Чтение онлайн

Итак, услышав, о прибытии с войсками Сахибкирана, в его душу впал страх и послал служить к высокому порогу Сахибкирана младшего брата с подарками и подношениями, прося пощады. Государь принял его хорошо, подарил коня, халат и отправил к брату, сказав: «Иди и скажи Хасану от меня, пусть нисколько не беспокоится и не боится и быстрей идет свидеться с нами!» Младший брат вернулся и передал слова государя о пощаде. Однако тот несчастный из-за обуревавшего его страха не имел силы выйти из крепости и, склонившись к вражде, вынужденно приготовился к сражению. Победоносные войска, засунув за пояса подолы халатов, направились к крепости. Построив катапульты, ударами камней разрушили дома тех предателей. Во вторник (11.11.1393), который был третьим днем, Хасан выпустил из крепости свою мать, направил к Сахибкирану, поднес несколько коней, подарки и жалобно просил: «У нас нет такой мочи, чтобы сразиться с /150б/ ними, и нет такой силы, чтобы выйти и удостоиться чести увидеть их лик. Если Сахибкиран простит мою вину, проявив царскую милость к своему рабу, и сжалится, то пошлю сына и брата к его высокому порогу на службу». Сахибкиран хорошо принял его мать и сказал: «Ради тебя я прощаю его вину. Но ты иди и немедленно пришли сюда сына. Определенно знай, что, ежели он не придет, то по его вине прольется кровь мусульман». От этих слов женщина призадумалась, она пораженная и ошеломленная вернулась в крепость и передала сыну слова Сахибкирана. Тот не вышел из крепости и вынужденно стал готовиться к сражению. Войско Сахибкирана стало рыть подкопы под крепость. Сын Шайх Али Бахадура, Саййид Ходжа, вместе с другими бахадурами рыл подкоп и добрался до одной башни. Ночью полностью освободили ее основание и свалили башню. Ударами сабель отогнали врагов и взяли внешнюю крепость. Те, боясь за свои жизни, перебежали во внутреннюю крепость. Амир Хасан от еще большего страха и испуга обещанных через мать посланников не выпустил из крепости и понадеялся на недоступность внутренней крепости и заперся в ней, целиком приготовясь к битве.

Поступил обязательный к исполнению фирман: «Всему войску со всех сторон вырыть подкопы!» И тавачии, согласно фирману, каждому беку и их войскам выделили особое место. Все занялись рытьем подкопов, но построили отдельно пять башенных крепостей[795]. Чекка Тавачи подробности фирмана довел до людей, и каждый занялся рытьем подкопа на выделенном месте. Первый из них — тюмен Коппек-хана, который восглавлял Шайх Арслан, они со всем старанием занялись работой; второй — Пир Падишах внука Тагай Темур-хана, которые, засучив рукава, рыли подкоп; третий — Ходжи сына Ходжи Юсуфа Улджайту Апарди; четвертый — Аллахдада, сына амира Токал Барласа; пятый — амира Джалал Хамида, Шамс ад-Дина Али и Искандара Тавачи — все три бека были заняты подкопом; и еще — Бурхан Оглан и Джамал ад-Дин Фирузкухи — оба бека были заняты подкопом; еще — Йадгар Андхуди; еще — Лутфуллах ибн Баян Темур ибн Ак Буга; еще — Хамза Табан; еще — Азад Кахлагачи и Тенгриберди — оба бека были заняты подкопом.

Из тюмена царевича Мирзы Шахруха Ит Ходжа Муса и Камал-бек также были заняты подкопом; еще — Давлат-шах Хисабчи и Фарах Лазани Кушчи, их два кошуна также были заняты на подкопе; еще — Черкас Сувчи и Баязид — оба бека также были занять: на подкопе; еще — Джалал Бавурчи и Баян Кушчи — оба бека, роя подкоп, добрались до камня, благодаря судьбе государя, на том камне вырыли слоноподобную пещеру размером в тридцать пять кари. И еще — Шамс ад-Дин Учкара, Топлак Кавчин и Абул Касим, родственник Аббас-бека, — все три бека на подкопе; еще — Джахан Малик, Юсуф Джалил, сын Хасан Джандар-бека; еще один подкоп — Ходжа Расти и Кара Мухаммад Идигатмиш-бек.

Из большого тюмена и тускала[796] тюмена Хутталана Али Дарвеш Барлас, Шайх Хасан Капчугай и Шахсувар — эти три бека были заняты на подкопе. Из тюмена амира Тагай Буга Барласа — Токал и Юсуф Чехра-бек — были заняты на подкопе. Еще — Севинчак Бахадура и кошун Той Буга Шайх-бека — заняты на подкопе; еще — Асил ад-Дин Кумми; еще — Шайх Дарвеш Илахи.

