Чтение онлайн

— Хорошо сказала, малышка! — продолжил зеленый орк, красуясь мускулами передо мной.

" Я должна растаять от демонстрации этой мужественности?" — подумала я, а в слух сказала:- Где улица Парфюмеров?

Орк удивился, но ответил: — Прямо по этой улице, два квартала пройдешь и повернешь на лево. Ты уверенна, что тебе туда?

— Спасибо- сказала я уверенным голосом, а глубоко внутри я обмирала от страха. И быстрым шагом рванула, куда мне сказали идти.

— Почему тут темно? — тихо спросила я саму себя.

— Это мне так надо. — ответил мне кто-то мужским голосом.

— Хорошо, мне бы на Парфюмеров попасть.

— А ты, чего, даже орать не будешь? — спросил этот кто-то.

— Орать очень хочется, да, ты же меня… — запнулась я, — ты же меня прирежешь. — добавила я уже шепотом.

В темноте заржали бандиты. Когда смех закончился, я тихо продолжила: — К тому же, я вас никого не видела, воровать и отбирать у меня нечего. Выкуп платить некому. Короче говоря, я к Каорисе иду и дальняя ее родственница по совместительству- сказала я все это и зажмурилась. Про себя подумала: "Бляха- муха, сейчас убьют и не чихнут, и зачем я им все это рассказала?!".

Пока я стояла зажмуренная, бандиты о чем-то между собой переговорили и тот с кем я говорила у меня спросил: — А Каориса-то знает о тебе, родственничка?

— Хм… я об этом не задумывалась. — ответила я, — Ну, я тогда к ней пойду, обрадую! — позитивным голосом и с улыбкой ответила я неизвестному, а внутри поджилки трясутся и вот-вот порвутся и я сорвусь на бег в другую сторону.

— Не советую туда сейчас идти, если ты не ' Ночная кобыла'.

(Прим. автора: песня- 'Ночная кобыла'- Мельница)

— Не-ет- протянула я и для достоверности закачала головой.

— Ну, тогда проходи, посидишь с нами до рассвета- сказали из темноты.

Зашла с закрытыми глазами, а внутри все дрожало от страха.

— Глазки открывай- сказали с веселостью мне.

Сначала открыла один глаз, привыкая к яркому свету, потом, второй… А на до мной все смеялись, кто был в тамбуре, так я обиделась на них, почему-то, и начала рассматривать все вокруг без стеснения.

Первое что я увидела — это помещение в котором я теперь находилась (помесь кладовки с будкой сторожа). Множество заставленных полок и всего того что там стояло и четыре топчана.

Потом, я обратила внимание на обитателей этого пристанища. Три особи мужского пола и одна женского. Все маленького роста и волосатые, определить женская особь среди этих мохнатиков было не сложно, у нее на голове было много маленьких косичек перевязанные розовой атласной лентой.

— Ну и чего? Никогда не видела домовых? — спросила она.

— Нет, таких не видела. — ответила я.

— ООО! А каких видела? — спросили чудики хором.

— Ну не таких как вы точно, — с улыбкой ответила я, — они носят одежду и обувь, простую, но одежду. Мужчины носят бороды, а женщины косы.

Чудики были шокированы. И вдруг все завертелось и закружилось и передо мною оказались привычные нам (точнее, как в русских сказках) домовые. Теперь уже была шокирована я.

— Ха-ха-ха-ха- послышалось от туда, где раньше сидели чудики. Увидев мое недоумение, домовушка отсмеявшись продолжили разговор:- Ты думала мы волосатыми всегда были? О, нет.

— Я вижу, что ты пришла к нам с письмом от Добряны — утвердительно произнес один из домовых.

— Хочешь остаться свободной, не показывай Каорисе. Она стала уже не та, что раньше. Алчность и сущность суккуба сделали из нее "крысу".
– с отвращением продолжил второй домовой.

— Каориса, доносит властям обо всем, что интересует Власть, особенно Тайную службу. — сказал третий домовой и закивал. А я пыталась переварить информацию.

— Получается, в случае чего я останусь на улице? — сказала я это в слух.

— Ой, да не волнуйся ты, — сказала домовушка, — переночуешь сегодня с нами тут. Ну, а завтра пойдешь по своим делам. Нас домовых ровняют с домашними животными в хлеву, поэтому и отношение у них к нам, как к животным, но ты не такая…. У тебя душа другая, не отравленная, такая же как и у Добряны. Ей поди уже четыреста стукнуло.

— Ничего себе! — воскликнула я и тут же испуганно прикрыла ладонью рот, — А кто она на самом деле? — полюбопытствовала я.

— Что-то ты много вопросов задаешь для протеже Добряны?! — подозрительно прищурил глаза один из домовых.

— Да ладно тебе! — воскликнула домовушка, — Замучил со своей подозрительностью!

Я так поняла, что этот их спор может продолжаться до бесконечности и закричала: — Прекратите спорить!!!

И тут же все домовые посмотрели на меня. Удивления и возмущения в их взоре хватило бы на целый чан для приготовления еды оркам.

— Пожалуйста, расскажите о Добряне и Каорисе, и почему суккубы вне закона? — уже более спокойным голосом заявила я.

Рассказ начала домовушка тихим и печальным голосом.

— Для начала мы представимся. Я Жихарька. Того лохматого мужика в красной рубахе — показала Жихарька на право, — Силантием, а того, что слева от меня Никодимом, он в синей рубахе. Ну а самый ворчливый и самый подозрительный — Ветрогон.

— Я не такой! — взвился Ветрогон.

— Ну, будет тебе, будет. — сказала Жихарька, — Все мы не здешние, мы с Земли. Когда сменилась вера у русичей, мы попросили Дракона забрать нас туда, где не будет притеснений. И мы оказались тут, но и сейчас, тут, ситуация ухудшается. Тогда-то мы и познакомились с Добряной. Она нас пристроила у себя и работу дала. Она в ту пору молодой была и не думала о плохом, доверчивая. Случилась с ней беда и после этого она стала заведовать улицей Парфюмеров. — со вздохом закончила она и глотнула чего-то из кружки, по запаху напоминающий чай.

— Беда! То была не беда! То была «любоф»! — передразнивая противным голосом, заворчал Ветрогон. — Говорили мы ей не влюбляться в него, а нас не слушали! — сказав эти слова, он стукнул кулаком по столу и отвернулся, давая понять, что он больше ничего не скажет.

— Да-а-а-а. — проговорил Никодим. — Мы многое видим в душах людей и зря говорить, не станем, но Добряна поступила по-своему.

— Опозоренную, ее посадили во главе «Ночных кобыл»! — перебила Никодима Жихарька. — Улица днем продает и создает парфюмерию, а ночью эти дома превращаются в «Дома для утех». В них работают женщины без дара, попавшие туда за долги, за то, что соседка поклеп написала или, например, что хозяина не ублажила и так далее.

— А Каориса! — воскликнул Ветрогон, — Она предала Добряну. У суккубов есть пунктик… — сказал заговорщицким тоном домовой.

— ХМ..Да, я бы назвала это пунктище! — перебила Ветрогона Жихарька.

— Вы о молодости, что ли? — удивленно — вопросительно сказал Силантий.

Как мне показалось, но Силантий самый спокойный из их шайки-лейки. Слушая их я делала маленькие выводы, что Добряна была из благородных, ну или что там было четыреста лет назад, и переспала, как ей казалось с любимым, а тот кинул ее, и видимо, этот человек был не последним лицом в этой стране, а если б и не самым первым. Но способ, которым он ее отблагодарил…Сволочь, решил поближе к себе ее, что б на виду была.