Чтение онлайн

Эмми посмотрела на Натали, и они обе закатили глаза.

– Почему бы тебе не поискать Джека? – спросила Эмми.

– А с кем я, по-твоему, весь день разговаривала? – отозвалась Лола, продолжая что-то печатать в телефоне.

– Кто у него в этом году будет соседом по комнате? – с опаской спросила Эмми.

В первый год у Джека были проблемы с соседом. Бринн, кузен Лолы, сделал его жизнь невыносимой, когда узнал, что Джек не желает становиться членом Ордена, как его братья.

– Какой-то новый мальчик, – ответила Лола. – Сэм или что-то в этом роде.

Эмми убрала прядь волос за ухо. Может быть, это Сэма она видела в поезде?

– В этом году Джеку разрешили посещать уроки по искусству для шестого и седьмого классов, – добавила Лола.

– Серьёзно?

Лола кивнула.

– Он вне себя.

Эмми улыбнулась. Проведя в Англии год, она знала, что «вне себя» означает «очень довольный», но ей понадобилось время, чтобы привыкнуть к британскому сленгу.

– Наверняка его папа не рад, – заметила Эмми. Мистер Голт продавал предметы искусства и мечтал, чтобы Джек занимался не творчеством, а бизнесом.

– Да какая разница? – ответила Лола. – Может быть, ему в следующем году вообще придётся писать дипломную работу по искусству, потому что у него закончатся все занятия.

Эмми и Натали остаток дня провели, раскладывая вещи, а Лола то и дело повторяла, что они слишком долго возятся.

Наконец Эмми повесила в шкаф последнюю юбку.

– Ну вот и всё.

Лола откинула голову назад и простонала:

– Наконец-то! Ужасно хочу есть. Давайте возьмём Джека и пойдём поедим.

– Я должна встретиться с Джайей, – сказала Натали. – Увидимся позже.

Лола отправила Джеку очередное сообщение, и Эмми встретила его в общей комнате.

– Привет! – Эмми обняла друга. – У тебя новые очки!

Джек потрогал оправу: очки были по-прежнему с квадратными стёклами, но тоньше и ярко-голубого цвета.

– Да, в старых я почти ничего не видел. Они все были поцарапаны. Ты постриглась?

– Да, я…

– Ладно, ладно, – перебила Лола, подталкивая их к двери. – Все выглядят прекрасно, а теперь пошли.

– Погоди! – Джек оглянулся. – Оли, познакомься с Эмми.

К ним, шаркая ногами и опустив голову, подошёл мальчик.

– Привет, – сказал он.

– Привет, Оливер, – поздоровалась Эмми. С идеально причёсанными волосами и в круглых очках Оливер казался более аккуратной копией Джека.

– Если хочешь, можешь за ужином сидеть с нами, – сказал Джек. – Но может быть, тебе захочется познакомиться с другими учениками. Вдруг у тебя появятся новые друзья.

Оливер кивнул, но его глаза распахнулись так широко, словно вместо «новые друзья» Джек сказал «акулы».

В тот вечер в столовой было, как всегда, шумно: звенели столовые приборы, и от старых каменных стен эхом отдавался громкий смех. Когда-то роскошный собор аббатства Блэйкхол превратили в роскошную столовую. Эмми вдыхала знакомые запахи маслянистого печенья, картофельного пюре с чесноком и пряного дала [1] с лепёшками наан [2] . Ей не терпелось наброситься на слоёный пирог.

Когда все наелись, Эмми, Джек и Лола медленно вернулись в общую комнату. Посередине пылал большой камин, разгоняя сырую прохладу, которая просачивалась в старые окна. Мадам Бойд тоже была в комнате: она возглавляла дом Одри и пришла поприветствовать новых учеников. Но при виде другого учителя Эмми удивилась и занервничала.

– Что здесь делает Ларраби? – спросила Эмми.

Мистер Ларраби возглавлял латинский клуб, из которого набирали новых членов Ордена. Он никогда не угрожал ей, но Эмми всё равно было не по себе.

– Он ведь руководитель дома Эдмунд, – ответил Джек.

– Знаю, но он никогда не приходил в общую комнату. – Эмми понизила голос. – Он не очень-то старается помогать ученикам.

Джек сухо улыбнулся.

– Такое правило. В первый день все должны встретиться с руководителями своего факультета.

– Я всё время забываю, что ты пропустила начало прошлого года, – вставила Лола.

Почти все мягкие стулья и кушетки были заняты, поэтому они примостились на столе. Лола вытащила из кармана пальто колоду карт.

– Давайте сыграем, пока не началось собрание.

Эмми потребовалось совсем немного времени, чтобы разобраться в придуманной Лолой игре, но зато теперь она могла хватать карты и с шумом складывать колоду почти так же хорошо, как и Лола. После первой партии к ним присоединились Натали и Джайя, но, прежде чем они успели сдать карты во второй раз, мадам Бойд подошла к камину и откашлялась.

– Итак, – начала она, – теперь прошу тишины.

Почти все в комнате затихли, кроме мистера Ларраби и мальчиков из латинского клуба, которые продолжали о чём-то разговаривать в углу. Ларраби громко засмеялся. Кажется, он не слышал, что мадам Бойд начала говорить.

Мадам Бойд сжала губы.

– Мистер Ларраби! – Она изо всех сил старалась не заскрипеть зубами. – Вы не присоединитесь ко мне и не поприветствуете наших учеников?

Мистер Ларраби поднял палец, словно говоря «одну минуточку». У мадам Бойд побелели губы. Она была почти так же вспыльчива, как Лола, и не любила, когда её заставляли ждать.

Мальчики засмеялись: должно быть, Ларраби закончил рассказ и наконец подошёл к камину.

– Прошу прощения, мадам Бойд, продолжайте.

Мадам Бойд пристально посмотрела на него, а потом повернулась к ученикам.

– Для новеньких. Добро пожаловать в Уэллсворт. Я мадам Бойд, руководитель дома Одри.

– А я мистер Джеймсон Ларраби, – продолжил Ларраби. – Я руковожу домом Эдмунд, а ещё я выпускник Кембриджа, председатель латинского отделения и глава латинского клуба. Надеюсь, кто-нибудь из новых ребят из дома Эдмунда вскоре в него вступит. Нам всегда нужды новые участники.

Эмми посмотрела на Лолу и закатила глаза. Возможно, латинский клуб не мог официально запрещать девочкам участвовать в своих встречах, но зато делал всё возможное, чтобы ни одна девочка не захотела остаться там надолго.

– Завтра утром вы найдёте в своих почтовых ящиках расписание, – продолжала мадам Бойд. – На этой неделе у новых учеников будет встреча со мной или с мистером Ларраби. Через несколько недель в Уэллсворте состоится ежегодный благотворительный ужин, и в этом году его будут устраивать дома Одри и Эдмунд. Нам понадобится группа волонтёров, и я повешу на доске объявлений листок, куда вы сможете вписать свои фамилии. Если к завтрашнему вечеру он весь не будет заполнен, я сама решу, кого из вас записывать.