Чтение онлайн

Приближается к булыжнику, заклинание читает. Двадцать пять родилось, семьдесят пять задохло. Тридцать пять на престол взошло, шестьдесят пять в рабы продали. Семьдесят три возмужали, двадцать семь состарилось. Восемьдесят восемь статуй целых и двенадцать разбитых. Шли дожди, озеро до краев заполнили.

Стучит по булыжнику раз. Отпрыгивает, злобно хохочет. Ко второму удару готовится. Бурчит под... нос? У камней есть нос? Не важно! Бурчит под нос второе заклинание!

Десять семян и девяносто костей. Одна корона и ноль оков. Сто свечей, пятьдесят три горят. Сто машин, шестьдесят девять целые. Сто ртов, пять сытые, остальные голодные.

Бьется второй раз об булыжник. Разбивает собрата в труху. Ветер подхватывает пыль и разносит в стороны.

Кряхтит Нил, злорадствует, насмехается над убитым. О боги, я придумал ублюдка... Оживает заклятье и обращается против создателя. Грозит раздробить его, как булыжника.

Нил ожидал подвоха. Подготовился старый дух. Набирает в легкие воздух? И кричит. Шестьдесят восемь младенцев и тридцать два скелета. Один целый станок. Вино заполняет глубокое блюдце на половину. Одна корона... Снова? Хватит отвлекаться! Шестьдесят шестеренок целых и сорок ржавых!

И выкрикивает напоследок. Дарую заклятию имя, сосуд. Привязываю к себе, ибо только я знаю сие имя. С этого дня тебя зовут Камнедробилкой!»

От сердца к руке ударила молния, камень яростно задрожал, вырывался из хватки — Сэмюэль с трудом удержал его. Сонливость смыло цунами благоговения, наполнило теплом и покоем, тревоги растворились в бушующих водах удовлетворения. Парень закрыл глаза, наслаждался ощущением.

— Халтура, — донеслось презрительное шипение. — Ни капли уважения. Жалкий упадок ума.

— Плевать, — бросил Сэмюэль и посмотрел на камень. В сознании пузырились остатки благоговения, левая рука дрожала от чувств. — Куда ударила отдача?

— А сам-то как думаешь? — вернула вопрос Амелия.

«Опять в правую руку?» — подумал парень и склонился, чтобы опустить камень на землю.

Тщетно. Мизинец и безымянный не двигались. Попытки разогнуть пальцы отдавались острой болью.

Сэмюэль присмотрелся. Отдача сплавила два последних пальца в один толстый, багровую кожу покрывали знакомые трещины, кости застыли согнутыми, ногти расплылись в большую кляксу.

— Чулять, — вырвалось у него. Парень по очереди оттопырил пальцы. Средний отлип от камня, и сплавленные последовали за ним. Сэмюэль подвигал средним, сплавленные повторили. — Чулять.

— Сложная отдача, — бесстрастно заметила фея. — Не самая ужасная. Тебе повезло.

— Ну спасибо!

— Не хочешь проверить? — ткнула она лапой в камень.

— Чтобы меня снова ударила отдача? Нет, спасибо!

— Довольно истерик, Сэмюэль. Отдача будет слабее. Только два связывания.

— Можешь проверить сама, — отмахнулся Сэмюэль и выставил вперед сплавленные пальцы. — Когда связывание пройдет?

— В этом случае, — задумчиво протянула Амелия. — Никогда.

— Что?

— Отдача разрушила уже существующую связь и создала новую. Между двумя якорями. Когда они исчезнут, угаснет и связь. Но якоря в теле подпитываются маной постоянно.

— Я навсегда потерял два пальца...

— Да, — беззаботно кивнула фея. — Так проверять будешь? Я подскажу как быть с отдачей.

— Погоди! Ты раньше не могла это сказать?

Амелия помотала головой.

— На чем ты сидишь и чего касается твоя спина?

— Обломка? Каменного обломка, — понял Сэмюэль.

— Во время заклинания владение касалось похожей цели, но отдача все равно ударила в тело. Тебе не повезло и повезло одновременно. Две связи — не убьют тебя. Возможно, отдача поразит обломок. Поверь мне.

— Ладно, — буркнул и схватил камень со второго раза. К сплавленным пальцам нужно будет привыкнуть.

Задумчиво повертел в руке. Камень как камень. Форма не изменилась, шершавость осталась.

Амелия подтолкнула рогами камень поменьше к ногам. Сэмюэль нагнулся и взял двумя пальцами. Вжался спиной в стену и постучал по камню один раз. Ничего не произошло. Зажмурился и стукнул во второй.

Треск привлек внимание. Парень приоткрыл глаза. По серой поверхности стремительно поползли трещины, разделили камень на множество частей.

Сэмюэль присмотрелся. Трещины раскололи осколки на меньшие, снова, снова, снова и снова. Камень обратился в труху, и горка взорвалась облаком пыли. Парень закашлялся.

— Доволен? — спросила фея.

Он не ответил. Сэмюэль осмотрел руку. Ничего. Отдача попала в булыжник или в стену.

— Что дальше? — продолжила она. Пыль улеглась, покрыла Амелию и Сэмюэля тонким слоем.

— Дождемся ночи, — смел он с лица каменную труху. — Нужно как-то отвлечь офицеров.

? ? ?

Сэмюэль стоял у входа в просторной прихожей театра. Рука сжимала ручку на двери. Он готовился к гостям.

Взгляд прыгнул с безлюдного пространства вниз, на темно-серый плащ и желтый шарф, медленно поднялся. Посередине появился круглый стол с пятью стульями. Одно держалось дальше остальных. Его место.

Изо рта вырвался протяжный вздох. Сэмюэль повторил имена гостей четыре раза и открыл дверь. Медленные и уверенные шаги не заставили долго ждать. Парень отпрянул, захромал спиной к столу. Левая рука нащупала Подделку в кармане. Выхватил и приставил ствол к виску.

Фея зашла первой. Амелия окинула прихожую долгим изучающим взглядом. Высокомерно фыркнула и зашагала вперед.

— Скукота, — пожаловалась она. — Ни вкуса, ни достоинства. Расстраиваешь, Сэмюэль.

Парень не ответил, занял дальний стул.

Через дверь прошли три юноши: Зак, Майлд и Кью. Первый выглядел злым, второй держался невозмутимым, третий обыденно трясся от волнения. Они последовали за феей, уселись на стулья.

Майлд заговорил:

— Вас разыскивают.

— Знаю, — ответил Сэмюэль.

— Знаете? — воскликнул Зак. — Сегодня допрашивали весь завод! Сказали вы особо опасный преступник.

— Мне нужна ваша помощь, — пропустил слова мимо ушей.

— Нет, — отрезал Майлд. Остальные двое повторили. — Мы не станем подвергать себя опасности, мистер Берислави.