Чтение онлайн

Рис. 102. Следы лавы

Рис. 103. Озеро на дне кратера вулкана

Итак, смельчаков искупаться в озере вулкана не нашлось, и мы, несмотря на тёплую одежду, продрогли и захотели на судно, в тепло. Сапоги на нас резиновые, и даже двое тёплых носок не спасали от холода. Окончательно продрогнув, стали спускаться к подножию вулкана. Полотенца не понадобились никому.

«Зодиаки» ждали нас, готовые немедленно отчалить от берега. Посадка в них прошла за считанные минуты, сказывался опыт предыдущих походов. Вика, сев на борт лодки, уже почти не держалась за канаты, и её лицо не выражало страха, несмотря на довольно приличные волны.

– Человек ко всему привыкает, – вспомнил я расхожую фразу, посмотрев на мою половинку.

До судна было не больше мили, и вскоре мы уже были в своей каюте и наслаждались теплом нашего временного жилища. Я достал бутылку коньяка, в которой были остатки напитка, и предложил Вике выпить по пять грамм, как принято говорить, за завершение вылазок на берег, за завершение облачения в тёплую одежду, за завершение натягивания на себя огромных резиновых сапог. Возражения не последовало. Бросив взгляд в иллюминатор, я отметил, что туман начал рассеиваться и вдалеке стал проявляться берег, на котором стояла заброшенная полярная станция, возле которой были разбросаны бочки, стояли покосившиеся ёмкости для горючего. Вид был довольно удручающий.

Но эта картина нам нисколько не испортила настроения. Сделав несколько снимков, я сосредоточился на объявлении, в котором диктор сообщал, что во второй половине дня вместо обеда в ресторане нас приглашают на палубу, где будет конкурс на лучший головной убор. В состав меню будет входить шашлык, жареная рыба и много всяких вкусностей. Головные уборы мы не стали готовить, так как по программе турфирмы об этом не говорилось. Ну а если бы знали заранее, то придумали бы что-то сногсшибательное. Время неумолимо двигалось вперёд, и вот уже по радио прозвучало приглашение собраться на палубе.

Рис. 104. Спуск и возвращение на корабль

Рис. 105. Бывшая полярная станция

Одевшись потеплее и зайдя к новым знакомым, мы спустились на палубу, откуда раздавалась музыка и знакомый запах жареного мяса. К нашему удивлению, у правого борта на носу судна стояло множество мангалов, у которых колдовали местные повара, приглашая всех желающих отведать их блюда.

Рис. 106. Обед на палубе судна

Не обошлось, естественно, без горячительных напитков. Настоящий шведский стол, но у берегов Антарктиды и на свежем воздухе. В состав меню входили и крепкие напитки. Кто откажется от стопки водки или коньяка? Капитан выбрал место для стоянки судна в большой бухте, где практически не было волн, качка совершенно не ощущалась. Выбрав себе столик, наша четвёрка с интересом наблюдала за собравшейся публикой. У многих туристов на головах красовались разные головные уборы. У одних были надеты макеты кораблей, у других головы животных. А один из ребят водрузил себе на голову всё, что попало под руку. Козина, в ней бутылка шампанского, пингвин, держащий в клюве новогодний шарик. У другого парня – перебинтованная голова, вымазанная гранатовым соком. Кто-то прикрепил к голове тарелки, видимо взятые в ресторане. Вся эта масса разодетых, разукрашенных отдыхающих, постоянно перемещалась по палубе среди столиков, вызывая у сидящих улыбки и смех. Стояло общее веселье, подогретое бесплатными горячительными напитками.

Рис. 107. Обмен впечатлениями

Почти у каждого отдыхающего в руках или на шее был фотоаппарат или видеокамера, и они беспрерывно щёлкали затворами. Подошёл момент подведения итогов конкурса на лучший головной убор. Под всеобщее ликование первое место досталось туристу, у которого была корзина на голове. Видимо, ему понравилась бутылка шампанского, которая вскоре была откупорена и выпита.

Несмотря на довольно холодную погоду, расходиться не хотелось, и только когда выключили музыку, народ постепенно начал исчезать.

Вдоль левого борта судна вдруг появились пингвины, они стайкой перемещались на огромной скорости, выныривая из воды и пролетая над ней несколько метров, как бы подчеркивая свою принадлежность к отряду птиц.

Через пару минут водная гладь за бортом судна вновь приобрела однообразный, слегка голубой цвет. Пора и нашей компании идти на отдых. Впереди ждал ужин для тех, кто, уйдя отдохнуть, проснётся после обильного обеда. В данном случае я имел в виду себя. Придя в свою каюту, мы с Викой, перед тем как лечь отдохнуть, перебросились несколькими фразами по поводу палубного обеда. Нам понравилось это мероприятие, мы нисколько не пожалели, что провели это время на палубе, несмотря на довольно холодную погоду. Одновременно с этим отметили, что всех, кто находился рядом, независимо от национальности, мы прекрасно понимали. И в этот раз для понимания собеседника или просто разговаривающих на иностранном языке нужно время. К этому мы уже привыкли и не удивлялись. Воистину, человек привыкает ко всему. Как я и предполагал, сон после вкусного обеда с горячительными напитками был очень крепким, но внутреннее радио всё же нас разбудило, приглашая на ужин. Динамик в каюте подключён таким образом, что громкость нельзя уменьшить, если передают какую-либо информацию, если же играет музыка, то громкость можно уменьшить. Вика проснулась первой, и выглянула в иллюминатор.

