Заговоры сибирской целительницы. Выпуск 24
Шрифт:
Письмо от мастера Журавлевой Ольги Яковлевны из города Петрозаводска:
«Добрый день, Наталья Ивановна. Во-первых, я хочу выразить Вам слова искренней благодарности за те знания, которые Вы дарите людям. Тем самым помогаете и нам, мастерам, лечить людей.
У меня есть к Вам просьба. Не могли бы Вы, дорогая Наталья Ивановна, научить меня снятию заклятия на паралич. Недавно я видела больную, которая уже три года лежит в постели. Случилось это с ней после того, как ее прокляла родная сестра, с которой она судилась из-за наследства матери. После проигранного суда сестра ей сказала при всех: «Чтобы тебя паралич разбил!»
Так оно и случилось. Мне известны молитвы, но они не подходят к этой болезни. Мне очень жалко больную. Она уже так отчаялась, что просит себе смерти».
Читают заговор так:
Во имя Отца и Сына и Святого Духа.
Видела сон Божия Мать:
Гонятся за ее сыночком, хотят его взять,
Распять, за руки, ноги привязать,
К кресту прибить, святую кровь наземь пролить.
Мать Божия во сне застонала,
Ото сна очи открывала.
Пришел к ней ее сыночек:
– Матушка моя, ты спишь?
– Я не сплю.
Я вижу, как ты, мой сын, на горе стоишь.
Меж разбойниками идешь,
На себе крест тяжелый огромный несешь.
Идешь меж горами, меж жидами.
Они твои руки распинали.
Они в твои ножки гвозди забивали.
В воскресенье ранехонько солнышко заходит,
Матерь Божия меж звезд по небу ходит,
Сыночка Христа за ручку водит.
Провела на утреннюю и с утренней.
Шла на обедню с обедни,
С вечерней на вечернюю,
К синему морю.
На том синем море камень лежьмя лежит.
А на том камне церковь трехглавая стоит.
В церкви той трехглавой стоит Престол,
А где Престол стоит, там Христос сидит.
Сидит, ножки опустив,
Голову склонив, молитву читает.
Видит Петра и Павла и их подзывает.
Павел Иисуса Христа вопрошает:
– Господи, на руках Твоих, на ногах язвы от гвоздей.
Ты за всех молитвы читал
И за всех муки принимал.
И рече ему Господь:
– Не глядите на мои ноги,
Не глядите на мои руки,
А берите молитву в свои руки,
Идите и несите ее,
Кто умеет, пусть эту молитву читает.
А кто ее прочтет и повторит,
Тот мук не познает и в огне не сгорит.
А кто болен, встанет, пойдет —
И того больше ни одна беда не возьмет.
Во имя Отца и Сына и Святого Духа.
Ныне и присно и во веки веков. Аминь.
Из письма:
«От души приветствую Вас, милая, добрая Наталья Ивановна. Может быть, Вы и не помните меня. Восемь лет назад я приезжал к Вам за благословением на труд. К тому моменту матушка моя передала мне свое учение и послала меня к Вам в Новосибирск, чтобы Вы меня благословили. Уезжал от Вас и все Ваш усталый образ стоял у меня перед глазами. Вы мне показались такой мудрой и строгой.
Ехал, хотел поговорить, размечтался. А как Вы заговорили, я и притих.
Бывают ли люди строже, чем Вы, бывает ли человек мудрее, чем Вы? Думаю, что нет. До сих пор помню то, что Вы говорили, все Ваши наказы и запреты.
Думаю, что я не нарушил Ваших заветов. Я горжусь тем, что Вы меня удостоили своего благословения, и никогда не нарушу данного слова – до конца, не жалея своих сил и здоровья, служить больным людям.
Подскажите мне, пожалуйста, как нужно действовать в таком случае. Ко мне обратилась женщина-вдова. Она рассказала, что когда она на кладбище целовала на прощание своего мужа, то ее свекровь больно толкнула ее в спину и зло прошептала: «Как ты сие целование творишь, холодный лоб лобзаешь, так же ты от великой хвори истаешь!»
Вдова испугалась, но все слова запомнила. Придя домой, слова эти записала.
Свекровь считала, что в смерти ее сына виновата сноха, вот и навела на нее порчу. Как можно отчитать это заклятие?»
Поначалу читают молитву, а потом отчитку.
Молитва
В лесу непроходимом, подвижнически пожив и обитель построив, наставник всяческих добродетелей братии был ты, Иаков Преподобный, мягкосердечный и милост-ливый: по отшествию татар ты бедных и голодных питал. В преподобии пожив и скончавшись, по представлении твоем многих расслабленных исцелив. Услышь и ныне расслабление членов пораженных и уврачуй их благодатью, данной тебе от Господа, восстанови их, укрепляй суставы их, на стезю добра неимущих направь.
