Чтение онлайн

За ночь ситуация в районе ухудшилась. В местах скопления людей – на остановках, на рынке, в магазинах, были зомби. Мужчины пытались их отстреливать, но, как только звучали выстрелы, все это стоявшее доселе скопление сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее двигалось к милиционерам. Оставаться на месте было рискованно – толпа могла запросто заблокировать авто, ведь уазик – это не БТР: по людям особо не поездишь. Приходилось срываться с места и улепетывать, плутая по дворам. Оставаться на месте становилось все опаснее, а зомби вроде как поумнели: знали, что там, где стреляют, – люди, и двигались на звуки выстрелов, некоторые даже пытались бежать за машинами, но куда там! Скорости им не хватало за ними угнаться. Но уже сейчас страшно было представить, что случится, если не удастся вырваться. Такая толпа просто разорвет на части.

Возле забора и на прилегающей территории скопилось достаточное количество трупов, но из окрестных домов и дворов подходили новые и новые зомби. Хотя, может, подтягивались со стороны остановки – не суть важно.

Важно было то, что живые зомби с удовольствием пожирали мертвых. В смысле тех, кого повторно отправили в мир иной.

А еще появились собаки. Мертвые. Это было видно по их внешнему виду. Дворовые псы редко когда отличались ухоженным видом и лоснящейся шерстью, но этих с живыми ну никак нельзя было спутать… В отличие от человеческих зомби в зомбособак попасть было намного сложнее. Собаки попадались разных размеров, поэтому если в бобика размером с овчарку было сложно попасть, то в кабыздоха размером с перекормленную кошку – еще сложнее. А самое хреновое, что эти мелкие зомбаки могли спокойно протиснуться сквозь прутья ворот. В идеале следовало бы обшить ворота и забор стальными листами, но где их найдешь посреди спального района? Так что пока дали приказ смотреть в оба.

В общем, картина Репина «Приплыли» была эпиграфом к начавшемуся новому дню.

Пока все остальные мамки кормили своих чад, к Виктору подошла жена и с горечью сообщила, что у нее нет молока – пропало от волнения.

– Я пока Наталью попросила Артемку покормить – у нее молока хоть залейся, но нужно что-то придумать. Неизвестно, как у нее с этим делом будет – до мужа-то она так и не дозвонилась. И еще…

– Говори, – устало ответил Виктор, надевая привычную куртку. В голове промелькнула мысль, что надо бы домой сгонять за сменной одеждой для себя и Алены, а то она как была в больничном спортивном костюме и тапках, так и осталась. Благо их дом совсем рядом – одна из тех свечек-шестнадцатиэтажек. Разве что парней для подстраховки взять, потому как глупо одному идти, когда за забором куча зомби зубами щелкают, желая отведать плоти молодецкой. К тому же неизвестно, что творится в самом доме, то есть в подъезде и на этажах. Этажные коридоры были настолько запутанными, что в них, не зная, куда идти, можно было легко заблудиться.

– Нужно что-то думать с детьми. Я имею в виду, организовать спальные места. Потому как очень уж спать с ними неудобно.

– Лен! Ну какие спальные места?! – воскликнул капитан. – Ты не видишь, что творится в городе? Где я тебе сейчас работающий мебельный магазин возьму?

– Витенька, ну не злись, пожалуйста… Здесь недалеко есть детский магазин, там коляски должны быть – чем не кроватка? Да и все равно что-то решать нужно. Как минимум с постельным бельем и едой.

– Ладно. Я подумаю, что можно сделать, – буркнул Виктор, у которого от плохого сна и накопившейся усталости голова раскалывалась.

«Вчера с самого утра голова болела, сегодня болит… Хреновая тенденция, учитывая происходящие события», – подумалось ему.

Виктор разыскал Серегу Паркова, Толю Иванова и Димку Митрофанова – того самого беркутовца. Все же идея в голову пришла безрассудная, и «на дело» лучше идти с проверенными людьми.

– Слушайте, мужики, я вам сейчас предложу подсудное дело, но, учитывая окружающую обстановку, ерундовое.