– Андрюша, посмотри какой великолепный закат за бортом, надо его сфотографировать.

Эта её фраза меня окончательно разбудила, я взял фотоаппарат и сделал несколько великолепных снимков. Судно двигалось по проливу Дрейка. Волны были не очень большие, но почему-то нас качало.

Рис. 108. Участники конкурса

Рис. 109. Оглашение результатов конкурса

Рис. 110. Птица – рыба

Рис. 111. Закат в проливе Дрейка

– Видимо, не включили систему стабилизации, – подумал я.

Пройдя в ресторан, мы заняли свой столик. Виталий и Аня уже сидели, и на их столе стояла бутылка белого вина. Мы решили от них не отставать и заказали себе тоже вина. Начало прохождения пролива надо отметить. Неизвестно, как он себя поведёт в этот раз. Вика не стала поднимать эту тему, несмотря на усиливающуюся качку. Наш столик во время ужина обслуживали официанты, но за напитками приходилось ходить самим. В этот ужин судно стало так сильно качать, что проходя между соседними столиками, я держался за их углы, иначе можно было просто свалиться. Некоторые посетители ресторана падали, им помогали встать. Ужин продлился недолго, большинство присутствующих покинули помещение ресторана. Видимо, им становилось плохо. Наша компания тоже не стала задерживаться, так как мы не испытывали комфорта, видя, как падают не только посетители ресторана, но стулья и посуда со столов. Придя в каюту, я снова взялся за фотоаппарат, открыл иллюминатор и снял волны, накатывающиеся на наше судно.

Рис. 112. Стихия

Погода катастрофически ухудшалась. По радио прозвучала команда задраить иллюминаторы. Несмотря на то что наша каюта на четвёртой палубе, спустя час брызги от волн стали доставать и до нашего иллюминатора. Самое время занять горизонтальное положение и, желательно, погрузиться в сонное состояние. Быстро это можно сделать с помощью принятия «огненной воды», но, к сожалению, она закончилась. Впереди ещё двое суток пути, и это в лучшем случае. Похоже, что обходя шторм, если это будет возможно, придется потратить и трое суток, пока не дойдём до Южной Америки. Дискомфорт постепенно усиливался, и мы с Викой решили принять таблетки от укачивания. Состояние организма такое, как будто ты принял лишнее спиртное, и оно – это спиртное – просится наружу. Помучавшись около часа, я заснул. Заснула ли Вика, это осталось загадкой. Проснулись утром, когда по радиотрансляции прозвучало приглашение на завтрак. Начались одиннадцатые сутки нашего путешествия. Открыв глаза, я прислушался к своим ощущениям. Организм восстановился. Чувствовал я себя вполне нормально. Вика предложила мне одному сходить в ресторан и принести ей что-либо жиденькое. Она решила понежиться в кровати. Возможно, она чувствовала себя не очень хорошо, но признаваться в этом не хотела. А может, действительно, после длительных прогулок по земле шестого континента, накопилась усталость, и её нужно было снять. Судно уверенно двигалось вперёд, качало его уже гораздо меньше, чем вчерашним вечером. Погода за бортом стояла пасмурная. Позавтракав, я вернулся в каюту. К нам зашёл Александр и сообщил, что по рации ночью был принят сигнал SOS от яхты, которая преодолевала пролив Дрейка. Уже приближаясь к берегам Южной Америки, она наскочила на скалы и разбилась. Из трёх членов экипажа двое погибли. Спасательное судно сумело спасти одного из членов экипажа. Яхта, которая переломилась пополам, осталась на камнях скалы. Печальное известие. Зашли и наши новые друзья. Они тоже узнали о трагедии. Помолчали. Поинтересовались у Александра прогнозом погоды на ближайшие двое суток. Он нас успокоил, сказав, что шторм прошел стороной, зацепив нас своим краем, что больших волн на нашем пути не ожидается. Пролив пройдём за двое суток. Вечером намечается традиционный ужин с капитаном. Во время ужина будет проводиться аукцион по продаже лучших фотографий нашей экспедиции. Так и сказал: экспедиции. Значит, мы побывали в экспедиции!

– Вика, ты поняла? Мы все эти дни были не на экскурсиях, а в экспедиции, – с чувством гордости за нас произнёс я.

– По возвращении домой так и будем говорить: мы были в экспедиции по Антарктиде, – поддержал меня Виталий.

– Хвастунишки, – подытожила Вика.

– А мне нравится такое определение нашего путешествия, – добавила Аня.

– Андрей, – обратился ко мне Александр, – я долго думал над твоей записью и рассказом о посещении нами загадочной пещеры и пришел к выводу, что этот факт имел место. Я принёс флэшку, если не возражаешь, сбрось мне этот эпизод. Я его внимательно прослушаю и переговорю со своими друзьями в Академии Наук. Они занимаются вопросами духовного развития России. Я думаю, они заинтересуются этой информацией, – с этими словами он протянул мне флэшку.