Чтение онлайн

Название Офир долго вызывало споры в научной среде. Что за страна скрывалась за этим топонимом? Где лежал «златом обильный» Офир? На протяжении столетий в бесчисленных научных трудах делались попытки решить эту загадку. Исследователи помещали Офир в разных частях побережья Индийского океана – в Южной Аравии, Индии, на Цейлоне, Малаккском полуострове – и даже выбирались за его границу, переносясь в Океанию и Америку. Большинство этих предположений, писал известный советский историк И.Ш. Шифман, «невозможно ни доказать, ни опровергнуть».

Так, немецкий географ Рихард Хенниг, отмечая, что в то время существовали караванные пути, связывавшие Ближний Восток и Южную Аравию, заявлял: «Следует считать доказанным, что в страну Офир можно было попасть только морским, а не караванным путем. Таким образом, все части Аравии при розысках местоположения Офира отпадают». Однако вполне резонно такое возражение: «Но разве нельзя было проложить туда и морской путь?» (И.Ш. Шиф-ман). Тем более финикийцы, как мы знаем, уже убедились в преимуществах морской торговли над сухопутной.

Известно, например, что жители Финикии поддерживали связи с Южной Аравией. Оттуда в финикийские города вывозили благовония. В одном из палестинских городов – Бет-Эле – найде на печать из Южной Аравии, датируемая Х – IХ веками до нашей эры.

«Но и об Индии не может идти речь, – продолжал дискуссию Офир Рихард Хенниг. – Вряд ли здесь могли разрешить каким-либо иноземным морякам заниматься разработкой залежей и запросто вывозить из страны богатейшие сокровища». В заочном споре тут же слышалась реплика: «А откуда известно, что бы стали делать жители Индии три тысячи лет назад? Ведь никаких конкретных обстоятельств мы не знаем» (И.Ш. Шифман). Многие исследователи помещают страну Офир в Индию, в местность к югу от Бомбея.

Что касается Малакки, то, продолжал Р. Хенниг, «в Х веке до нашей эры… экспедиция на Малакку и обратно должна была длиться не менее 5 – 6 лет». Ведь в то время «мореходы не умели пользоваться муссонами и вынуждены были следовать всем изгибам береговой линии». Кроме того, «нужно было длительно заниматься торговлей или разработкой месторождений».

Ряд исследователей помещает страну Офир где-то в Африке – либо в районе Зимбабве, либо в золотоносных районах Нила, у границ Эфиопии. После открытия в конце ХIХ века загадочных развалин Зимбабве некоторые историки предположили, что именно сюда прибывали корабли Хирама и Соломона. Однако «лучшие географы древности знали Восточную Африку немногим дальше района Дар-эс-Салама» (Р. Хенниг). Ведь тогда корабли «не могли еще преодолеть сильного течения Мозамбикского пролива». Чтобы достичь Зимбабве, мореходам нужно было отклониться далеко в сторону. Кроме того, «никаких следов финикиян в этих местах не обнаружено» (И.Ш. Шифман).

Почему же авторы библейских книг не потрудились объяснить, где находится загадочная страна Офир? Да потому, что современники и так об этом знали. Но древнее знание утеряно безвозвратно, и теперь исследователи теряются в догадках.

Сейчас большинство ученых убеждены, что под названием Офир скрывается либо Йемен (Счастливая Аравия), где правила легендарная царица Савская, либо часть африканского побережья между современными Эфиопией и Танзанией. В любом случае это была страна, которую достигали морским путем, отправившись в плавание из порта Акаба.

Сам Хенниг, автор книги «Неведомые земли» – многотомной истории географических открытий, считал, что золото привозили из Эфиопии, где, например, в VI веке до нашей эры, как сообщали лазутчики персидского царя Камбиза, из него изготавливали даже кандалы. Очевидно, финикийские мореходы во время плаваний в Аравию узнали об африканской стране, богатой золотом, и тогда снарядили армаду кораблей, чтобы завладеть сокровищами дикарей. Плавание в страну Офир, вероятно, было не торговым предприятием, а военным походом или грабительским набегом (что, впрочем, почти одно и то же). Если бы финикийцы торговали со страной Офир, то они из года в год посылали бы туда свои корабли, как слали их на Кипр или греческие острова. «Огромное количество золота, раздобытое экспедицией в Офире, – заключал Рихард Хенниг, – никак нельзя было получить в результате торговли».

