Чтение онлайн

Ее аналитический ум пытался объяснить суть происходящего. «Картина несет, вне всякого сомнения, целительную силу, и, попав в поле этой картины, человек очищается духовно и физически. Может быть, поэтому люди интуитивно стремятся соприкоснуться с ней. Необходимо понять: почему именно я удостоилась внимания Моны Лизы?» – эти мысли вихрем проносились в ее голове.

Анна направилась к выходу из галереи, вспомнив, как часто говорила своим клиентам: «Если что-то нельзя объяснить – это не значит, что этого явления не существует». В этот день она сама стала свидетелем необъяснимого явления. «Конечно, – вела Анна внутренней диалог, – я знаю о яснослышании и ясновидении и серьезно отношусь к этим понятиям, но я никогда не связывала эти явления с собой». Ей всегда казалось, что видение проблем других людей – не что иное как прозрение, основанное на фундаментальных знаниях, интуиции, великолепной памяти и большой практике. Она уже шла к лестнице Дару и, когда проходила мимо статуи Победы, представленной в виде крылатой женской фигуры, символизирующей победу в морском сражении, ее память услужливо напомнила эпизоды далекого детства. Тогда она безошибочно находила бабушкины очки и точно говорила, где что лежит, если взрослые не могли найти какие-то вещи. Родители объясняли все ее наблюдательностью, только бабушка молчала и по-доброму улыбалась. Бабушка… Когда она умирала, Анны не было в стране, о чем та очень сожалела. Ей потом передали, как бабушка ее ждала и что-то хотела сказать только ей, Анне, но эту тайну она унесла с собой.

Быстро добравшись до отеля, уже на террасе она наслаждалась тихим вечером и размышляла о том, что произошло в Лувре и музеях Ватикана. Все было настолько неожиданно, что она пока не знала, как к этому отнестись, но твердо решила утром поехать в собор Нотр-Дам. Может быть, там ей откроется что-то, что поможет объяснить происходящее.

На следующий день ранним утром Анна вышла из отеля.

– Бонжур, – приветствовал ее пожилой мужчина, протиравший витрину кафе. Она откликнулась на его приветствие и в который раз ощутила себя в Париже.

Анна знала, как добраться до собора, и через некоторое время без труда оказалась на площади перед величественным строением в готическом стиле. В это время на площади было немноголюдно, и она быстро дошла до собора. Его двери были украшены литой резной листвой, соединяющей доски и образующей врата, как считается, в райский сад, открывающийся перед человечеством. Анну охватил невольный трепет. Вот он, духовный центр Парижа!

Войдя, она мысленно обратилась с благодарностью к тем, кто построил и сохранил этот неповторимый, загадочный храм до начала третьего тысячелетия.

С группой людей Анна пошла по длинному нефу к алтарю, но увидела изящную статую Девы Марии, а у подножия – красивую вазу с цветами. Анне захотелось преподнести розу Деве Марии.

Она вспомнила, что павильон с цветами находится недалеко от площади, и поспешила к выходу. Даже в зимнее время года павильон радовал богатым выбором цветов. Анна выбрала пастельно-розовую розу с лососевым оттенком.

Notre Dame du Rosaire, прекрасный выбор, – произнес кто-то на великолепном английском за ее спиной. Она обернулась и увидела добродушное лицо привлекательного мужчины.

Извините, мысли вслух, – смутился он.

Анна улыбнулась и в тон ответила:

Прекрасная роза для Девы Марии.

Вы тоже в Нотр-Дам? – последовал вопрос незнакомца. – Тогда нам по пути.

И она, не успев опомниться, уже шагала рядом с этим человеком по направлению к собору.

Я всегда, когда вижу павильоны цветов, захожу полюбоваться, – продолжал мужчина. – Говард, – вдруг спохватившись, представился он.

Анна, психолог, – почему-то ответила она.

Говард с интересом посмотрел на нее, а потом добавил:

Можете читать по лицам людей их души и проблемы?

Только когда люди сами пожелают рассказать о них, – смеясь, ответила Анна. – Мои клиенты в основном женщины. Даже Фрейд до конца не определил, чего хотят женщины. А я считаю, что там, где заканчивается логика вообще, начинается логика женщины. Женщина всегда хочет чего-то большего. Так что суть проясняется только после рассказа о ситуации.

Да, – протянул Говард, – не свойственная женщине самокритика. Вы действительно психолог.

В это время они оказались у дверей храма. Войдя в собор, Говард опустился на колено и перекрестился. «Он католик», – отметила про себя Анна. У статуи Девы Марии Анна опустила розу в вазу, и они сели на скамейку. Началась месса. Анна еще раз окинула взглядом храм. Ей нравилась не только красота росписи католических храмов, но и то, как проходило богослужение.

Священник зачитывал главу из Библии, затем неторопливо объяснял ее суть. Даже знакомые, казалось бы, истины становились более понятны и давали пищу для размышлений ее любознательному уму.

Служба подходила к концу. По традиции люди встали, приветствуя друг друга рукопожатием с пожеланиями мира. Анна протянула Говарду руку, и он деликатно пожал ее. Они обменялись добрыми пожеланиями.

У Анны захватывало дух. Она видела, как люди минуту назад спокойно и внимательно слушали проповедь, а сейчас их лица светились улыбками и доброжелательностью, в которой ощущалось единение между совершенно незнакомыми людьми.

По окончании мессы они встали и, как будто по негласной договоренности, вместе пошли вдоль длинного нефа, обходя храм, выстроенный в виде креста.

Вы католик? – спросила Анна.

Да, – последовал ответ. – Моя мама итальянка, и детство я провел в Италии.

Она исподволь рассматривала этого человека. Ее чутье говорило, что он многогранен, открыт миру и в то же время оберегает свое жизненное пространство. Внешность ее нового знакомого не была стереотипна. Большие голубые глаза, светло-каштановые волосы, высокий рост. Но за привлекательной внешностью угадывались еще и живость, и пытливый ум.

Он поймал ее взгляд и продолжал:

А мой отец англичанин, и живу я в Англии. Теперь ваша очередь.

Анна вкратце рассказала, как британские и славянские корни соединились в ней. Он одобрительно кивнул головой. Но когда она назвала страну, в которой живет, Говард не удержался и спросил, сглаживая неловкость вопроса очаровательной улыбкой:

А что вы там делаете?

Просто живу, – вздохнула Анна, затем продолжила: – Я только из Италии. Была в Риме первый раз. Наверное, открыла для себя Америку.

Вот как, – Говард вновь заулыбался. – И как вам Вечный город?

Он меня принял, – ответила Анна. – Расскажите мне о Святом Престоле и католической вере, – попросила она.

Они были в храме, и ее просьба была очень уместна. Медленно передвигаясь по храму, они останавливались около каждой статуи, и Анна слушала о жизни разных святых. В рассказ Говарда гармонично вплетались исторические подробности о Ватикане. Затем он показал на розетки, которых в церкви было великое множество, и поведал о празднике роз в честь Девы Марии.

Анне доставляло большое удовольствие слушать эти рассказы. Мягкая и непринужденная манера Говарда объяснять – со знанием того, о чем он говорил, – подтолкнула Анну спросить: