Чтение онлайн

— Твою мать…

Поднявшись с бесчувственного тела искалеченного креола, Энтони подошел к содрогающимся дверям кабины и стал выбираться наружу. Лифт угрожающе заскрипел, створки сомкнулись и ощутимо ударили парня по бокам. «Вероятность обрушения — 86 %», промелькнуло у него в голове. Энтони уже вскарабкался на сырой холодный пол офисов, и взрывная волна подбросила его вперед.

Одна за другой разбивались офисные фальшстены, пока парень с треском не приземлился на широкий стол. Затрещали кости, кровь брызнула на лицо. Ледяной дождь хлестал на него с потолка, пол содрогался от нарастающих взрывов. Он пытался понять, что происходит, но не мог пошевелиться, конечности не слушались его.

Боли не было.

Щелчок в голове, заряд силы прошибает его позвоночник. Теперь он мог повернуть голову. Холодная вода смыла пахнущую металлом пелену, и Энтони увидел свои руки. Из обломков офисного барахла торчали вывернутые под невообразимыми углами две окровавленные коряги. Ноги выглядели не лучше.

Парень попытался пошевелить хоть чем-то. Пальцы на руках и ногах судорожно сжимались и разжимались, истекая багровой влагой. Зарычав от злости, Энтони попытался сбросить с себя гору мусора. Он походил на жука, перевернувшегося на спину, беспомощно сучившего лапками, стараясь вновь обрести контроль над своим телом и сбежать куда подальше.

Не в силах больше это терпеть, Энтони закричал, что есть сил, и его тело принялось трещать и извиваться. Вновь забегали цифры, показатели, и немой глашатай в голове отчеканил свое «Запуск восстановления системы».

Чудодейственное сияние растеклось по жилам, и кости сами собой принялись вставать на прежнее место, с хрустом, треском, оставляя после себя белесые отметины на пробитой коже. Сосуды срастались, проводимость нервных импульсов приходила в норму.

Оклемавшись, парень с наслаждением сжал кулаки и легким движением отбросил преграду в сторону. Он посмотрел в сторону лифта и тихо выругался. Кабина сорвалась в пропасть, шахту разворотило и откуда-то снизу рвались языки пламени. Из этого пекла с громким шипением вырвались пожарные роботы, заливая огонь удушающей пеной. Мигель не мог выжить, Энтони был в этом уверен. «Вероятность гибели объекта — 95 %».

Статистическая погрешность — 5 %. Вывод напрашивался сам собой.

— Вот он! — донеслось откуда-то сзади.

Парень обернулся на возникший из неоткуда голос. Три непримечательных личностей в спортивных куртках и лицами, скрытых за противогазами, направлялись к нему. Недолго думая Энтони хрустнул пальцами, готовясь к новой драке, но они тут же вскинули руки кверху и остановились, как вкопанные.

— Мы тебе не враги, Энтони! — прогундосил один из них. — Следуй за нами, тут скоро все рухнет!

— Кто вы? — огрызнулся Энтони.

— Твои спасители. — Капли стекали по матовой маске незнакомца. — Нет времени объяснять, бежим!

Не дожидаясь реакции парня, неизвестные резко развернулись и побежали прочь. Энтони на секунду задумался, но тут же почувствовав, как пол содрогается у него под ногами, принялся догонять довольно безучастных «спасителей». Нагнав их в считаные секунды, парень ловко распахнул дверь пожарного выхода и рванул вниз по лестнице.

Световые указатели натужно мерцали, то ли пытаясь указать верное направление, то ли довести рвущиеся наружи массы до приступа эпилепсии. Энтони бежал вниз, перепрыгивая через несколько ступеней, не оглядываясь. До его слуха доносился стук скачущих через лестничные пролеты неизвестных, едва поспевающих за ним. На очередном витке угловатой спирали новый взрыв застал его перед прыжком, и сжавшись в комок, парень кубарем покатился вниз и лишь по счастливой случайности троица в противогазах не приземлилась на него.

