Чтение онлайн

—Я живу на два города.

Я попросила довезти меня до отеля, и мы распрощались, договорившись созвониться, если будут новости.

Уже засыпая, я вдруг осознала, что Злобного не удивил мой вопрос про Турин, значит он видел меня…

Утром светило солнышко. Несмотря на зимний день, было очень тепло. Я поехала снова на Навильи. Кафе и магазины на каналах потихоньку открывались, посетителей было мало. Я понимала, что очень рискую — ведь теперь все мои подозрения сводились именно к художнику. Он подходил под описание Аниного бойфренда, скорее всего рисовал мою сестру. Его связь с Красавчиком тоже была очевидна, ведь картину купил именно он. Заплутав среди однотипных мастерских, я, наконец, нашла нужную, но она была наглухо закрыта. Устроившись в соседнем кафе, терпеливо ждала, когда же появится владелец, но минуты бежали, но он не появлялся.

Приветливый официант разговорился со мной, и сообщил, что мастерская закрыта, а художник, похоже, по слухам, пропал. Выйдя и кафе, и немного побродив, я облокотилась на каменный свод моста, голова закружилась, перчатка упала на грязный мокрый асфальт. Наклонившись, я уже было встала обратно, как увидела, как что-то знакомое блеснуло среди мусора. Это была буква «А» от Аниной цепочки.

Забрав ее, я в некотором шоке от происходящего, я решила снова поехала в Турин и показать картину в ресторане. В городе Альп и шоколадного ликера я почувствовала себя гораздо лучше, и задержалась тут еще на несколько дней. Одним вечером, я пошла в тот ресторан. Хозяин выслушал мою историю, и жестом позвал внутрь помещения. Открыл дверь.

Там, за столом около старинного зеркала я внезапно увидела свое отражение — у окна стояла Аня. Увидев меня, она расплакалась и бросилась мне на шею.

Итак, сестра, оказывается, решила в одиночку выяснить, не осталось ли для нас еще какое-то наследство от нашей итальянской прабабушки, решив не посвящать меня в свое расследование, потому что знала, что я не соглашусь на такой риск, и решила сделать сюрприз, пообщавшись с местными антикварами. Наследство не нашлось, а вот привлечь внимание местных грабителей — охотников за сокровищами, ей удалось в полной мере. Рассказ сестры о возможном наследстве выглядел для вора очень убедительным и отказаться от такого куша Злобный не захотел. Он напал на нее, как только понял, что девушка что-то заподозрила, сорвал цепочку, но Аня сбежала и уехала в Турин.

— Причем тут картина? Ты знакома с Красавчиком? И главное, почему ты не позвонила мне?

Шквал вопросов не смутил мою сестру, и наконец-то в своей манере, она рассказала всю историю.

— Роман с Красавчиком — да, но он тут не причем. Злобного встретила у антиквара, которому показала цепочку и распрашивала о ювелире. Художник — его друг. Картина — подарок, который не успела забрать. Никакого романа со Злобным не было, он просто рассказал, что знает работы такого мастера, и с тех пор крутился вокруг. Не позвонила, потому что написала записку, и раз ты не приехала, я решила, что лучше, что ты уехала домой, виза у нас заканчивалась. Не думала, что приедешь снова. Не знала как уехать сама, документов не было. Злобный приезжал в ресторан, опасность оставалась.

Вообщем, все это было сумбурно, но в духе Ани.

—А почему ты решила скрыться тут, в этом ресторане?

—Лена, представляешь, я нашла письмо от прапрабабушки, где она писала о итальянце в Турине, и решила поискать его по фамилии и адресу, вот нашла этот ресторан и меня приютил хороший человек, вероятно родственник бабушкиного знакомого. Записку я писала тебе, но не успела оставить, видимо она выпала из сумочки, когда Злобный напал на меня и он забрал ее себе.

