Чтение онлайн

— А больше он ничего не просил передать? — вставать с роскошной кровати под балдахином мне страшно не хотелось.

— Что ты козлина. А, это я уже от себя добавила… Тогда да, больше ничего не просил.

— Ладно, тогда пошли.

Внизу нас встретила только Кира, уже стоящая возле плиты в фартухе на полуобнаженное тело. У меня отчего-то зачесалось внизу живота.

— С добрым утром, хозяин! Желаете чего-нибудь?

— Э-э-э-э… — хотелось ответить "тебя", но девчонки уже вытолкали меня за дверь, попутно сунув в руки пару бутербродов в качестве завтрака. — Не, ну вы чего так, а?

— Будешь облизываться в ее сторону — зарежу, — серьезно предупредила Мафую. — И не только из ревности.

Приехали, блин. Уже свой гарем намечается. Не так я себе представлял жизнь после смерти, ох, не так!

Ладно, теперь к делу. Помните, я несколько раз упоминал парня восточной внешности, который проявлял активное участие при казни? Так вот, знакомьтесь: его зовут Лю Кин, он чистокровный китаец, и содержит местный зверинец. Как говорила маленькая охотница, у каждого селения есть свои прирученные хищники, которые неусыпно стерегут границы, защищая жителей от диких хищников. За приручение, содержание, кормежку и защиту отвечает определенный человек. В нашем случае это и был маленький китаец Лю, который обладал просто природным талантом находить в джунглях маленьких зверенышей, а потом воспитывать их до крупных, преданных ему монстров. И не только воспитывать, но и потом размножать, увеличивая их популяцию.

Сам Лю встретил нас у своего дома, стоящего на отдельном, персональном участке почти на границе поселка.

— Привет, начальник.

— Здорово. Чего звал?

— Меня тут с утра старейшина к себе дернул. Рассказал, что и как. Короче, мы решили, что раз селение расформируется, то и прирученные хищники ему уже ни к чему. И вы вполне можете забрать их себе.

У меня аж дыхание перехватило от такой новости. Охотиться на монстров, используя для этого других монстров — на это у меня самого бы точно фантазии не хватило. Прямо царский подарок.

— Значит, ты теперь тоже с нами?

— Угу. Только с одним условием: убивать только тех, кто действительно представляет опасность. Если мы будем калечить каждого зверя, что попадется на нашем пути, то я уйду.

— Заметано, — мы обменялись крепкими рукопожатиями. — Ну, показывай, что за монстряк ты тут держишь.

— Покажу. Но должен сразу предупредить — их мало.

— Да? — моя радость начала быстро уходить. — Почему?

— Просто до недавнего времени нас защищала стая гигантских волков, но из-за Кадмина мы лишились и ее, — свирепо ответил Лю. — Остались лишь несколько зверей.

— Ну, а у этих нескольких хоть зубы имеются? Клыки там, когти?

— А как же. Идем, покажу.

— Погоди. Мафую, найти Виталю, и посмотри, чем он занят. Потом доложишь.

Впускать охотницу, которая получает кайф от истребления хищников, в клетку, где эти самые хищники содержатся — на мой взгляд, нет ничего опаснее и глупее.

— Теперь веди.

Зверинец располагался сразу за домом Лю, и представлял собой гигантский квадрат, огороженный высоким, глухим забором. Войти туда можно было через ворота, в которых была сделана маленькая калитка. Лю вошел первым, я за ним, Даша, как обычно, держалась за моей спиной.

Внутри квадрат был разбит на несколько отдельных загонов, некоторые побольше, некоторые поменьше. Мы подошли к первому на очереди, и встали, как вкопанные.

— Это же… это же… — начала Даша охрипшим голосом.

— Крылатая лошадь, он же пегас, — согласился Лю. — Только здесь это не сказочное существо, а плод мутации двух органических форм жизни. А мутации красота, как известно, по барабану.

Пощипывающий траву конь поднял голову, услышав наше приближение. Как лошадь, он оказался так себе — невысокого роста, с тонкими кривыми ногами, прилично недоразвитым крупом, и непропорционально крупной головой. Но наше внимание больше привлекли два огромных птичьих крыла, что были сложены у него за спиной.

На стене загона висело седло. Я цокнул языком.

— Катаешься на нем?

— Пытался, — фыркнул Лю. — Но эта животина очень гордая, никого к себе не подпускает. Только девушек, да и то лишь некоторых. Я обычно использую его для дозора, ну и чтобы передать срочную весточку старейшине. Кстати, он вас тогда и засек, когда вы в первый раз к нам попали.

— Мда, обидно, что на нас донесла какая-то мутировавшая скотина. Говоришь, девушек подпускает? Даша!

— Что?

— Попробуй его погладить.

— А если он мне руку откусит?

— Ничего, у тебя же есть вторая.

— Знаешь, это вообще не аргумент.

— Гладить его пока рано, — остудил наш пыл Лю. — Надо, чтобы он к вам привык. Обычно лошади сами выбирают себе наездника, но даже для выбора нужно какое-то время.

— Тогда идем дальше.

Мы перешли к следующему загону — пустому. Китаец озадаченно почесал в затылке.

— Не понял…

В следующий миг между загонами что-то зашуршало, скользнуло по траве, и на спину Лю запрыгнула крошечная, коричневая мартышка… ну, по виду напоминающая мартышку. При более детальном осмотре я увидел, что у нее шесть глаз — два больших посередине, и два маленьких по бокам, а из головы торчат зачатки роскошной гривы. Это показалось мне смутно знакомым.

— Опять сбежал? — сурово спросил Лю, пытаясь отцепить зверька от своей спины. — Представляете, любые замки открывает, я уже все перепробовал — и веревки со сложными узлами, и цепи, и палки, все! Умная, зараза, хоть и маленькая.

— Погоди, а это случайно не…

— Ой, да это же наш зверек! — обрадовалась Даша. — Саш, помнишь? Самка родила на наших глазах, после того, как мы ее муженька убили? Ой, как он вырос, прям не верится! Ай!

Втянув воздух в ноздри, детеныш издал какой-то звук, и ловко перескочил ей на плечи, зарывшись мордой в рыжие волосы.

— И он тебя узнал, — засмеялся Лю. — У него очень развито обоняние, а еще хорошая память на запахи. А ты, как все девушки, пахнешь по особенному.

— Отлично, — подытожил я. — Тогда, рыжая, бери его себе. Будешь его кормить, воспитывать, и все остальное. Ты же хотела себе домашнего зверька.

— И заберу! У него нет родителей, теперь я ему буду мама. Да, мой хороший? Лю, а как его зовут?

— Да я им именам никогда не даю, — простодушно ответила китаец. — Зову по научному.

— Ладно, я тебе позже имя придумаю. Назову Сашей… или Маузером.

— Вот только этого не надо! Мы с тобой даже не спали, а ты уже хочешь ребенка моим именем назвать. И вообще, я хочу провести ДНК-тест на отцовство, а то чего-то он на меня вообще не похож.

— Бука! Иди, гуляй, мы и без тебя справимся. Алименты только не забудь выплатить.

— Ты гля на нее, нагуляла себе где-то ребенка, а от меня алименты требует! Все вы девушки одинаковы, что в той жизни, что в этой.

Мои слова были вдруг прерваны громким ревом. В соседней клетке здоровенный серый алабай поднял морду, и жутко завыл, глядя на небо. Мы так и застыли на месте.