Чтение онлайн

Из трубки послышалось приглушенное постукивание. Джен помолчал и ответил таким тоном, будто переключился на посторонние мысли.

— В колледже я жил в одной комнате с теперешним парнем Алекс.

— Ого! — удивилась я. — Как тесен мир!

— Послушай, — сказал вдруг Джей. — В следующий вторник я буду по делам в Лондоне. Может, поужинаем вместе?

— Вторник… — Я задумалась. — Гм…

Если бы я согласилась, бабушка возликовала бы. И принялась бы раздавать мой номер направо и налево. Не исключено, и неудачникам с лысиной. Кстати, таким мог оказаться и Джей — я понятия не имела, что он собой представляет. Знала лишь, что его мать зовут Маффин. Или Мафия. В общем, как- то так. А Син у Алекс был парнем что надо, только свидание с человеком, который жил вместе с ним в комнате, отдавало подобием кровосмешения…

Кроме того, мог позвонить Колин.

Я заглянула в корзину — на одинокую упаковку куриных палочек, несколько баночек йогурта и пакет молока. Сейчас вернусь в свою унылую квартиру, усядусь с книжкой за стол, покрытый цветастой клеенчатой скатертью с дырами, прожженными прежним жильцом. После ужина поставлю в раковину единственную тарелку и сварю какао — для себя одной. А уж если нестерпимо захочется праздника, то побалую себя пастилой.

— Да, было бы здорово, — твердо ответила я.

— Вот и хорошо. Послушай, сейчас мне надо бежать. Я позвоню во вторник, и договоримся конкретнее.

— Буду ждать звонка! — пропела я и вздрогнула от того, сколь вдохновенно прозвучал мой голос. Прямо как у отчаявшейся старой девы, что рада бежать на свидание с первым встречным. Исправить ошибку, добавив «Друзья Сина — мои друзья» или «Будет приятно пообщаться с земляком», либо, еще лучше, «Жаль, что мой парень уехал на целую неделю», не выдалось случая — Джей прервал связь.

Он всего лишь предложил поужинать вместе, напомнила себе я, направляясь к кассам. Обычный ужин с товарищем приятеля. Суетиться нет причины. Гораздо интереснее провести вечер за дружеской болтовней, чем снова сидеть одной дома и в который раз смотреть «Фрейзер». Нет, против «Фрейзера» как такового я ничего не имела, но если живешь за границей, а из развлечений можешь позволить себе лишь американский сериал, берет страшная тоска.

Колин же звонить не собирался. Никогда.

Следовало позвонить Алекс. Она ведь, вспомнила я со стыдом, оставила мне вчера сообщение «Привет! Есть новости. Жду звонка!». А я, поглощенная своими мыслями, совсем про нее забыла. Готова поспорить хоть на все эти йогурты, новости связаны с Сином. Он, как пить дать, рассказал Алекс, что его бывшего однокашника пытаются свести с ее лучшей подругой. Я попыталась представить, в каких выражениях разговаривали ребята.

Джей:

— Одна чокнутая старая перечница пытается сосватать мне свою неудачливую внучку.

Син:

— Мать твою! Подай-ка мне чипсы.

Син учился в Стэнфорде и, как многие жители Новой Англии, кто жил на Западном побережье, нахватался выраженьиц типа «мать твою» и сыпал ими тут и там, тогда как истинные калифорнийцы вовсе не слыли отъявленными сквернословами.

Я призадумалась и мысленно убрала просьбу Сина подать чипсы. Он был в Нью-Йорке, а Джей в Англии, и потому хрустеть вместе чипсами, смотреть футбол по телевизору и пить, проливая на пол, пиво друзья не могли. Наверное, мое имя просто упомянули в разговоре, а чипсы поедались в квартире Сина. Алекс услышала, о ком речь, подскочила к телефону и восторженно прокричала что-нибудь типа: «Она же моя самая лучшая подруга! Непременно позвони ей!»

Джей:

— А ее бабуся…

Алекс:

— При чем тут бабуся? Поверь, Элоиза потрясающая! Ну и совпадение!