И нас, прибегающих к тебе, от расслабления душевного исцели и избавь, чтобы пламенем божественным в сердцах окрыляемы вознеслись мы от суеты земной и, отряхнув нечистоту и очистившись от нее, действенно прославили святое имя Пресвятой Троицы во веки веков. Аминь.
Отчитка
Рублю – не больно, колю – не колко.
Беру иголку,
Отшиваю от рабы Божией (имя) мертвеца.
Мертвая десница!
Сойди, отпади, Рабу Божию (имя) освободи.
Мертвому телу в земле лежать,
А рабе Божией (имя) во здравии
По земле-матери гулять.
Во имя Отца и Сына и Святого Духа.
Ныне и присно и во веки веков. Аминь.
Письмо от мастера Беликовой Тамары Арсентьевны, из города Набережные Челны:
«Дорогая Наталья Ивановна. Величаю Вас и почитаю. Очень надеюсь, что Вы не болеете и все у Вас хорошо. Молюсь за Вас, за Ваше здоровье.
Могу ли я попросить у Вас совета? Я знаю, что есть такое Божие средство – оттянуть отход у тяжелобольного. Связано это средство с пасхальным яйцом. Не подскажете ли, как это можно сделать. В жизни всякое бывает, может, и пригодится».
Если накануне Пасхи в доме есть умирающий, то кто-нибудь из семьи должен пойти в церковь на всенощную. Нужное для больного яйцо добудьте в храме. Предложите прихожанину обменяться с вами яйцом. А потом подойдите к иконе Божией Матери и с поклоном позовите ее с собой:
Матушка Богородица,
Идем со мной, ко мне домой,
С нами ночевать,
Раба Божия (имя) врачевать.
Дома, не раздеваясь, подайте освященное яйцо больному, пусть он хоть немного, но съест. Еще год больной проживет.
Письмо Соколюк В. Н., мастера из Перми:
«Уважаемая и всеми любимая Наталья Ивановна! Простите, что беспокою. У меня к вам вот какой разговор. Вы ведь знаете, что мы, потомственные мастера, знакомы друг с другом по делам и понаслышке. Со многими мы общаемся, достаем друг у друга недостающие средства и травы для лечения своих больных.
Раньше я была моложе и не задумывалась над этим, а теперь мне не дает покоя одна мысль. Появилась она после того, как я побывала у одной достойной во всех отношениях и, наверное, известной Вам знахарки Настасьи Крупичук.
Я у нее долго не была, а как приехала, ужаснулась. Сама она старая, изношенная работой. Семьи нет. Ведь ни для кого не секрет, что знахари не уделяют своей личной жизни времени. Все молитвы, да посты, да помощь больным. Вот и у Настасьи дома пусто.
Когда она была еще в силе, люди шли к ней и днем и ночью. Никто ведь не подумает, что человеку нужен отдых. Теперь она стала стара, дом ее обветшал: крыша протекает, забор завалился. Шторок на окнах, и тех нет. Живет, как бомж, не заработав пенсии.
Сердце у меня заныло: ведь с любым из нас, знахарем, может произойти то же самое. И происходит.
Да что же это такое? Вы бы видели, в каком бедственном положении находится человек, который помог стольким людям: молился, стоя на коленях, всю свою жизнь, за больных и за весь мир. Ведь кто знает, если бы не молитвы таких праведных и святых людей, что вообще могло быть на русской земле. Наши ежедневные молитвы за мир спасают и помогают выстоять и не погибнуть. Думаю, было бы намного тяжелей всем, если бы не было людей, которые каждый день коленопреклоненно молят Бога простить и помиловать всех грешных.
Наталья Ивановна! Обратитесь через свои книги к людям, которые добры сердцем, чисты душой, к бизнесменам, нынешним мастерам, которые еще в силе, чтобы каждый, кто может, хоть один рубль прислал для тех людей, кто посвятил всю свою жизнь знахарскому делу.
Им воздастся Богом Милосердным и Милостивым. Ведь истинно сказано Господом: рука дающего да не оскудеет.
Еще Филарет говорил: десятина, отданная от своего тому, кому тяжелее, чем тебе, вернется тебе и твоим детям в час скорби твоей и на суде Божием!
Я знаю: Вы человек скромный и сами постесняетесь попросить милосердия ради нуждающихся. Тогда я прошу Христом Богом, напечатайте в своей книге мое письмо. Не Вы, а я их попрошу. Ради спасения душ их детей пусть хоть малую толику отправят Вам. А я знаю, что Вы всегда поможете тем, кто живет в крайней нужде».