Из тюмена царевича Миран-шаха — Кутб ад-Дин-бек, брат Камар ад-Дина Джете, Ахмад, сын Мухаммад Султан-шаха, и Туглук Темур Кавчин — все три бека были на подкопе. Еще — Хамза Сулдуз и Хамза Катгу-бек — были заняты на подкопе; еще — Тахир Савеи; еще — Давлат Ходжа Арлат; еще — амирзаде Умар Муаййид[797] и Шерзад Учкара-бек — на подкопе; еще — Мухаммад-бек Арлат и Дарвеш-бек — на подкопе; еще — Йахья Ата-бек, царевич Халил[798] и Иди Берди Бахши Озбек — на подкопе; еще — кошун амира Усмана, главой которого был Тилак Кавчин, тускал амира Йадгар Барласа, Менгли Ходжа, Коппакчи Юртчи и Али — все эти беки на подкопе.

Еще — Шайх Мухаммад Ийгу Темур; еще — амир Шах Малик; еще — Улджайту Буга Маджалкачи и Ас Темур-бек; еще — Ардашер, брат Алка Тавачи; еще — Саййид Ходжа, сын Шайх Али Бахадура; еще — Аллахдад, брат Хаджи Сайф ад-Дин-бека, и Аман-шах — оба бека на подкопе. И еще — Шайх Али Кавчин, Лалам Кавчин и Истави — все три бека на подкопе; еще — Йатык Суфи — под его начальством вырыли пещеру в горе; еще — Ходжа Масъуд Сабзавари — под его начальством в камне вырыли большую дыру; еще — Мурад, сын Элчи Буга Кавчина, и Хаджи Худайдад Кашши — на берегу реки вырыли большой ров.

Все эти люди за короткое время в земле вокруг крепости вырыли[799] подобные слонам по размеру пещеры.

Увидев все это, Хасан пришел в изумление и замешательство, послал человека, прося прощения и пощады, согласился заплатить штраф за свои повинности. Государь Сахибкиран сказал: «Пока он не выйдет, нет пощады!»

Наутро, умоляя и прося, послал человека к царевичу Шахруху и передал: «Царевич, я надеюсь на Вас, просите пощады за /151а/ меня у Сахибкирана». Счастливый царевич, благодаря своей милости, доложил Сахибкирану о словах Хасан-бека. Государь Сахибкиран сказал: «Пока он сам не выйдет и не раскается в своих воровских и грабительских деяниях, его прощение не принимается. Если же он выйдет и придет к нам, то все, что он пожелает, будет исполнено!» Тот посылал к царевичу младшего брата. Государь сказал его брату: «Пойди и передай ему эти слова: если он не выйдет и не придет к нам, то и ты сиди при нем» и, надев на него халат, отпустил. Брат передал ему слова Сахибкирана. Тот сказал: «Наши отцы правили здесь, и мы правим уже значительное время. Наши отцы никакому царю не подчинялись, они делали то, что хотели. А теперь, если мы выйдем, то те люди, у которых мы отобрали вещи, будут требовать их у нас. Сахибкиран же прикажет, что все, что было отобрано, чтобы мы возвратили. А мы это не сможем сделать. И нас будут много мучить. Для нас нет ничего лучшего, чем воевать до последней капли крови». Воры пришли к полному единодушию и стали бить в барабан битвы[800].

Услыхав бой их барабанов, огонь гнева ударил в голову Сахибкирана и он приказал бить в барабаны и литавры, так били, что весь мир заколебался, горы стали трястись от страха, и был близок «Страшный суд. Что такое страшный суд?»[801], и подобно «шерсти расщипанной»[802] улетучатся ветром небытия.

Сахибкиран наблюдал из помещения, установленного на одной возвышенности. В подкопах под крепостью по всему ее окружению было выставлено много древесины и заложено /151б/ много дров. Еще до того, как их подожгли, в одном месте стена крепости упала. Жители крепости, встав в образовавшуюся брешь, дрались с упорством обреченных. И тут же заделали брешь. Поступил фирман: «Всем войскам вступить в сражение. Во всех подкопах поджечь древесины и дрова!» Бахадуры направились к крепости и, подлив нефть, пустили огонь в подкопах. Древесины, подложенные в подкопах, сгорели, и стены крепости упали. Одна башня, под которую подкопался Йатык Суфи, тоже упала. Вместе с ней упали двадцать пять человек из врагов. Башню, где подкоп возглавляли Аман-шах и Аллахдад, тоже свалили. Жители крепости, увидев это, стали умолять и просить пощады у беков, чтобы они просили у Сахибкирана прощения их вины. Те доложили об этом Сахибкирану. Государь Сахибкиран велел не делать пощады. И войска, услышав это, с еще большим усердием полезли на крепость и взяли ее битвой. Хасан-бек и все, кто были в крепости, были пойманы и с веревками на шее доставлены к Сахибкирану.

Поступил фирман: «Воинов отделить от гражданских, и всех воинов уничтожить!» Действуя согласно фирману, их распределили по тюменам, в отместку за их многолетние бесчинства над мусульманами, за пролитие крови ни в чем не повинных людей, перебили всех тех воров. И тавачии из их голов построили башни в назидание другим. Эта благословенная победа имела место в понедельник двадцать шестого дня месяца (1.12.1393). В той крепости по знаку государя Сахибкирана оставили одну стену, чтобы народ узнал, какая была крепость, и почему ее завоевали. Остальные ее стены сравняли с землей.