Неизвестные подхватили его под руки и понесли к выходу. Там они слились с беснующейся, насквозь промокшей толпой. Энтони посмотрел на них и его глаза округлились от удивления. Спортивные костюмы спасителей сменились офисной формой, а маски на лицах исчезли, словно их и не было. Лишь едва заметное мерцание в каплях падающей с потолка влаги выдавали во всем этом высококачественную, но все же иллюзию.

Военная маскировка, подумал парень. Тут же явились новые цифры и видения, концепты старых и новых видов военного обмундирования, трехмерные модели, характеристики, видео с оружейных выставок, организуемых дочерними кампаниями вездесущей «Рейнбах».

— Расслабься и не отсвечивай, — шепнул ему тот, что держал его за правую руку. По лицам различить всех троих было сложно, маскировка спроецировала почти одинаковые, ничем не примечательные физиономии. — Веди себя естественно.

— Это как? — огрызнулся Энтони.

Ему не ответили. Они выбежали из здания на площадь-переход между небоскребами. Там уже вовсю шумели пожарные, скорая помощь и полиция. Красно-белые кареты улетали одна за другой, подбирая все пребывающие скопища покалеченных и израненных бедолаг. Мимоходом Энтони даже заметил перебитого пополам арматурой старшего инженера. Неподвижный, словно мумия, он застыл с воздетыми кверху руками, и кровь, бьющая из раны, застыла багровой кляксой в сиянии медицинского стазиса.

Вокруг рыдали, кричали, трясли руками, кому-то угрожали, несли раненых, разгребали завали и убирали в сторону горы обломков. Прогремел мимо тяжелыми шагами отряд саперов в огромных, словно медвежьи туши, защитных костюмах. Ревели мегафоны и автоматическая система предупреждения. Как стервятники слетелись на место происшествия десятки журналистов, корреспондентов и прочей массмедийной шушеры, словно до этого они тихо выжидали где-то за углом, а теперь с ужасом и ликованием собирали хлеб насущный. Собирали кровь, боль и отчаяние, словно жадный до каждого зерна жнец. Голодные волки. Нет, шакалы.

В общем, шумиха поднялась не на шутку. Настоящая война. Уже не где-то там, в отсталых странах, где по-прежнему люди вспахивают землю, пасут скот и стреляют друг в друга из ржавых автоматов Калашникова, доставшихся в наследство от умершего от чумы отца или деда. А здесь, посреди мегаполиса, на верхних уровнях, среди сытости и достатка.

— Встань на ноги, — сказал правый незнакомец.

— Что?

— Подыграй, придурок.

Энтони тут же вытянулся и зашагал рядом. Один медбрат, взглянув на его изорванную одежду, хотел уложить его на каталку, что-то бормоча про шок, возможность внутреннего кровотечения и необходимость медицинского обследования. Незнакомцы принялись было уговаривать ответственного парня, но практически сразу медбрата с диким воплем подозвал старший коллега, и виновато взглянув на Энтони, он убежал спасать другие жизни.

Наэлектризованное ограждение из твердых фотонов не давало толпе зевак прорваться внутрь. И наружу никого не выпускали. Всем без исключения людям, пытавшимся покинуть зону теракта, вежливо предлагалось оставаться на месте для установления личности и обстоятельств происшествия. Двум самым рьяным и взвинченным гражданам пришлось рухнуть на землю под напором шоковых дубинок, в мгновение ока выросших и столь же быстро исчезнувших в руках стражей порядка.

— Не пройдем, — тихо сказал незнакомец, все время шедший сзади.

— Нет выбора, — ответил правый.

— Мужик, это самоубийство, — прошипел левый.

— Заткнись и следуй за мной.

— Твою мать!

Твердым шагом троица направилась к заграждению.

— Пожалуйста, отойдите от ограждения, — раздраженно отчеканил полицейский, оглядев компанию сверху вниз.

Правый незнакомец щелкнул несколько раз на своем униинструменте и показал запястье стражу порядка. Тот посмотрел на всплывшую голограмму, просканировал с помощью своего инструмента, вновь осмотрел Энтони и незнакомцев, молча взмахнул рукой, и часть ограждения погасла, открывая путь к посадочной площадке.