Валентина Николаевна! От всей души благодарю Вас за то, что Вы радеете за мастеров преклонного возраста. Читала Ваше искреннее письмо со слезами на глазах и благодарила Бога за то, что не оскудела наша земля милосердием.
Вы абсолютно правы. Великий грех не поддержать того, кто положил столько сил и здоровья для помощи другим.
Все чаще и чаще я получаю письма от мастеров очень преклонного возраста. Они делятся своими горькими размышлениями о том, что потраченная ими жизнь была тяжела, а теперь у них крошечная пенсия, и им тяжело жить.
А вот еще одно письмо моей читательницы – Воробьевой Татьяны Алексеевны:
«Уважаемая Наталья Ивановна. Почти двадцать лет назад у меня умирал единственный сын. Врачи отказывались его лечить, говоря, что ничего нельзя сделать. Каждый день я смотрела на своего сыночка и думала: если он умрет, я тоже не буду жить. Буду лежать с ним рядом, в одной оградке. А сын, словно услышав мои мысли, сказал:
– Мама, я все понимаю. Я должен умереть, и никто, даже ты, не сможешь мне помочь. Я понимаю, что ничего нельзя сделать, но я не хочу умирать! Мама, я как представлю, что меня понесут в ящике и зароют в землю, то на меня нападает такой ужас, что я готов тотчас же умереть от страха. Там ведь темно и черви!
Мой сын с детства боялся темноты и спал со светом.
И вот он снова заговорил о темноте. Что я могла ему на это сказать? При нем я не плакала, я рыдала, когда он спал.
Я молила Бога о чуде. И вот мне однажды дали адрес одной бабушки.
К нам заходили одноклассники сына, услышав о том, что Игорь умирает. Приходили, сидели и уходили. А он потом совсем был не в себе. Наверное, ему было тяжко видеть своих друзей веселыми и красивыми, зная, что он сам скоро умрет.
И однажды к нам пришла женщина, мать одного из одноклассников Игоря, и сказала:
– Может, вы неверующая, я не знаю. Но я хочу дать вам адрес старушки, которая вылечила нашего отца от рака.
Одним словом, по этому адресу я и повезла своего Игоря. Как мы добирались – это отдельный вопрос. Его везли лежа, в машине. Игоря рвало дорогой, и я думала, что не довезу. А он говорил:
– Мама, неужели эта знахарка мне поможет? Вот бы я вернулся назад другим.
Попали мы к святому человеку Полине Семеновне. Она сказала:
– Поздновато, но попробую.
И вот случилось настоящее чудо. Игорю с каждым днем становилось все лучше и лучше.
Через два с половиной месяца мы с сыном возвратились домой.
Конечно, он еще долго набирался сил, но в конце концов выздоровел. Женился, и у меня теперь двое внуков.
Этого счастья я бы не испытала никогда, если бы нам не помогла баба Поля.
Спустя много лет я дала ее адрес своей знакомой. И когда она от нее вернулась, то рассказала мне совершенно жуткие вещи. Наша спасительница живет в том же доме, но дом за это время совсем развалился. Пенсия маленькая. Бабе Поле нужны уголь и дрова. Ничего нет. Сама по возрасту принимать уже не может, ей почти 90 лет.
Наталья Ивановна. Вы всегда с таким теплом и любовью пишете о своих соратниках, о людях, которые свою жизнь посвятили другим. Почему Вы не организуете для них специальный фонд, чтобы они могли достойно жить, а не доживать. Я уверена, что многие добрые люди помогут Вам в этом кто чем сможет.
Прошу Вас опубликовать мое письмо, где я хочу обратиться к тем, в ком живет Божия искра доброты и человеческая солидарность.
Дорогие женщины и уважаемые предприниматели! Давайте проявим милость к тем, кому сейчас тяжелее, чем нам.
Помогая таким боголюбивым людям, мы в первую очередь помогаем себе. Нет людей без греха, а здесь появилась возможность сделать добро, и Бог нас за это простит и поддержит в трудное для нас время, так же как и мы поддержим этих замечательных людей».
Дорогие мои, бесценные! Спасибо вам за заботу об уходящем поколении престарелых мастеров. Не могу даже выразить, как я всем сердцем благодарна вам за сострадание. Наверное, действительно подошло время вспомнить о тех, кто помогал другим. И помочь им прожить свои последние годы и месяцы более достойно.
Нельзя передать словами, как тяжек труд мастеров. Нет у них ни выходных, ни праздников, потому-то редко можно увидеть на лице знахарей улыбку. Они строги, скупы на ласковые слова и немногословны. Для истинного знахаря главное – дело, а не разговор. Эти мудрые, совестливые люди никогда ничего для себя не попросят. Не из гордости, а чтобы не беспокоить. Мне же они поверяют, как пусто и тяжело у них на душе и как тяжко им живется.