– Ну вещай! – ухмыльнулся крепыш Митрофанов, прислоняясь к стенке и скрещивая на груди руки.

– У нас пятеро грудничков и одна дамочка на сносях, она в любой момент может разродиться. Всем им нужны памперсы и прочая дребедень, а у нас даже койко-мест для них нет, не говоря уже про бутылочки всякие и соски. Поэтому предлагаю бомбануть ближайший детский магазинчик.

– Ну дело-то неплохое. Правда, в случае ахтунга все мы почувствуем посторонние предметы в анусах, и начнется жизнь как в грузинской бане – не успел нагнуться за мылом, как сзади уже очередь из волосатых ног.

– Я предупреждал, конечно. Значит, нужно все сделать так, чтобы никаких ахтунгов. Инсценируем под гоп-стоп, в случае шухера – виноватых я всегда найду. Не оскудела бомжами земля русская. Сами видите, что вокруг творится. Если засветимся – я вас не видел, вы меня не слышали. Разойдемся, как в море корабли.

– Да ладно тебе! Че ты паникуешь раньше времени? Обойдется!

Вот так и пошли «на дело», прихватив беркутовский автобус для транспортировки награбленного. Димон еще и троих бойцов из своих взял – заверил, что ребята нормальные, проверенные, – не проболтаются.

Перед воротами ошивалось несколько упырей, которых беркутовцы и положили по просьбе часового. Грохнул дружный залп, и мертвецы свалились как подкошенные. А парни запрыгнули в автобус.

Виктор только сейчас понял, какая хлипенькая защита эти ворота и заборчик… Собаки-зомбаки могут между прутьями пролезть, а если повалит толпа зомби, створки вылетят, как от тарана.

Вот интересно, а птицы тоже обращаются? Потому как если да, то это создало бы определенную проблему – по стае воробьев из «калаша» не постреляешь.

Магазинчик действительно находился в трех шагах от отделения, буквально за поворотом дороги, огибающей отделение и пустырь возле него. А возле входа в магазин, как часовой на посту, дежурил зомби. Вернее, зомбячка или зомбачка… Ну, в общем, зомби женского пола. При появлении людей, высыпавших из остановившегося автобуса с синими милицейскими номерами, она будто вышла из транса и начала медленно двигаться к ним, пока одиночный выстрел окончательно не отправил ее на тот свет.

– Опаньки. А здесь до нас уже кто-то побывал, – констатировал Серега Парков, дергая незапертую дверь.

– Ну кто не первый, тот и не второй – женская мудрость. Так что можно все свои сомнения в правильности поступка откинуть, – потирая руки, ответил Виктор.

– Мужики, стойте здесь, рубите фишку, – выдал своим подопечным задачу капитан-беркутовец, а сам принялся таскать добро из магазинчика.

– Эй, глядите! А вон колбасный ларек. Может, и его того… экспроприировать? – кивнул в сторону сержант Иванов.

– Товарищ старший сержант, да у вас просыпается воровская жилка!

– А я че? Я так… предложил.

С балкона четвертого этажа ближайшего дома, заметив наглый грабеж, громко пригрозили вызвать милицию. От народ! В городе мертвецы живые бродят, а они ментов на грабеж будут вызывать.

– Спокойно, дядя! Идет законная экспроприация в пользу голодающих детей Африки! – гаркнул во всю глотку Серега. А так как глотка была немалая, то получилось довольно-таки громко.

Справа послышались выстрелы, – видать, ребята заметили мертвяка.

– Мужики, ускоряйтесь! – крикнул кто-то из дозорных.

– Ну так что, магазинчик бомбанем? – не унимался Толя.

– Уймись, Иванов. Мы еще пока представители власти.

– Угу. Голодные…

– Так надо было утром есть то, что давали.

– Да я рис терпеть не могу! Ни в каком виде! – скривился от воспоминаний о завтраке сержант.

– Ну выбирать не приходится.

Стрельба не утихала.

– Мужики, что там у вас? – крикнул караульным Виктор.

– Прут, как к теще на блины! Быстрее давайте, слишком много домов вокруг!