Слово о том, как к возвращавшемуся Сахибкирану присоединились царевичи, ушедшие в разные стороны

В субботу в начале месяца сафара (6.12.1393), во время победного возвращения, на дороге задержался и занялся охотой. Вечером, построив палатки, заночевал в степи. Утром следующего дня опять занялись охотой и отстреляли много дичи. Царевичи, преследовавшие врага в области Арабского Ирака, со всех сторон стали возвращаться. Царевич Мухаммад Султан, ушедший /152а/ в Васит по берегу реки, и из беков кула Рустам Тагай Буга, Шамс ад-Дин Аббас и Гияс ад-Дин Тархан, переправившиеся через реку, Шайх Темур Бахадур, Учкара Бахадур, Мубашшир и Аргун-шах, ушедшие на другой берег реки, царевич Миран-шах, со своим войском после Хиллы отправившийся в Басру, амир Йадгар Барлас и Джахан-шах Джаку, также ушедшие туда, Мухаммад Дарвеш Барлас, Шайх Али Йаргуи и Исмаил Барлас, ушедшие вместе и все перечисленные здесь беки, ушедшие в разные стороны для подавления мятежников и смутьянов, воров и безбожников, пройдя через реки, горы и пустыни и сделав важные дела и укоротив руки злодеям, стали возвращаться. В том числе город Басра и Васит целиком были подчинены, покорены, арабы в пустынях и степях, не пропускавшие караваны в Хиджаз, были казнены, их имущества отобраны. Старшины и начальники округов и областей были подчинены и обложены налогом хараджа. Каждый, кто не подчинялся и сопротивлялся, был убит, его имущество было отобрано.

Царевич Миран-шах одного из царей сарбадаров поставил в Басре, перешел Шатт эл-Араб и присоединился к Мухаммад Султану. Присоединились и остальные беки и бахадуры. Оттуда двинулись и в местности Харбия подошли к Сахибкирану и удостоились чести увидеть его.

После взятия страны Багдада и Арабского Ирака эти области он отдал старшим Чернобаранных и Белобаранных туркмен[803]. Но с таким условием: «До сих пор в этой стране было безвластие, каждый делал то, что угодно его душе. Отныне ноги покорности нужно ставить на путь служения и не причинять вреда мусульманам, не вредить проходящим караванам, дабы рабы божьи безопасно ходили по этим правилам, то будет так, как вам угодно. А если нет, то все, что будет с вами, будет по вашей вине». Сказав это нравоучение, каждого из них отправил в отдельную область.

В это время подошел амир Усман Аббас с обозом со стороны Багдада и присоединился к августейшему лагерю Сахибкирана. И слава Аллаху, Господу миров!

Упоминание о том, как августейшее знамя отправилось в сторону Диярбакра [804]

Счастливый Сахибкиран после покорения Арабского Ирака направился в сторону Диярбакра, Ходжа Масъуд Сабзавари он отправил для охраны Багдада и приказал ему: «Всегда будь осведомлен о положении народа, бедных и неимущих, сейидов и ученых держи в почете!»[805] Сказав это, отправил его в Багдад. Затем сам под победоносным знаменем, под защитой Создателя отправился в направлении Диярбакра. Царевича Миран-шаха вместе с беками отправил для покорения верховья реки Багдада[806]. На реке построил мост, переправился на-другой берег и /152б/ пустил слух: «Возвращаемся!», дабы, если где-либо остались враги, услышав это, успокоились[807]. Из войска из каждых десяти человек выбрал двоих, а остальных оставил с обозом. Усман Бахадура опять оставил с обозом, чтобы он был командующим над всем остающимся войском. А Ардашира Тавачи назначил ответственным за охрану войска и юрта. Царевича Мухаммад Султана, Гияс ад-Дин Тархана и Учкара Бахадура тоже по фирману оставил, чтобы они, охраняя лагерь, передвигались медленно. Победоносное знамя, быстро передвигаясь вдоль реки, направилось к ее верховью. Когда прошли Тавук[808] и достигли крепости Киркук[809], обитатели крепости, подчинившись, пришли раньше, преподнесли подарки и удостоились чести увидеть благословенный лик Сахибкирана. Сахибкиран царской щедростью эту крепость подарил суюргалом амиру Али Мосули. В это время Кызыл Мир Али Ойрат, Пир Али и Джахангир пришли в мирозащищающий порог, удостоились чести служить государю. Везде, где были даруги и кутвалы той области, и правитель Алтун Копрука[810] — все опоясались ремнем рабского служения. Государь Сахибкиран расспросил их, к каждому из них проявив заботу и внимание, всем им он дал златотканые халаты, почетные одежды и золотые ремни, а их сыновьям и женам подарил шелка, золото и жемчуга, дабы те присмотрели за сыновьями и дочерьми, приготовили приданое для дочерей.