Чтение онлайн

Коммунистические вожди парламента и за его пределами, пусть даже временно потеряв ориентир после запрета компартии, не потеряли контроля над голосами членов фракции «коммунисты России», и не только их. Без сговора внутри фракции, без одобрения решения поддержать ратификацию, такой дружной поддержки в парламенте не получилось бы.

Если бы вообще Беловежское соглашение было ратифицировано. Ведь дружное разъяснение членами фракции «Коммунисты России» (а активно присоединились как минимум С. Бабурин и его окружение) другим парламентариям пагубности Соглашения могло привести к срыву ратификации. Руцкой писал о том, что коммуно-патриотическая оппозиция вообще имела большинство в парламенте и даже не нуждалась в привлечении других голосов, чтобы заблокировать ратификацию [558] . Нельзя не отметить позицию самого А. Руцкого, который резко обвинил «коммуно-патриотическую оппозицию» в предательстве лишь спустя 4 года после описываемых событий, когда он сам ушел в оппозицию президенту Б. Ельцину. А в декабре 1991 года его протестного голоса не было слышно, хотя он формально, а до избрания вице-президентом 12 июня этого года фактически, возглавлял им же созданную фракцию «Коммунисты России», дружно проголосовавшую за ратификацию Беловежского соглашения. Вот тогда его протестный голос был бы весьма весом и фракция безусловно пошла бы за своим лидером.

Нужно было только начать. В предлагаемом на ратификацию документе было слишком много вопросов, чтобы многие депутаты не могли их не заметить, если бы началось нормальное обсуждение. Понять это можно было. Но поступили совершенно по-другому.

Поскольку после октябрьского запрета деятельности компартии, она прочно ассоциируется с именем его будущего руководителя Г. Зюганова, то зачастую позорное поведение коммунистов при ратификации Беловежских соглашений также увязывается с его именем. Так, сам Горбачев публично заявлял о причастности Зюганова к одобрению Верховным Советом этих документов. На самом деле Зюганов был категорически против такого предложения. Он выступал на одном из крупных совещаний депутатов-коммунистов и призвал отвергнуть антиправовое решение, нарушившее действующую тогда советскую Конституцию [559] . Но тогда он еще не был ни руководителем КПРФ, ни членом парламента.

Однако, зададимся еще одним непростым вопросом. Как же реагировал народ на решение своей судьбы? Это даже не загадка, это феномен. «Народ безмолвствует» — именно этими словами заканчивается трагедия А. С. Пушкина «Борис Годунов». Один из бояр, участвовавший в убийстве наследников царя Бориса, сообщает это толпе и призывает поддержать нового царя. Но в пьесе народ молчит. Промолчал народ и в декабре 1991 года, молчит и по сегодняшний день.

«Распад СССР, являвшегося фактически геополитическим преемником Российской империи, русский народ воспринял, как всегда, инфантильно, надеясь, что ничего принципиально нельзя изменить, что все утрясется само собой, все как-то образуется»… [560] Этот ответ ничего не объясняет.

Можно лишь согласиться, что многие надеялись на то, что все действительно утрясется, образуется. Но почему они были так безразличны? Первое же объяснение, которое приходит на ум: народ устал от потрясений, в 1991 году их было слишком много. Второе объяснение — люди все еще верили в своего кумира, первого президента Российской Федерации, который обещал через «500 дней» райские кущи западного образа жизни. А может все не так? Не настолько был в своей основной массе просвещен народ о «западном рае», находясь за «железным занавесом», чтобы своим молчанием приветствовать реставрацию капитализма, стыдливо скрываемую мудрыми демократами словесами о наступлении рыночной экономики. Но народ хорошо знал, что нельзя верить скоропалительным обещаниям о наступлении рая на земле, поскольку уже несколько «поколений советских людей жили при коммунизме», обещанном Н. С. Хрущевым на внеочередном XXII съезде КПСС.

Русский, а ныне советский, народ молчалив, это правда, но не в этом ли заключается его историческая мудрость? Народ, вынесший на своих плечах бесконечные тяготы самой смертоносной в истории человечества войны и понесший самые ужасные потери, спасая все человечество от коричневой чумы, может позволить себе, взирая на этот шабаш, молча думать — лишь бы не было войны! А что хотели вы, кто упрекает народ в безразличии, чтобы разразилась гражданская война по югославскому сценарию?! Народ, генофонд которого был истощен кровавым ХХ веком, думал о будущем. Еще одна война, а гражданские войны самые кровавые, и ни о каком будущем нации можно было уже вообще не заикаться. Народ не просто безмолвствовал, как и тот народ на московской площади в начале XVII века, он молча решал свалившуюся на него по воле безумствующих бояр (элиты) задачу — как пережить смутное время с наименьшими потерями своего генофонда. Будет жив русский народ — возродится и Государство Российское. Так было в истории уже не единожды, так будет и впредь. Гитлеры (Хрущевы, Горбачевы, Ельцины) приходят и уходят, а немецкий (русский) народ остается. Так, перефразируя слова великого И. В. Сталина, можно кратко ответить на вопрос об «инфантильности» и «безразличии» народа, «безмолвно взиравшего на шабаш «демократов» и примкнувших к ним «коммунистов», по кускам растаскивающих великую советскую империю.