Не исключалась, конечно, и вероятность того, что Алекс не стала меня рекламировать. В таком случае разговор произошел примерно такой же, но без фразы «непременно позвони ей» и в уклончиво-осторожном тоне. Или осторожно-уклончивом?

Вторник с Джеем. Звучит, как название пьесы Нила Саймона. По крайней мере разговор с Алекс и проблема, что надеть, отвлекут меня от мыслей о Колине.

Прогнав остатки сомнений, я бросила в пакет еще одну баночку йогурта. Поужинаю с Джеем, окунусь с головой в круговерть событий из жизни Розовой Гвоздики — без помощи Селвиков — и мало-помалу вернусь к нормальной жизни, не омраченной думами о Колине. Если ссылок на Олсдейл не найдется, введу в строку поиска прозвища Джейн и мисс Гвен или пойду иным путем — изучу материалы о восстании Эммета, их немало. Особое внимание буду уделять именам и фактам, выбивающимся из общеизвестных описаний, зацепки найдутся и, если повезет, рано или поздно выведут на Розовую Гвоздику, а затем и на Черного Тюльпана.

Решительно взяв пакет с покупками, я пошла от стойки к выходу, ободренная только что принятыми решениями. В голове мелькнула последняя незваная мысль.

Вот будет смех, если Колин заревнует.

— Ну, что я говорила? Целая толпа — чудо!

У Летти не возникло желания называть сборище людей чудом. Едва заглянув в гостиную узкого дома из красного кирпича, что возвышался на Кафф-стрит, она насилу подавила в себе желание развернуться и убежать в комнаты, в которых поселилась. Однако в таком случае ее снова одолели бы мысли. А подолгу раздумывать последнее время стало небезопасно.

Пока она жила дома с родителями, голова ее была забита одними заботами: как выдать слугам жалованье в срок, примирить вечно споривших мать и отца да не позволить Мэри тайком сбежать. Теперь же, с той минуты, как она проснулась на дублинском пакетботе, все ее мысли были о другом. О лорде Пинчингдейле. Долгими ночами, когда Эмили уже давно крепко спала, Летти лежала с раскрытыми глазами и раздумывала, что ее ждет впереди. С каждой новой мечтой картинки делались все красочнее, а лорд Пинчингдейл — сговорчивее. Когда судно вошло в док, чуть задержавшись из-за непогоды всего в одном дне пути от Дублина, лорд Пинчингдейл уже убирал со щеки Летти прядь волос, многозначительно смотрел ей в глаза и с чувством признавался, что видит ее словно в первый раз.

Да, так все и будет! Как только она вступит на престол Франции.

Летти скрепя сердце призвала остатки благоразумия. На любовные взгляды надеяться, может, и не стоило, но чем больше она размышляла, тем больше верила, что внезапное решение ехать в Ирландию обернется удачей — во всяком случае, верила с тех пор, как утихла головная боль, а во рту вместо истоптанной верблюжьей тропы вновь появился язык. Теперь, после беседы с Генриеттой, было хотя бы понятно, почему лорд Пинчингдейл смотрел на жену как на прокаженную. Ведь до истории с побегом он неизменно казался Летти человеком добросердечным и рассудительным. Коль скоро она объяснит ему, что вовсе не помышляла погубить его жизнь, они принесут друг другу извинения, и все пойдет по-иному.

Дело оставалось за малым. По крайней мере так казалось, пока пакетбот не причалил к берегу.

«Завтра, — пообещала себе она. — Завтра же начну искать мужа. А сегодня… Если бы я не пришла на прием миссис Лейнерган, Эмили страшно огорчилась бы».

По пути в Дублин Эмили непрестанно повторяла, сколько, всего чудесного ей — и миссис Олсдейл — предстоит сделать в Дублине. Перво-наперво обойти торговые лавки, но, главное, побывать на ежегодном празднестве у миссис Лейнерган. Эмили в деталях продумывала туалет, сетовала по поводу задержки и то и дело повторяла, скольких женихов она попытается пленить.