Загадка Александра Македонского
Шрифт:
Из состязания в борьбе с Гефестионом победителем вышел Александр.
Затем все искупались в море, после чего состязания продолжились метанием дисков.
Диск Клита опередил диски всех других. Тогда счастья решил попытать Гефестион и выступил вперед. Гефестион отличался особенным искусством в метании диска. И хотя его диск и не опередил диска Клита, но и не остался позади: оба диска лежали совершенно рядом.
После состязаний Александр возложил венок на могилу Ахилла. На могиле же Патрокла то же сделал Гефестион – и тем Александр с Гефестионом освятили свою нерушимую дружбу, подобную дружбе Ахилла и Патрокла.
С нежностью посмотрев на Гефестиона, Александр обратился к друзьям:
– Ахилл был счастливейшим из смертных: при жизни у него был преданный друг Патрокл. А после смерти славу его воспел Гомер.
Оторвав взгляд от троянских курганов, Птолемей обратился к Александру:
– Не потому ли великий поход в Азию ты начинаешь от стен древнего Илиона, воспетого Гомером…
Птолемей не спрашивал. Он утверждал.
Александр уверенно и твердо заявил:
– Азия падет перед предводителями Эллады, как в древние времена перед ахейцами пала неприступная Троя…
Вслед за царем Гефестион торжественно, прочувствованно процитировал великого Гомера:
– «Бог войны испустил крик, подобный реву десяти тысяч сражающихся воинов…»
Александр продолжил вслед за другом:
– «…и греки, и троянцы охвачены ужасом, до того громок и могуч голос ненасытного бога войны».
Вдруг почувствовав себя мальчишкой, Александр гордо вскинул голову, крикнул:
– Я – Ахилл, сын Пелея!
Гефестион подхватил:
– Я – Патрокл, сын Метения…
Неарх с азартом воскликнул:
– А я Одиссей – сын Лаэрта!..
Один из гетайров, внимательно следивший за игрой, спросил:
– Ахейцы есть. А где троянцы?
Все оцепенели.
Птолемей быстро нашелся, сделал широкий жест рукой в направлении троянских курганов:
– Троянцев нет. Все они лежат в этой земле.
На лице Александра промелькнула легкая тень огорчения.
Никто не хотел продолжать игру.
И тогда вперед выступил Клит:
– Тогда быть мне Гектором, сыном царя Трои Приама.
На сторону Гектора встало еще несколько воинов. И началась яростная схватка…
Направо и налево «ахейцы» и «троянцы» разили мечами пустоту, издавали победные крики…
Внезапно Ахилл-Александр копьем поразил Гектора-Клита…
Все мгновенно протрезвели…
Александр подошел к Клиту и крепко обнял его…
Для македонян участники Троянской войны были отнюдь не эпическими образами, а людьми из плоти и крови, незримо присутствовавшими здесь на этой земле.
Вечером Александр в сопровождении друзей отправился в храм Афины, где жрецы хранили щит, с которым ходил в бой Ахилл.
Когда друзья подошли к храму, их уже встречали жрецы. Верховный жрец с глубоким почтением приветствовал молодого царя:
– Хвала и слава тебе, царь Александр, дерзнувший освободить покоренные персами народы Эллады. Запомни, эллинские города, расположенные на азиатском берегу, будут с радостью встречать македонскую армию. Ради нашей Эллады, ради наших очагов, ради всего, что мы любим и чтим, царь, будь победителем!
Войдя в храм, Александр долго рассматривал щит Ахилла.
Прекрасно отделанный с внутренней и внешней стороны, окаймленный трехгранным выступом из блестящего металла, держащийся на пряжке, покрытой пятью слоями серебра, украшенный изображением героя – таким он предстал взору царя.
Александр, как завороженный, рассматривал доспехи Ахилла, затем обратился к верховному жрецу:
– Если я буду владеть доспехами своего предка Ахилла, то буду непобедим!..
В полной тишине македонский царь положил на алтарь Афины свой собственный щит как жертвенный дар.
Посоветовавшись со жрецами, верховный жрец торжественно вручил доспехи Ахилла Александру:
– Вручаем тебе доспехи великого Ахилла. Будь достоин их, Александр!
Приняв их, Александр спросил верховного жреца:
– Будет ли моя судьба равной судьбе Ахилла?
– Она превзойдет судьбу Ахилла, если ты сделаешь тот же самый выбор между короткой жизнью, исполненной славы, и жизнью долгой, но бесславной, – ответил верховный жрец.
Царь надел на голову шлем Ахилла:
– Я сделал выбор! И впредь сделаю все, чтобы достичь поставленной цели, и победы оправдали бы понесенные жертвы, как оправдали их победы Ахилла.
Окинув долгим взглядом царя, верховный жрец торжественно изрек:
– Таков и выбор богов. То, что называют свободой, заключается в возможности, предоставляемой нам богами, среди деяний выбрать то, что мы должны совершить.
Взяв в руки щит и копье великого Ахилла, Александр, как священную клятву, торжественно произнес:
– «Будет некогда день и погибнет великая Троя, старец погибнет Приам и народ копьеносца Приама!»
На протяжении всего похода перед каждой битвой телохранители приносили Александру щит Ахилла.
III
По возвращении в Афины Таида неожиданно почувствовала душевную пустоту, а в родном городе – настороженность и даже некоторую враждебность к себе. Большинство знатных афинян продолжало ненавидеть македонцев, и эта ненависть невольно коснулась и ее.
Все в городе знали о выступлении Таиды в шатре македонского царя в побежденных Фивах. И даже защита заговорщиков, которой многие в Афинах восхищались, и одержанная ею победа над Александром не могли сдержать гнева афинян.
Неясная тревога закралась в душу Таиды.
Дни проходили за днями, а вестей от Птолемея не было. Уверенность в том, что скоро она будет сопровождать блистательных молодых полководцев по землям Персидского царства постепенно таяла.
В ближайшие дни Таида решила снова посетить жрицу Панаю.
Но в первую очередь она задумала осуществить дерзкий план, который начинал складываться у нее в голове.
– Сегодня все должно измениться, – твердо внушила она себе.
Живой ум Таиды никогда не бездействовал. Она была решительна, изобретательна и всегда находила выход из любой ситуации. Вместе с Иолой они неожиданно появятся в армии Александра. Таида уже выбрала, кто их будет сопровождать.
У женщины очень мало шансов утвердиться в жизни, настоящие хозяева жизни – мужчины, – эту истину гетера постигла еще в детстве. Но она ясно осознавала свою особенность. И для себя твердо решила, что никогда не будет игрушкой в руках мужчины. Мужчина, который хоть раз познает ее любовь, никогда не захочет расстаться с нею. В любви она всегда будет выходить победительницей, и триумф ее женственности даст ей ощущение могущества.