Лишь 12 декабря, когда произошли необратимые процессы распада СССР, Горбачев решил собрать сессию Верховного Совета СССР. Из дневника В. А. Медведева:

«…Во второй половине дня предпринята попытка собрать сессию Верховного Совета Союза. Но законного статуса он уже не имеет, так как ряд республик отозвал своих депутатов. Это было просто собрание группы депутатов. В ряде выступлений (Самарин и др.) содержалась резкая критика в адрес Ельцина. В деловую струю пытался повернуть разговор Собчак — обсудить проблему правопреемственности, пролонгации союзного законодательства и т. д. Но это не получило поддержки» [561] .

Да и поздно уже было, поскольку стремительно нарастал процесс дезинтеграции Союза в связи с признанием Союзными республиками СНГ.

13 декабря 1991 года. Информация, поступившая в канцелярию Президента: «Восточные республики присоединяются к «тройке», но только в качестве соучредителей. Армения и Азербайджан сделали это еще ранее. Снегур, избранный только что президентом Молдовы, объезжает столицы «тройки» с вероятным намерением присоединиться к ней, но вынужден прервать визит из-за кровавых столкновений в Дубоссарах. Молдаване, пользуясь моментом, атакуют Приднестровскую республику.

Кравчук объявил себя Верховным главнокомандующим с подчинением себе трех округов и Черноморского флота, оставив в центральном подчинении лишь стратегические войска. Выходит, тактическое ядерное оружие в его руках. Это — прямое нарушение Беловежских соглашений о «сохранении и поддержании под объединенным командованием общего военно-стратегического пространства, включая единый контроль над ядерным оружием». Ельцин тоже готовится объявить себя Верховным главнокомандующим. В интервью Шапошникова при упоминании Верховного главнокомандующего фамилия Горбачева не упоминается» [562] .

13 декабря в Ашхабаде состоялась встреча глав государств Средней Азии и Казахстана. Стороны в основном одобрили инициативу создания СНГ, однако подчеркнули, что должно быть обеспечено равное участие всех бывших республик Союза в процессе выработки документов и решений о новом формировании.

Из воспоминаний Н. А. Назарбаева:

«…Мы собрались у Ниязова в Ашхабаде, до трех часов утра обсуждали ситуацию: то ли мы не признаем упразднения Союза, а Горбачева признаем Президентом — но какой Союз без России? То ли создаем среднеазиатскую конфедерацию — это Ниязов предложил, но экономика-то у нас общая, армия единая, рубль один и тот же, 1150 боеголовок в Казахстане… Как же можно вставать в конфронтацию с Россией? Результат вы знаете: договор о создании СНГ все подписали, теперь расхлебываем» [563] . В интервью газете «Казахстанская правда» в связи с пятилетней годовщиной независимости Казахстана президент Н. А. Назарбаев сказал: «Беловежская встреча вызвала далеко не однозначную реакцию. Кое-кто стал эксплуатировать «жареную» идею славянского государственного образования и предлагать в противовес ему немедленно создать «туркестанскую конфедерацию». Страшно подумать, что бы случилось, пойди мы на поводу у подобных провокаторов, стремившихся разделить наши народы по этническому и конфессиональному признакам. Руководители пяти независимых государств, собравшиеся в Ашхабаде, категорически отвергли мысль о создании альтернативного блока, проявив разумный, взвешенный подход к нынешним реалиям. Было принято заявление, предварительные поправки и предложения к подписанному в Минске соглашению о СНГ. Главы государств Казахстана и Средней Азии подчеркнули, что с пониманием относятся к стремлению лидеров России, Украины и Беларуси создать на месте ранее бесправных республик независимые правовые государства, удовлетворены возвращением Украины в русло интеграционного процесса» [564] .

16 декабря Верховный Совет Казахстана принял Закон «О государственной независимости республики».

17 декабря. Прекращение деятельности союзных структур. Российские власти взяли под контроль, т. е. попросту захватили, здание Верховного Совета СССР. Во второй половине дня Ельцин встречался с Горбачевым. Обсуждали вопрос о прекращении деятельности союзных структур. Уже переведены в российское подчинение службы охраны и правительственной связи.

В этот же день М. С. Горбачев встретился с руководителями палат Верховного Совета СССР, проинформировав их о своем послании главам государств — участникам встречи, которая намечена в Алма-Ате.

18 декабря М. С. Горбачев направил послание участникам встреч и в Алма-Ате по созданию Содружества независимых государств:

«Уважаемые товарищи!

Перед встречей, которая определит, каковы будут отношения между новыми суверенными государствами и какое место они вместе и раздельно займут в мировом сообществе, хочу поделиться с вами некоторыми соображениями.

Полагаю, у меня есть на это право — и моральное, и политическое.

Ратификация соглашения о создании содружества независимых государств Верховными Советами РСФСР, Украины, Беларуси и готовность Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана и Туркменистана войти в состав учредителей содружества коренным образом изменили ситуацию. Государственная форма жизни многочисленных народов великой страны начинает свою новую историю. На ее территории образуются несколько независимых государств. На смену длительному и трудному историческому процессу формирования единой страны приходит процесс ее разъединения, расчленения. И он также не будет легким. Тут не должно быть никаких иллюзий. Очевидно, что общество еще не осознало, что это — поворот колоссального масштаба, затрагивающий основы жизни народов и граждан.