Чтение онлайн

Но я все же старался выучить правила. И вот странное дело: некоторые вещи я мог сделать буквально левой задней ногой, а некоторые, казалось, у меня не получатся никогда в жизни. И никакой середины: ничего такого, что я мог бы сделать, но с трудом, как следует постаравшись. И с теорией то же самое: часть вещей была мне очевидна, а другие просто не укладывались у меня в голове, и все. На остальную часть дня Максвелл Хайд задавал мне упражнения по теории, а сам уходил к себе в кабинет и стучал на своем странном ноутбуке: писал новый детектив. Очень знакомо. Мой папа тоже так делает.

Я сидел, грыз местный аналог шариковой ручки и искренне завидовал Тоби. У них в школе наступили каникулы, и я слышал, как он играет на улице с другими пацанами. Дома он держался тише мыши, но на улице его было слышно за милю. Он возвращался вспотевший и смеющийся, а я после этих теоретических занятий чувствовал себя так, словно сунул голову в Дорину кофемолку.

Погода становилась все жарче и жарче, что отнюдь не способствовало занятиям. Возникла и другая проблема, так что я уже начал задумываться, не сумасшедший ли я, как и Дора.

– Это уже становится настоящей засухой! – говорил Максвелл Хайд, который тревожился из-за своих драгоценных георгинов. – Надеюсь, Дэниел соображает, что делает. Конечно, был смысл в том, чтобы устроить хорошую погоду для встречи короля с Пендрагоном, но если Дэниел не ликвидирует ее в ближайшее время, мне придется с ним поговорить.

Я с большим интересом узнал, что Дэниел – сын Максвелла Хайда и отец Родди. Похоже, у этого семейства магия в крови.

Как бы то ни было, вскоре сделалось так жарко и сухо, что улицы буквально плавились от солнца. Дора решила оказать отцу услугу и полить для него сад. Она достала шланг и развернула его. Я видел в окно, как она стояла, направив шланг на клумбу, и что-то бормотала себе под нос. Но вода не лилась, потому что она забыла подсоединить шланг к крану. Пришел с улицы Тоби, потихоньку подсоединил шланг и открыл кран. Вода хлынула прямо на Дорины туфли, немало ее напугав.

Такое бывало часто. Тоби все время потихоньку исправлял ошибки своей ненормальной матери.

К тому времени моя другая проблема уже доставала меня всерьез. Я постоянно видел вокруг себя этих прозрачных существ, парящих в воздухе. Они были самых разных форм. Причем казалось, будто тонким и длинным жара не по вкусу и они прячутся в доме, где попрохладнее. Они летали по спальне, пока я работал. Они были еле видны, но каждый раз, как я приглядывался, их становилось все больше и больше. А те, что покруглее, похоже, как раз наоборот, любили жару. Они стайками сидели на дороге, плавно покачиваясь, точно люди, нежащиеся в бассейне. Существа более причудливой формы, казалось, повсюду сопровождали Дору. С ними-то она и разговаривала, когда бормотала себе под нос.

Я не решался упоминать о них, пока наконец однажды утром Максвелл Хайд не попытался снова научить меня возжигать колдовской огонек.

– Медленно, – говорил он. – Спокойно. Представь себе, как энергия в твоей груди наполняет твои руки светом.

Я почти сделал это. У меня почти получилось. Но тут вперевалочку подлетело одно из этих прозрачных существ и уселось мне на ладони вместо огонька. Я увидел, что и остальные собрались ко мне со всех концов комнаты. Я попытался стряхнуть эту тварь.

– Брысь! – сказал я, хлопая в ладоши. – Иди отсюда!

И тут же почувствовал, что покраснел, как вчерашний свекольник.

– Я… я… я…

– Ничего, все нормально, – сказал Максвелл Хайд, спокойно улыбаясь. – Незримый народец всегда тянет на магию. Не обращай на них внимания.

