Загадочная блондинка
Шрифт:
О'кей! Может, она и знает о нем кое-что, но этого недостаточно.
— Вы поедете, и прекращаем спор. — Он подошел к ней.
Шерри бросилась в сторону, спрятав руки за спину. Она не позволит ему ее утащить.
— Опять ваше чрезмерное чувство ответственности. Дайте ему отдохнуть.
Он уперся руками в бока и тяжело вздохнул.
— Как вы понимаете, я бы давно это сделал, если бы мог.
Она нахмурилась, все еще полная подозрений. Ей хотелось поехать с ним. Слишком хотелось, хотя это не лучшая идея. Может, он не такой хороший, как кажется…
— Если бы я была парнем, вы бы не стали предлагать мне поехать к вам домой, разве нет?
— Если бы вы были парнем, вы сами могли бы себя защитить.
— Я и так прекрасно могу себя защитить.
— Представляю себе. Если бы я захотел, давно бы утащил вас с пляжа… — Тут он растерялся и бросил взгляд на ее сумочку. — Ну, вы сами знаете.
Шерри почувствовала, что краснеет.
— Я могла бы закричать.
— И никто бы вас не услышал.
— О'кей, — сдалась она. — А если бы мне было сорок лет и я была бы толстая, вы все равно позвали бы меня к себе?
— Если бы вам некуда было идти и вы были бы так же беспомощны, как сейчас? Разумеется.
Несомненно. — Он взглянул на нее. — Вам нужны еще рекомендации?
— Нет, вы мне просто объясните, почему вы это делаете. Чтобы я поверила.
Он вздохнул, глядя в сторону. Попробовал заговорить, поколебался, попробовал опять, но слова давались с трудом.
— Я был в таком же положении, как и вы, начал он. — Много лет назад. Разорившийся, павший духом, без средств, без жилья, потому что люди, которым я доверился… с которыми у меня был бизнес… сбежали вместе со всеми моими сбережениями. Тогда нашелся человек, который мне помог. Он дал мне приют. Помог встать на ноги. Поэтому я знаю, что человек испытывает в таком положении. — Он вздохнул. Это только на сегодня. Моя мать живет по соседству. Я бы отвел вас к ней, но уже поздно, а она… нездорова. Слишком слаба, чтобы будить ее среди ночи. Я просто предлагаю вам ванну и место для ночлега. И завтрак, если пожелаете.
Только и всего.
— Вы думаете?.. — все еще колебалась она.
— Да, — устало произнес он. — Так вы идете?
Или мне опять ехать за вами вдоль улицы?
— А вы не устали от этого?
— Устал. А вам не надоело убегать?
Шерри тяжело вздохнула и закрыла глаза.
— Честно говоря, да.
Он открыл пассажирскую дверцу.
— Поехали, завтра можете начать сначала, улыбнулся он.
Не стоит ей смотреть, как он улыбается, так можно и увлечься. Морщинки в уголках глаз и ямочка на одной щеке делали его еще притягательнее.
Шерри забралась в машину, и они поехали на юг. Майк вел машину, чуть покачиваясь в ритме какой-то мелодии, которую напевал про себя.
— А что сказала ваша мать, когда отец выкинул такое? — поинтересовался он.
— Могу себе представить, сколько всего она бы сказала. — Шерри улыбнулась. — Но она умерла. Очень давно. Мне было тогда двенадцать. Лодка, в которой она находилась, перевернулась, и мама утонула. Но родители развелись задолго до этого. Когда мама умерла, я стала жить с Тагом и Бебе, с отцом и мачехой.
— Извините.
— Это было очень-очень давно, но все равно спасибо.
— Мне очень жаль. Я знаю, что такое терять родителей. Это очень тяжело.
— Но вы говорили, что ваша мать…
— Мой отец. Пару лет назад.
— О-о-о…
Они замолчали. Шерри заговорила первой:
— Мистер Скотт…
— Зовите меня Майк, — бросил он на нее взгляд, — просто Майк.
Он опять улыбнулся, совсем чуть-чуть, но Шерри почудилось в этой улыбке превосходство.
— Вы хотели что-то спросить, — напомнил он.
— Я забыла, — смутилась Шерри. Он мешал ей собраться с мыслями.
— А братья или сестры у вас есть? Кажется, служанка упоминала вашу сестру.
— Сводную сестру. Ее зовут Джулиана. Она тоже здесь живет.
— А что она сказала? Сколько ей лет?
— Уже двадцать два. Но она совершенно не в курсе того, что произошло. Таг и Бебе стараются ей ничего не рассказывать, оберегают ее. Да и я тоже. Она такая беспомощная. — Шерри усмехнулась. — А я сама могу о себе позаботиться.
Майк улыбнулся, но не ответил, продолжая покачивать головой в такт внутренней мелодии.
Машина неслась по Палм-Бич. Городок безмолвствовал, деловые кварталы и жилые дома были темными и сонными. Шерри старательно сражалась с охватившей ее усталостью и дремотой, но через пару кварталов сдалась.
Когда они въехали в гараж возле его дома, Майк не знал, будить ее или нести сонной. Он боялся, что, если внесет ее в дом и положит на кровать, ему не хватит силы воли, чтобы удержаться и не забраться к ней под бочок.
Придется будить.
Он приоткрыл дверцу и придержал ее за плечо, чтобы она не вывалилась во сне. Не открывая глаз, Шерри пробормотала:
— Мы уже приехали?
Майк потянул ее за руку, помог выбраться из машины и, прикрыв дверцу, повел к лифту. Его квартира располагалась в конце коридора. Едва войдя, он сразу почувствовал запах тушеного мяса и тихонько выругался.
Шерри тут же испуганно пробудилась и дернулась, стукнувшись головой о его подбородок.
— Осторожней. — Он посадил ее в кресло и пошел в кухню, чтобы выключить плиту.
— Что случилось? — дрожащим голосом спросила она.
— Мама оставила готовиться ужин, только и всего. — Он схватил горячую кастрюлю. — Я столько раз просил ее не делать этого. Ей нужно больше отдыхать. Но она меня совершенно не слушает.
Он положил крышку на плиту и взглянул на Шерри, которая вслед за ним вошла в кухню.
Она улыбалась, словно знала нечто ему неизвестное.
— Что такое?
— Просто я подумала, сколько раз ваша мама говорила: «Он совершенно меня не слушает».