Заглянувший. Лунная флайна
Шрифт:
Я закатил глаза. Опять переключилась на излюбленную волну с верой в нечто большее.
– Знаю, о чем ты подумал! Но ведь должно быть нечто, что не в состоянии объяснить сухая логика и пытливый ум!
– Ничего еще не доказано, – сказал я, любуясь яркой молодой листвой на деревьях, – Душу не нашли, бога не зафиксировали.
– А что, если духовная составляющая реальности просто не дает себя обнаружить?
– Ага, интересно, почему? – скептически усмехнулся я.
– Чтобы каждый человек смог прийти к этому понимаю сам! Без влияния со стороны. Ты слышал об эксперименте с двумя щелями?
– Неа.
– Закрой глаза!
Я закрыл.
– Представь темную комнату. В комнате есть прибор, излучающий поток электронов в сторону экрана. Между прибором и экраном есть преграда – медная пластинка с двумя щелями. Как ты думаешь, какой отпечаток получиться на экране, если электроны – всего лишь маленькие шарики?
– На экране появятся две полосы, такие же, как и щели, – мысленно представив, ответил я.
– Такой рисунок проявляется на экране только тогда, когда ученые пытаются зафиксировать поведение электронов, то есть когда за электронами наблюдают! Свет как будто подстраивается под наше желание увидеть простую, понятную картинку. Но результат эксперимента меняется, если наблюдения не вести: на экране появляется сложный узор из чередующихся черных и белых полос. Электроны перестают вести себя как частицы и демонстрируют поведение волн. Один и тот же электрон может быть одновременно и частицей, и волной, все зависит от того – смотрят на него или нет! Как ты считаешь, почему так происходит?
– Мир элементарных частиц очень мал. Скорей всего, даже наблюдение за ним нельзя провести без физического воздействия. Система измерения, которая используется для обнаружения активности частиц, влияет на поведение этих частиц.
– Банальный ответ отличника, – фыркнула сестра, – Реальность иллюзорна и зависит от нашего восприятия. Как бы то ни было, я вижу связь между этим экспериментом и тем, что физики все еще не зафиксировали душу. Невидимый мир существует, но прячется от наших приборов. Кто-то по ту сторону хитрее нас и не позволяет себя обнаружить, тем более – изучить, как бы ни старались ученые. Нам никогда не получить доказательств его существования. Основоположник квантовой физики Макс Планк считал сознание фундаментом всего сущего. Материя в его понимании была лишь производной от сознания, т.е. сознание создает физический мир! Многие физики склоняются к тому, что без сознательного наблюдателя наша Вселенная не смогла бы существовать или существовала бы неопределенно, как нереализованный потенциал.
– Квантовую физику вообще никто не понимает, там сплошные загадки. Лет через пятьдесят ученые опять что-то обнаружат и все постулаты рухнут.
– И все же не даром говорят, что мысль материальна, – вторила сестра, – Весь твой скепсис – просто стечение обстоятельств. Ты просто не сталкивался с по-настоящему необъяснимыми вещами.
Я решил не спорить. Солнце приятно согревало лучами, птицы чирикали на деревьях и все казалось чудесным. Я даже согласился с зерном логики в рассуждениях сестры. Тема казалась действительно интересной и захотелось узнать подробности этого странного эксперимента. Скорее всего, обнаружатся нюансы, списывающие теорию невероятного на нет.
– Я тут свой эксперимент проводила недавно, – продолжила она.
– Ну ка, – заинтересовался я, уплетая бутерброд.
– Суть в следующем: едет в транспорте человек, ни на кого не смотрит, читает книгу или в телефоне ковыряется. Или вообще дремлет. На окружающих никак не реагирует, короче – ушел в себя. Я начинаю смотреть на него не отрываясь и примерно через двадцать секунд он просыпается и глядит на меня. Типа – что надо-то? Работает почти всегда, в девяносто процентов случаев! Как это получается, а? Как люди понимают, что на них смотрят?
– Не знаю, я ж не Макс Планк. Надо самому попробовать и проверить. Сейчас это выглядит так, будто ты выдаешь желаемое за действительное.
Сестра хотела что-то возразить, но вдруг вскрикнула, выронив яблоко. Ее глаза расширились от испуга.
– Что случилось?!
– Да так, показалось, – растерянно ответила она.
– Что показалось?
– Ну… Ты когда-нибудь замечал краем глаза человеческие силуэты там, где никого нет?
– Не-а. Ты увидела такое? Только не списывай на мистику! Оптические иллюзии никто не отменял, человеческое зрение обманчиво.
– Ты не понимаешь. Знаю, звучит странно, но какое-то существо преследует меня. Какой-то призрак.
– У сестренки развивается паранойя? – все еще казалось, что это розыгрыш.
– Думала, брат всегда поймет и поддержит, но, видно, ошиблась, – она отвернулась.
– Ты же знаешь, я не верю ни в призраков, ни в пришельцев, ни в снежного человека. Чего обижаешься?
– Не обижаюсь. Сама хочу понять, что это.
– И часто ты видишь этого призрака?
– Постоянно, но стоит перевести на него взгляд, он исчезает. Зато боковым зрением могу долго наблюдать его рядом. А еще в отражениях.
– Думаешь, он обладает разумом?
– Он определенно мыслит! Я чувствую это. Не знаю, чего желает, но мне кажется, если ты покинешь меня, я останусь в его власти навсегда… Мне очень страшно.
Похоже, она говорит правду и действительно видит что-то странное. И я бы скорее поверил в призраков, чем допустил, что сестра теряет рассудок. Только разгадка не в мистическом откровении, а, к примеру, в пятнышках на глазном дне.
Наполнив кружку ароматным чаем, протянул ее сестре:
– Даже когда упадут все звезды, я буду рядом.
* * *
Воспоминание рассеялось.
Стоя в храме жизней, я попросил показать еще хоть что-то, связанное с ней. Пространство приняло мое стремление и откликнулось коридором, переливающимся многоцветной энергией.
Послышалась громкая электронная музыка, смех, а язык ощутил алкогольную горечь. Мы с одногруппниками сидели в караоке-баре, отмечая студенческий день. Не особенно хотелось составлять им компанию, но было паршиво, и чтобы скрасить одиночество, я поддался на их уговоры.
Восемь человек, три бутылки коньяка, виски и различная закуска на столе – вечер обещает затянуться. Но, пожалуй, это даже к лучшему. Не хочется думать о том, что сестра сейчас зажигает в клубе с парнем. Я терпеть его не мог с первого взгляда и с удовольствием врезал бы ему. Но что поделаешь – ей он нравится.
Игорь разлил по рюмкам коньяк, сказал тупой тост в своем стиле. Мы чокнулись и выпили. У одного из приятелей зазвонил мобильный.
– Здарова! Уже пьем! – он повернулся к нам, – Ребят, тут еще двое хотят подвалить, вы как?
Никто не возражал, а мне и вовсе было по барабану.
– С ними Ритка и Наташка, – оповестил тот и повесил трубку, – Кажется, идея с мальчишником провалилась.
– Так даже лучше! – обрадовались остальные.
Через десять минут на столе стояло еще несколько бутылок водки. Парни оживленно разговаривали, пока я пил. Олег рассказывал про злачные места, в которых успел побывать, все слушали и громко ржали, поддерживая его рассказ. Я же был счастлив хотя бы тому, что усталость ушла.