Чтение онлайн

Гитлер и Ева с детишками Борманов и Шпееров, одетыми в лучшие костюмчики для «дядюшки» Гитлера. Маргрет Шпеер (справа) не поместилась в кадр. Снимок, вероятно, сделан на Рождество 1939 года, празднование которого перенесли на несколько дней вперед, чтобы фюрер мог насладиться торжеством, прежде чем отправиться объезжать войска, поднимая их боевой дух. В последующие годы Гитлер уже был слишком занят войной и редко приезжал домой. (NARA)

День рождения Гитлера в 1943 или 1944 году. Как у них было заведено, друзья собирались в полночь выпить за его здоровье. На следующее утро фюрера ждал стол, уставленный цветами, заваленный подарками близких и подношениями от немецкого народа. Гитлер делал вид, что вся эта суматоха его раздражает, однако Ева (крайняя справа, в нарядном платье) знала, что в глубине души он любит, когда его балуют. (NARA)

В традиционном баварском костюме Ева живописно расположилась на балюстраде Бергхофа, олицетворяя идеал женщины Гитлера — мягкой, скромной и простодушной. Нет только детей, которых она так хотела. Гитлер, боясь передать потомству свои ущербные гены, упорно отказывался заводить детей. (NARA)

Даже после 1940 года, несмотря на страшные события, захлестнувшие Европу, Ева продолжала резвиться на идиллических лугах в окрестностях Оберзальцберга. Подобно большинству немецких женщин, она мало знала об ужасах войны и ничего — о судьбе евреев и тех, кого нацисты заклеймили «недостойными жить». (Государственная библиотека Баварии, Мюнхен)

Эта фотография, снятая в личном самолете, получила известность под названием «Красивый Гитлер», так как яркий свет над облаками удачно скрадывает мешки под глазами и морщины. Дату снимка точно установить невозможно. Ева подписала снимок: Flug Munchen — Berlin («Рейс Мюнхен — Берлин»), (NARA)

Ева — дитя природы. Судя по ее длинным, свободно лежащим волосам, фотография сделана где-то в начале 1940-х годов. Гитлер был бы рад, если бы она не носила макияжа и не красила ногти, но на этот раз она решила не учитывать его мнение. (NARA)

Мой дедушка Вильгельм Шрёдер в возрасте около 70 лет на минеральном курорте Бад-Зальцуфлен. Он, видимо, приезжал к моим родителям, жившим там в конце 1940-х годов. На этом снимке, сделанном, вероятно, уличным фотографом, он стоит перед изысканным зданием клуба, куда имели доступ исключительно британцы, в своем лучшем костюме с элегантной серой шляпой в одной руке и стаканом лимонада — в другой. (Коллекция Анжелы Ламберт)

Элизабет (Лиди) Нойберт, моя горячо любимая двоюродная бабушка. Я сделала этот снимок в 1980 году, когда последний раз навещала ее в Гамбурге. Она жила одна в крошечной квартирке, но оставалась веселой, доброй и никогда не жаловалась. Она никогда не была замужем, прожила нелегкую жизнь и перенесла немало испытаний во время войны, включая бомбардировку Гамбурга в июле 1943 года. Самая младшая среди своих братьев и сестер, которых было больше дюжины, она умерла в одиночестве в 1981 году — в возрасте 86 лет. (Коллекция Анжелы Ламберт)

Ева под руку с Альбертом Шпеером. Их связывали тесные, но совершенно платонические отношения. Он был главным — после ее сестры Гретль — доверенным лицом и союзником Евы на «Горе». Во время своего последнего визита в бункер он изо всех сил старался убедить ее уехать, чтобы избежать гибели вместе с Гитлером, а после войны не раз говорил о ее доброте, мужестве и верности. (NARA)

Гитлер любил Шпеера (справа, на переднем плане) больше всех своих приверженцев за его аристократическую красоту, трудолюбие и архитектурные проекты, предназначенные превратить победоносный Берлин в город, ничем не уступающий древнему Риму. (NARA)

В кабинете Шпеера в Оберзальцберге в конце 1930-х годов Гитлер размышляет над грандиозными проектами. Шпеер стал его архитектором в 1934 году, в возрасте 29 лет. Его просторные, строгие здания воплощали представления Гитлера о Тысячелетнем рейхе. Гитлер и Шпеер были очень близки, но слухи об их гомосексуальной связи — полный вздор. (NARA)

На этом портрете работы Гофмана Ева выглядит более нежной и романтичной — такой, наверное, предпочитал ее Гитлер. Он поощрял страсть Евы к кинематографу и обещал, что после войны она сможет сыграть главную роль в фильме о собственной жизни. (Государственная библиотека Баварии, Мюнхен)

Ева лелеяла мечту стать когда-нибудь кинозвездой и любила фотографироваться в эффектных позах в вечерних платьях. Она хотела, чтобы не Гофман, к которому она со временем прониклась глубокой неприязнью, а другие фотографы делали ее портреты. Этот (1944) — работы Антона Зама, успешного мюнхенского фотографа. Он запечатлел Еву стройной и элегантной, в белом — она часто выбирала белые платья для таких портретов, возможно, из подсознательного желания казаться для Гитлера похожей на невесту. (NARA)

Ева и Герта Шнайдер (урожденная Осгермайр) были подругами с 12 или 13 лет, с тех пор как познакомились в лицее. Их взаимная привязанность очевидна на этом снимке, сделанном на пикнике. Даже после замужества Герта со своими маленькими дочками — к которым Ева относилась как к своим, — проводила много времени в Бергхофе, когда ее муж был в отъезде по военным делам. Они, да еще два скотчтерьера были жизненно необходимы Еве, особенно после того, как Гретль вышла замуж, оставив сестру беззащитной перед колкостями и сплетнями нацистских матрон. Герта была намного серьезнее, и все же они сохраняли крепкую дружбу на протяжении 20 лет. Гитлер считал, что Герта положительно влияет на Еву. (NARA)

На этой фотографии, снятой на роскошной вечеринке после свадьбы Гретль, Ева танцует со своим зятем Германом Фегеляйном. Она отлично танцевала, хотя никогда не делала этого в присутствии Гитлера. Он запрещал ей танцевать, но не из ревности, а, скорее всего, просто потому, что сам не умел. (Государственная библиотека Баварии, Мюнхен)

Трое музыкантов из оркестра СС поют для Евы серенаду на свадьбе Гретль. Судя по выражению ее лица, она скорее смущена, чем довольна. Согласно прежним обычаям, музыканты должны были бы быть цыганами, но к 1944 году все цыгане уже сидели в концлагерях — из них 800 тысяч погибли. Вряд ли Ева об этом знала. (Фотоагентство Ullstein Bild)

Ева в костюме «дирндль» и Гитлер — возможно, во время последнего его приезда в Бергхоф в июле 1944 года. Она кажется пополневшей, он сутулится сильнее, чем прежде. Они держатся как близкие люди и не скрывают своих отношений. Более не любовники, они стали верными спутниками. Гитлер в конце концов поверил в ее любовь. Он нуждался в утешении и поддержке, которые могла дать ему только Ева. (Государственная библиотека Баварии, Мюнхен)