Так закончилась эта история. Мы продолжаем иногда еще ездить в Милан, а чаще, в Турин, потому что у Ани завязался роман с ресторатором, а у меня с пианистом. А еще мы недавно узнали, что Злобный был пойман, и обнаружены различные похищенные драгоценности. К сожалению, наших цепочек там не оказалось. И хотя нам очень жаль, похоже, мы нашли гораздо больше, то, что искали…может настоящую любовь? Время покажет…

Послесловие.

Дождливым миланским утром Красавчик собирался на работу, поправил узел модного галстука, снял с плечиков пиджак. В кармане пиджака что-то лежало. Он выудил из кармана порванную старинную цепочку с синим камнем и буквой М, внимательно посмотрел на нее, еще раз посмотрел в зеркало. Открыл старый комод, достал потертую шкатулку, а из нее потемневшее от времени кольцо, браслет, и еще одну порванную цепочку…работы того же мастера — его прапрадеда, известного миланского ювелира. Теперь весь комплект был почти в сборе, он столько лет искал его. Мамма мия, как мог дед раздаривать такие дорогие работы?

Как гласила семейная легенда, он подарил часть украшений какой-то приезжей девушке, с которой у него был недолгий роман. И чуть не поплатился своим браком. Прапрабабушка Красавчика еле простила его.

Он повертел в руках помятое пыльное и немного порваное старинное фото позапрошлого века, где молодой черноглазый итальянец, обнимал светловолосую девушку, на кофточке которой можно было разглядеть затейливую цепочку с медальоном и буквой А.

На мгновение, он ощутил какое-то сожаление, что в его жизни пока не случилось такой любви, ради которой он отдал бы в подарок свое семейное наследство или случилась, но он ее не разглядел? Минутная слабость…Он закрыл свое сердце и задвинул коробку обратно в комод.

Меня вела невидимая карта, что было намного интереснее, чем привычный навигатор. Имя этой карты — интуиция…

Сложно было не выйти на эти улицы, сплетение которых рождается в самом центре города. Легко пропустить их, увлекшись поиском очевидных достопримечательностей.

Я на перекрестке, с одной стороны, расположенном у всех на виду, но при этом спрятанном от жадных взглядов случайных людей. Потоки пешеходов прокладывают себе путь в каких-то двадцати метрах от этой дорожки, но только некоторые идут по ней.

Я иду, безоговорочно доверяя Провидению.

В тот же миг, рядом со мной вдруг возникает прозрачная, — нет, даже не стена — а какая-то желеобразная масса.

Делаю шаг и вдруг проваливаюсь через нее во времени, оказываясь в этом же месте, тоже в центре Милана, …но похоже, не в этой, а будто в своей прошлой жизни…

Черные добрые стволы деревьев сегодняшнего дня кажутся более юными, но листья такие же осенние и яркие, как и сейчас.

Ветер гоняет обрывки газеты, дата 1930 г. …И мне тоже 30 лет, как и сегодня.

Я стою на тропинке, смотрю на эти листья и понимаю, что эта улица знакома мне очень давно. Более того, ощущаю здесь присутствие другого человека. Какого-то дорогого мне мужчины.

Он расстегивает пальто, улыбается и наклоняется, чтобы выпить воду из зеленой городской колонки с забавной мордочкой дракона.

—Эй, ты простудишься!

Я смеюсь и он тоже снова улыбается.

— Я никогда не простужаюсь.

Его карие глаза настолько внимательно изучают меня, а цепкий взгляд так резко контрастирует с улыбкой, что я смущенно отвожу глаза.

— А ты знаешь, что я живу в этом доме?

Он показывает мне здание с живописными балкончиками, почти каждый из которых утопает в зелени и ярких красных цветах.

Я внезапно прихожу в себя и понимаю, что стою у той самой зеленой колонки со знаменитым миланским "дракончиком". На колонке почему-то лежит роза. Несколько упавших с нее лепестков плавает внизу в воде. Я касаюсь ствола дерева рукой, и ощущаю от него волну энергии. Поднимаю глаза на ближайший дом, вижу балкончики. Какой из них? Какой? Какое-то наваждение. Улица ForoBuonaparte. Milano. 2017 г.