В эпоху царя Соломона финикийцы фактически владели портом Акаба на побережье Красного моря. Этот порт был для них воротами на Восток: отсюда они могли совершать плавания в страны, лежавшие на берегу Индийского океана. Но раскопки в районе порта Акаба поначалу озадачили.

В 1939 году американский археолог Нельсон Глюк решил найти подтверждение одному из библейских стихов: «Царь Соломон также сделал корабль в Ецион-Гавере, что при Елафе, на берегу Чермного моря, в земле Идумейской» (3 Цар. 9, 26). Именно на этом корабле было совершено плавание в страну Офир. Археолог отправился из Иерусалима в пустыню Негев, ведь Идумейской землей называлась местность к югу от Мертвого моря, покоренн ая царем Давидом. «И поставил он охранные войска в Идумее… и все Идумеяне были рабами Давиду» (2 Цар. 8, 14). Елаф, лежащий на берегу Красного (Чермного) моря, сразу же заставляет вспомнить израильский портовый город Эйлат. Очевидно, где-то поблизости находился и Ецион-Гавер (Эцион-Гебер), верфь царя Соломона. По соседству с Эйлатом лежит уже упомянутый портовый город – Акаба.

На расположенном поблизости холме Телль-Хелейфе американский археолог и начал свои раскопки. Он надеялся найти здесь остатки древней верфи, судовое оборудование или обломки кораблей. Однако, к своему удивлению, обнаружил медные орудия, литейные формы, шлаки руды и, наконец, нашел поразительно большую плавильную печь. Очевидно, здесь выплавляли медь – металл, о котором мало что говорится в Библии. Так Нельсон Глюк открыл вовсе не то, что задумал искать.

Как объяснить находки? В Библии нигде не было сказано, что в городе Ецион-Гавер выплавляли медь. Раскопки продолжились, и вскоре из-под земли показались массивные ворота. Они были частью городских крепостных сооружений. Судя по всему, Глюк и его коллеги раскопали «в земле Идумейской» древний город, «лежавший при Елафе (Эйлате)». Как показали раскопки, он был окружен мощной оборонительной стеной толщиной до 2,5 – 3, а в некоторых местах и до 4 метров. Ее высота, по мнению Глюка, достигала почти 8 метров. На южной стороне стены находились главные городские ворота. Они были обращены к морю. Возможно, предполагает Н.Я. Мерперт, столь мощное укрепление, датируемое Х веком до нашей эры, было возведено, чтобы охранять товары, доставляемые торговыми судами из стран, богатых золотом, серебром, слоновой костью. «Здесь же могли строиться корабли Соломона, что засвидетельствовано Ветхим Заветом».

Этот город, Эцион-Гебер, существовавший в Х – V веках до нашей эры, был не только крупным портом, но и важным промышленным центром. В его окрестности находились богатейшие залежи меди. Ее добыча началась, видимо, уже в конце II тысячелетия до нашей эры. В Эцион-Гебере выплавляли медь и изготавливали из нее различную продукцию. В запальчивости Глюк объявил, что мы имеем дело с «Питсбургом Древней Палестины» (в середине ХХ века Питсбург был одним из центров американской металлургии).

Правители Израильско-Иудейского царства длительное время стремились захватить и удержать район Акабы и Эйлата, ведь здесь также находилась естественная гавань, открывавшая доступ к Красному морю.

Особые меры были приняты для обороны подступов к региону.

Конечно, результаты раскопок выглядели сенсационно. Финикийцы не только пускались в плавания вместе с израильтянами, направляясь в Аравию, Восточную Африку или Индию, но и строили вместе с ними «совместные предприятия», – например, один из крупнейших медеплавильных заводов Древнего Востока. Здесь уж точно без них не обошлось, ведь сами израильтяне без помощи финикийцев не могли в то время справиться с решением такой технически сложной задачи.

Медные рудники манили финикийцев. Жители Тира и Сидона в поисках меди открыли для себя Кипр и далекую Испанию. Разве могли их купцы не отправиться в Эцион-Гебер?

В Библии, правда, мало что говорится об Эйлате и Акабе. Дело в том, что эти города лежали далеко от Иерусалима и особенно от Вавилона, где были заново переработаны древнееврейские исторические книги. Чем-то нереальным, сказочным казались «пленникам Вавилона» и Ецион-Гавер, и город Елаф. Кто слышал о них – об этих миражах, блеснувших на краю пустыни Негев, у самого Чермного моря?