Чтение онлайн

«Ни тебе письмо написать, ни по телефону поговорить», — с сожалением сокрушалась Лео, любуясь умиротворяющим танцем снежинок.

В дверь осторожно постучались, но проще всего было сделать вид, будто ее нет, чем подниматься, а потом рассказывать о причине такого настроения.

«Не сегодня. Я всегда рада поболтать, но все завтра».

Снежинки все падали, а Клеопатра думала о поворотах жизни, как судьба забросила ее в совершенно чужой мир. Ей даже казалось, всем остальным было легче, так как они еще детьми попали в Крепость и усваивали всю магию с детства, а ей посчастливилось попасть, будучи практически взрослым человеком, с уже устоявшимися взглядами, которые теперь еще необходимо перестраивать. Сейчас совершенно не видя своего места в этом мире, ей становилось еще хуже, словно этого места и не существовало.

«Алхимики не принимают меня, не считают достойной, сама я не чувствую себя свободно в этом мире, а все остальные — сторонятся, ведь нахожусь среди алхимиков и считают меня с ними заодно.

Красота. Если бы я еще не была так похожа на… как там Ланцерис меня назвал? Душа? То и Драхем со мной не дружил и Защитник дем Гор не относился бы так… снисходительно.

Еще бы знать, о каком союзе волшебников в последний раз говорил Сирсилис, я имею в виду не тот, у которого какое-то металлическое название, а другой. И что там о Жнецах? Жнецы Надежды, Воли… или Боли? Может, я еще не так и расслышала или он меня? Но если бы стала уточнять, то Сирсилис бы меня на атомы расщепил.

Если это тот союз, о котором я думаю, то мне обязательно нужно туда попасть и тогда меня, возможно, научат настоящей магии, и перестану страшиться Охотников и всех их, вместе взятых тоже. И не смогут навредить ни их сообщники, ни Объединенное Волшебное Королевство, ни Светос, потому что доверия он мне внушает все меньше. Какой-то он слишком хитрый и, похоже, любит власть, если судить насколько сильно пытается взять под единоличный контроль Крепость. Единственное странно, не позволил Севему уйти, ведь хотел на его место посадить Раельда.

Конечно, от меня могут потребоваться обязательства выполнения каких-то социальных работ или особой преданности, но, на мой взгляд, это того стоит».

Лео легла спать лишь, когда снег прекратил идти, и небо стало сереть. А проснулась от яркого солнечного света, заливающего ее постель. Сегодня ей особенно не хотелось вставать, а идти к Карпалису Терсикосу, который должен был назначить ей искусника по результатам эшеминга — тем более. Еще больше не хотелось делать вид, будто изучает книги, материал которых прекрасно знала, но делать нечего, и поднялась. Приняв контрастный душ, стала неспешно одеваться и собираться.

В гостиной ее ждал недовольный по виду Драхем.

— Привет, — подозрительно посмотрев на нее, произнес блондин и продолжил наблюдать, ожидая реакции.

— Утро доброе, — слабо улыбнувшись, ответила она, но в тот же момент зевнула.

— Доброе? — возмутился он, словно зевок был преступлением и за это следовало ее наказать.

— Стоп. Что случилось? — прерывая еще не начавшуюся тираду, спросила, не желая слышать в свой адрес море нелестных слов и голословных обвинений.

— Где ты вчера была?

— Так вот что тебя интересует. А если я не отвечу? — мысленно усмехнувшись, поинтересовалась, делая вид, не замечает душевного состояния собеседника, который сейчас взорвется.

— Тогда…

— Ты-то с чего так нервничаешь? — прерывая поток слов, снова оборвала, но почти сразу зевнула, прикрывая рот ладошкой.

— Тебя видели в компании с Арсеном…

Лео тут же расхохоталась.

— Так ты ревнуешь меня к Арсену, — всхлипывая от накатившего смеха, выдавила, продолжая заливисто хохотать, словно это действительно было смешным.

— Ну да, ты же моя девушка.

Она резко перестала смеяться и серьезно посмотрела на Солерона.

— С каких это пор я стала твоей девушкой? — изумилась, снова начиная хихикать от подобного утверждения.

— С тех самых, как стала обниматься со мной у всех на виду. Так я жду ответа.

— Как соловей лета. Должна тебя разочаровать, но обычные объятия ни о чем не говорят.

«К сожалению, поцелуи тоже», — мысленно закончила, думая о Севеме.

Волшебник начал закипать еще сильнее и Лео устало ответила:

— Сидела в своей комнате и делала вид, что меня нет.

— Но почему? — удивился он, привыкший, Лео все время улыбается и вполне оптимистично настроена на жизнь, а по утрам заменяет веселые солнечные лучи.

— Рассказывать не хочу, врать тоже, но если ты будешь настаивать, то обязательно услышишь то, что хочешь. Такой ответ тебя устраивает?

— Странно, что ты не среди медальонщиков, — почти мгновенно успокоился он, сделав для себя какие-то выводы.

— А, по-моему, это хорошо, иначе бы я все время была на их стороне, и кто знает, чем бы заканчивались все наши стычки, а может подружилась бы с Раельдом, — пространно ответила и, повернувшись, пошла на завтрак.

— Подожди, — уже в гостиной Башни Сна догнал ее Драхем, захвативший из комнаты куртку.

Лео остановилась и посмотрела на него вопросительно, давая понять, внимательно слушает.

— Я хотел спросить, у тебя все в порядке? Он тебя обидел?

— Кто?

— Арсен, естественно, ты ж вечером с ним виделась. Кроме того, от хорошего настроения в одиночестве не сидят, притворяясь невидимками.

— Не думаю, что ты поймешь, — отмахнулась, желая скорее уйти, но блондин, удержав ее за талию, развернул к себе лицом.

— Расскажи мне, — заглядывая в ее светло-зеленые глаза, попросил тот, взглядом обещая если не помочь, то успокоить.

— Ничего особенного, просто накрутила себя, — отводя взгляд, прошептала, не желая показывать эмоции.

— Почему? — едва касаясь своими губами уголка ее губ, понижая голос до беззвучного шепота, и этот вопрос слетел шелестом дыхания.

«Жаль, Драхем на меня не так действует как Севем», — подумала, когда тот поцеловал ее, и в это же время ужаснулась, что, целуясь с одним, думает о другом.

Лео надавила ладонями на плечи Солерона, пытаясь мягко отстраниться и, резко вздохнув воздуха, перевела сбившееся дыхание. Хоть с Драхемом ей было спокойно, но к сожалению не теряла голову и вполне получала удовольствие от умелых поцелуев блондина.

— Интересно, — улыбнулась она, отстраняясь и кладя голову на его плечо. — А на ком ты оттачивал свое мастерство?

— Я же не спрашиваю о твоем, — ехидно ответил он, осторожно прикусывая мочку ее уха, что оказалось довольно приятным.