Чтение онлайн

«Дорогая Наталья Ивановна! Письмо вам – жест отчаяния и мой последний шанс.

За последний год я потеряла все. А ведь у меня была такая прекрасная налаженная жизнь.

Расскажу все по порядку. По образованию я актриса. Всю жизнь мечтала о сцене – нет, не слава меня манила, а возможность проживать чужие жизни, испытывать на себе чужие состояния, плакать чужими слезами. В этом было что-то завораживающее, особенная магия.

После окончания института карьера моя начала складываться весьма удачно. Сначала я снялась в клипе популярного певца, затем получила роль в довольно известном сериале, потом было несколько ролей второго плана в кино.

И вдруг мне предлагают такую роль, которая должна была стать судьбоносной. Очень сложная роль, очень сложный необычный фильм. Когда я прочитала сценарий, у меня руки от возбуждения задрожали.

Это был философский детектив, о маньяке, который убивал женщин в стремлении к наивысшей чистоте. Под чистотой он понимал полное отсутствие негативных эмоций. Он считал, что женщина – проводник чистого божественного счастья, поэтому женский гнев – один из наивысших грехов. Грех невыполнения предназначения. Он разыскивал гневливых женщин, какое-то время изучал их, а потом убивал, причем до этого несколько суток держал в специально арендованном подвале и заставлял часами смеяться и радоваться. Женщины верили, что если радость будет искренняя, то их отпустят. Но они ошибались – добившись искреннего чистого смеха, мужчина говорил: «Это искупление!» – и убивал их точным ударом ножа в сердце.

И вот мне досталась роль одной из его жертв. Красавица-истеричка, вспыльчивость которой отравляет жизнь окружающим. И которая в каморке маньяка, за несколько минут до своей гибели, вдруг впервые в жизни познала радость чистого счастья. Бывает такое – имитация порождает состояние. Ты начинаешь смеяться, смеешься через силу, а потом словно шлюз открывается внутри, и радость становится искренней.

Сложная роль – мечта любой актрисы.

Но была одна проблема – дело в том, что сюжет этого фильма был взят из реальной жизни. Сценарист лишь немного поработал над характерами героев, события же практически остались неизменными. И вот матери одной из погибших от руки маньяка женщин (которую я как раз и собиралась сыграть) не понравилась сценарная интерпретация. Ей показалось, что ее мертвую дочь выставили эгоисткой и глупой истеричкой. И что сценарист имел в виду, что дочке повезло с тем, что она вот так встретила смерть.

Почему-то злость этой женщины была направлена главным образом на меня. Женщина откуда-то узнала мой домашней адрес, вычислила мои маршруты и все время за мною таскалась. С одной стороны, мне было ее жаль – все-таки она потеряла дочь. С другой – было неприятно и страшно, я уже сама чувствовала себя жертвой маньяка.

Женщина уговаривала меня отказаться от роли. Я объясняла, что это невозможно.

И вот однажды она бросилась ко мне возле проходной киностудии, схватила за рукав пальто и быстро-быстро сказала: «Если ты не хочешь по-хорошему перестать порочить имя моей дочки, я все равно заставлю тебя это сделать! Все равно съемки не состоятся, фильм этот в свет не выйдет!» И бросила мне в лицо пригоршню какой-то едкой пыли. Пока я откашливалась и вытирала лицо, ее и след простыл.

С того дня и начались мои неприятности. Мне постоянно снилась эта мертвая девушка, ее дочь. Во сне она смотрела на меня пустыми глазницами и хохотала. Это был страшный смех, тусклый, мертвый. Я почти потеряла сон и все время ходила вялая. Играла плохо, на меня начал жаловаться режиссер. Я пыталась объяснить, что со мной происходит, но никто мне не верил. Я всегда была человеком уравновешенным, но тут начала срываться на людей. Как пес цепной на всех бросалась. Как будто бы моя героиня проросла в мое сознание. Потом я начала сильно болеть. Врачи никак не могли поставить мне диагноз. Случались дни, когда я вообще не могла подняться с кровати. С роли меня, конечно, сняли. Но и до сих пор я не могу прийти в себя и вернуться к привычной жизни. Я стала мрачная, очень постарела, мне все время снятся кошмары. Понимаю, что та женщина, мать погибшей, провела какой-то обряд. Помогите мне, пожалуйста, снять эту порчу…»

