губы его не шевелились и темно-русые волоски, усов, возлежащие на них не трепетали.- Ты позволишь, милая моя драгость, позволишь, драгоценный наш малецык, заглянуть в тебя?- днесь это прозвучала просьба, также вопрошенная мысленно, и юница, похоже, также мысленно, точнее даже не осознанно, вроде за нее ответил кто-то другой, позволила.

И тогда Зиждитель отпустил плечи Влады, и, обхватив ее щеки, вроде прикрыл своими мощными ладонями и часть лица, и когда она глубоко вдохнула, сомкнул большими перстами ноздри. И тотчас крупные очи Бога вспыхнули ядреной лучистостью, да полностью поглотив зрачок, заполонили бирюзой всю склеру. На уборе, не менее, светозарно запылал плоский круг и мгновенно прокрутился вкруг собственной оси, а Влада нежданно узрела бездонную черноту космоса, будто от одного ее вздоха выросшую пред очами. В глубинах той хмари резко живописалось огромное светящееся тело в виде петли, окутанное туманами, где длинные, более узкие хвосты выходили из одного его края. Девочка стремительно вошла в завершие того хвоста, и враз пред ней лучистой россыпью мелькнуло бесчисленное множество горящих звезд, планет, астероидов и кружащего словно в буране скручивающегося по спирали межзвездного газа и пыли. Внезапно показалось и вовсе престранное творение, оно как допрежь и сама Галактика, вельми стремительно, правильнее молвить, рывком начерталось пред глазами. Серебристого цвета овальное тело было сверху по спинной стороне туловища прикрыто широкими пластинами, изредка приподнимающимися ввысь и слегка покачивающимися, судя по всему, вбирающими свет от горящих недалече нескольких вельми ярких голубоватых звезд. По краю тела из-под пластин казалась костистая оторочка, тянущаяся повдоль всего туловища. На переднем конце тела поместились длинные хватательные руки, напряженно вытянувшиеся вперед и ощупывающие угловатыми краешками пространство округ себя. Зримо колеблясь, те руки, исторгали из себя костистых созданий, антропоморфов. На спине туловища как раз на стыке широких пластин и выходящих из него рук находилась округлая площадка, прикрытая сверху полупрозрачным стеклом.

Девочка, вроде как ударилась лбом об эту плотную преграду и разглядела перед собой большое помещение похожее на квадратную пещеру, схожую с той, где ее держали, и внутренние стены, потолок, пол которой были серебристыми, а по их глади струились в разных направлениях, ярко-голубые огни, напоминающие капли воды. В середине помещения стоял достаточно высокий, с широкими плечами человек поразивший Владу своими несколько раскосыми, блистающими зеркальностью, очами, с орлиным профилем носа и слегка выступающими вперед, нависающими скулами. Голова человека, по всему вероятию, была лишена волос, в целом, как и лицо. И та самая лысая макушка, также как и глаза переливались серебристой зеркальностью. Тем стальным светом блистало и все тело человека обряженное в какую-то плотно облегающую одежу. Смуглая с желтоватым отливом кожа лица, внезапно блекло замерцала, когда человек взглянул на огибающий по коло помещение высокий стеклянный помост, где лучисто просматривалась не только Галактика Млечный Путь с загнутыми влево широкими полосами света, но и сама Солнечная система, с центральной газовой звездой, и восьмью планетами.