– У нас на Земле их нет! – объяснил я.

– Еще как есть, – возразил он. – Я их там все время вижу, а вот здесь, на Блаженных, нет. Видимо, так оно устроено. Продолжаем.

Я попытался продолжать, но к тому времени снова потерял это ощущение. И еще, возможно, я был слишком занят тем, что смотрел на этих летучих созданий с облегчением, и это мешало сосредоточиться. Наконец я не удержался и спросил:

– А почему они так любят Дору?

– Она вся увешана амулетами. За ней тянется хвост полумагии. Бедняжка! – сказал он и вздохнул. – Похоже, все время пытается доказать, что она ничем не хуже своей сестры Джудит. Я надеялся, она это переможет – и ей действительно стало лучше на некоторое время, после того как родился Тоби. Но потом она развелась и скатилась к прежнему состоянию.

Дважды в неделю Дора наряжалась в черное, увешивала себя множеством гремящих гагатовых бус, надевала огромную черную шляпу и отправлялась на вечеринку. В первый раз, когда я увидел ее в таком наряде, она заявила:

– Я иду в свой магический кружок!

И глянула куда-то мне за спину, как делала это обычно.

– Хочешь, Ник, пойдем со мной?

– Если не хочешь раздеваться догола и скакать в хороводе – лучше не ходи, – поспешно предупредил Максвелл Хайд.

Тоби жутко смутился.

– Э-э… как-нибудь в другой раз! – сказал я. – Но все равно спасибо, Дора.

– Это раскрепощает и сближает с природой! – укоризненно сказала Дора. – Ты такой же, как и все восточные люди, – тратишь слишком много времени на то, чтобы созерцать свой собственный пуп. Освободись от предрассудков! Попробуй! В нашем кружке много чудесных людей.

– Ну да, ну да, ступай! – сказал ей Максвелл Хайд. И когда она ушла, обратился ко мне: – Можешь мне не поверить, но Дора из них самая нормальная. Надо будет заняться ими в ближайшее время. Пожалуй, после того, как я загляну в империю Плантагенетов. Такие кружки иногда доигрываются до весьма опасных глупостей.

В империю Плантагенетов он отправился два дня спустя. Он оставил нам с Тоби денег и велел Тоби показать мне Лондон. А потом вышел на улицу и исчез у автобусной остановки. Мы с Тоби сели на автобус на том же самом месте.

Лондон на Островах Блаженных довольно сильно отличается от нашего, потому что у них не было Великого пожара в семнадцатом веке. На Мэйфейр стояли хижины с соломенными крышами, и все парки были не там, где я привык. Нам с Тоби было очень весело, несмотря на несусветную жару. Я сразу сказал, что исторические достопримечательности – всякие там здания парламента и так далее – смотреть не хочу, а он заявил, что здание парламента мы все равно посмотреть не сможем, потому что парламент заседает в Винчестере и вообще особого значения не имеет. Так что мы посмотрели цирк, который постоянно находился на Пиккадилли, и восковые фигуры, которые по правде двигались, и их Лондонский мост, на котором стояли дома и сувенирные лавки. Тауэр у них есть, как ни странно, и Тауэрский мост тоже, разводной, хотя он совсем не похож на земные разводные мосты, и на Темзе у них куда больше кораблей и лодок, чем в нашем Лондоне. И тамошнее мороженое на вкус совсем другое.

Из-за того что было так жарко, домой мы возвращались на речном трамвайчике. Тоби показал мне стадион, где играет команда герлинга на траве, за которую он болеет. Футбола у них нет. Этот их герлинг гораздо опаснее футбола. Тоби болеет за «Воксхолльских вампиров», так у них только за прошлую неделю двое игроков сломали себе шею. Обычно их называют «вокс-вампы» или просто «вампы», как мы говорим «волки» или «молоты».

Тоби мне очень понравился. Для меня это было в новинку. Обычно мне не нравятся люди настолько моложе меня.