«В нашей семье случилась страшная беда: моя дорогая невестка сходит с ума и никто с этим ничего не может сделать. Я знаю, что во всем виновата зависть. Это ее бывшая подруга, для которой она столько добра сделала, постаралась. Бог ей, конечно, судья, но что нам теперь делать, ума не приложу. Аличка наша и умница, и красавица. Я как только ее с сыном первый раз увидела, так и подумала: вот бы мне такую невестку. Господь услышал мои молитвы, ребята поженились. Потом оказалось, что эта ее бывшая подруга, девица, надо сказать, пропащая, страшно моей невестке во всем завидовала. А уж когда она замуж вышла за моего сына, и вовсе вся извелась. Говорят, что она даже к колдунье ездила, чтобы порчу на мою невестку навести. И все потому, что та уже не могла с ней общаться так, как раньше, без конца помогать ей и вытаскивать ее из всех тех неприятностей, в которые она вляпывалась несколько раз на дню. Вот она злобу-то и затаила.

Началось все с того, что Алю начали мучить кошмары. Вначале время от времени, а потом редкая ночь обходилась без того, чтобы она не просыпалась от собственного крика. Дальше больше. Она стала слышать голоса. Они постоянно ей нашептываи какие-то гадости, толкали под руку, заставляли делать странные вещи. Она то смеялась, как ненормальная, то плакала, то начинала что-то бормотать, и при этом лицо ее так искажалось, что мне страшно становилось – в ее чертах появлялось что-то нечеловеческое, что-то дьявольское. Мы уж, было, подумали, что Аля заболела. Но врачи сказали, что шизофренией тут и не пахнет, а это, мол, просто нервное расстройство. Но откуда ему взяться, если ничего худого в нашей жизни, слава богу, не случалось, а с сыном моим они жили душа в душу.

Кончилось все тем, что я поехала в монастырь, где мне дали святой воды и елея и сказали, что в мою невестку вселился бес. Вернувшись домой, я тем же вечером налила невестке святой воды в чай. Что тут началось, вы и представить себе не можете. Как только Аля отхлебнула чай, тут же с диким воем упала на пол, стала раздирать на себе одежду, изо рта у нее пошла пена. Она жутко хрипела и нечеловеческим голосом выла „Проклятые, проклятые, всех сожру, всех сожру“. Скрутить ее не получалось, такая дьявольская сила в ней проснулась. Сын побежал вызывать „скорую“, а я изловчилась и намазала ей лоб елеем крест-накрест. Как она взвыла, вы себе и представить не можете. А потом потеряла сознание.

Врачи забрали ее в больницу, где она провела две недели. Помимо нервного расстройства у нее диагностировали истощение. И действительно, она похудела буквально за считаные минуты, пока валялась на полу и выла. Знаете, если бы я такого не видела своими глазами, то никогда бы не поверила. Знающие люди посоветовали мне найти знахаря, который может избавить человека от нечистой силы. И такого человека я, слава богу, нашла. Он хоть и нехотя, но взялся нам помогать, хотя сразу предупредил, что сделано было крепко, и теперь гарантии успеха он дать не может. Алю выписали из больницы, и мы начали долгий путь к выздоровлению. Вначале было очень тяжело и страшно. Как Аля бесновалась во время первых отчиток, вы и представить себе не можете. Буквально на стены лезла, по полу каталась, кидалась на нас с кулаками. И такая сила в ней была, такая ловкость, что мы только диву давались. Знаете, такое разве что в фильме со спецэффектами увидишь. Но постепенно приступы становились все слабее и слабее. Во время одного из последних сеансов Аля долго тихо сидела перед знахарем, а потом с утробным воем повалилась на пол и стала хрипеть: „Не хочу, не уйду, не хочу, не уйду“. Так она билась еще некоторое время, пока мастер читал над ней заговоры, а потом стала постепенно затихать. В конце концов она глубоко выдохнула, знаете, как воздушный шарик, из которого воздух выходит, и закрыла глаза. Мы было испугались, но, наклонившись над ней, поняли, что она просто крепко спит. С той самой минуты Аля пошла на поправку. Спустя еще немного времени мастер сказал, что ему удалось выгнать беса. Хотя, по его словам, помогло ему в этом деле чудо. По его словам, Сам Господь ему пришел на помощь и направлял его руку.

И с тех самых пор прошло уже три года. Мой сын и Аля счастливы. Заклятая Алина „подруга“ куда-то запропала, и от нее нет ни слуху, ни духу. Аля совершенно здорова. Недавно у них с сыном родился первенец, и теперь я счастливая бабушка. Но со временем меня все чаще и чаще стала посещать мысль, что за заговор над Алей все время читал тот мастер. Он бормотал еле слышно, но я, расслышав кое-какие слова, поняла, что там говорилось про Деву Марию и распятого Христа. Наталья Ивановна, Вы все знаете и все умеете. Наверняка известен Вам и этот чудодейственный заговор, помогающий изгнать из человека нечистую силу. Я хотела было спросить того мастера, но оказалось, что он уехал куда-то».

«Уважаемая Наталья Ивановна, сейчас, когда наш дом оставила беда, я с большой благодарностью пишу вам это письмо. Может, вы вспомните наш с вами разговор по телефону в восемь утра 26.05.2012 года. Я вам о нашей беде рассказывал сам, так как моя жена плакала и от волнения была не в состоянии с вами говорить. За день до этого я имел разговор с заведующим онкологическим отделением. Он, отводя взгляд, сообщил, что результаты анализов нашей дочери неутешительны. Выявлена большая опухоль головного мозга, да еще и неудачно расположенная. В общем, оперировать уже не имеет смысла. Дальше он много и непонятно говорил, но речь свою завершил такими вот простыми словами: „К сожалению, чудес не бывает. Процесс необратим и слишком запущен. Мы только зря измучаем ребенка, пусть лучше спокойно проживет столько, сколько ему отпущено. А всеми обезболивающими препаратами мы ее обеспечим“. Как я тогда дошел до дома, сам не помню. Мне было страшно увидеть жену и пересказать ей слова врача. Но сказать пришлось. Не передать словами, что за этим последовало. Никогда не забуду, как жена выла, как билась в отчаянии на полу. Потом мы позвонили ее маме, и она приехала. Моя теща – искренне верующий человек, и она с большим почтением относится к вашим книгам, благодаря которым всегда поддерживала свое здоровье. Вот она-то и уговорила меня вам позвонить. Вы меня выслушали и сказали: „Запишите заговор, который называется Сном Пресвятой Богородицы, и неустанно читайте его по очереди всей семьей“. Конечно же мы тогда готовы были хвататься за любую соломинку, чтобы только спасти единственную дочь. Сон, который вы нам тогда продиктовали, мы все читали по очереди, не прекращая, как вы и велели, денно и нощно. Читал я, затем жена, потом его читала моя теща, потом снова я и так все время по кругу. И Бог услышал нашу молитву, Сон Своей Матери, Пресвятой Богородицы. Лиза, наша дочь, стала выздоравливать. Постепенно сошли на нет припадки, перестали косить глаза. Она не плакала от боли и спала спокойно. Через восемь месяцев мы сделали новую тамограмму и, сравнив ее с предыдущей, ясно увидели, что опухоль сильно уменьшилась в размерах. Теперь она была даже меньше обычной кисты. Когда я снова пришел к врачу, он очень удивился тому, что наша дочь еще жива. А когда он увидел снимки, то произнес: „Оказывается, что все-таки чудеса бывают!“ Я благословляю тот день, когда моя теща купила в переходе метро вашу первую книгу и мы узнали о вас. Иначе нашей девочки давно уже не было бы на свете».