Чтение онлайн

Казалось, остальные солдаты стелились перед ним. Пока они поднимались с поверхности планеты, ему предоставили место в носовой части шаттла. Вишес с Хэлли оказались далеко от остальных пар. Отчасти она списала все почести на его высокую должность. Тем не менее, поведение окружающих было по большей части продиктовано уважением и страхом. Когда по прибытию на борт Вишес буквально зарычал на одного из врачей, попытавшегося осмотреть Хэлли, она поняла, почему солдаты держатся на расстоянии. Кто захочет вызвать на себя такой гнев?

В любом случае, Хэлли даже не пыталась заговорить. Она сочла молчание составляющей заточения. Незнакомый мужчина только что украл ее из дома и, не считая простейших вопросов, не проронил ни слова. Хэлли понятия не имела, каков род его деятельности, сколько ему лет, откуда он родом или хотя бы чего от нее хочет.

Судя по ее затруднительному положению, он хотел взять то, что она не давала ни одному мужчине, и теми способами, которыми вообразить не могла. Похоже, все слухи о грубом сексе, рабстве, извращениях и побоях верны. Вскоре ей предстояло узнать об этом не понаслышке. Вишес не привел бы ее в тускло освещенную комнату, не положил бы обнаженной на неудобный стол и не приковал бы ей конечности, если бы хотел поиграть в настольные игры. Нет, он собирался взять ее тело, хочет она того или нет.

Хэлли подавила горестные рыдания. Ехидный голос у нее в голове выражал надежду на то, что Берни сейчас наслаждается своей новой жизнью в колонии. Если бы не старшая сестра, Хэлли этим утром не участвовала бы в Захвате. Ей хотелось обвинить в своих бедах Берни, но ничего не удавалось. Сестра совершила плохой поступок, по крайней мере, по стандартам их деревни. Если бы ситуация стала достоянием общественности, на Берни повесили бы ярлык падшей женщины.

Существовал лишь один способ спасти сестру — нелегально увезти ее с планеты, как Хэлли уже спасла десятки других людей. Ей пришлось потратить все свои сбережения и занять место сестры в Захвате, но оно того стоило. Через четыре месяца или того меньше Хэлли предстояло стать тетей. Жизнь невинного ребенка бесценна.

По тихой комнате эхом разнесся стук тяжелых шагов. Хэлли затаила дыхание, и по ее щекам скатилось несколько слезинок. Вишес ничем не выдавал своего присутствия, однако она подозревала, что он все время находился поблизости. Этот мужчина не выглядел готовым рисковать и не оставил бы схваченную женщину одну в темной комнате, пускай даже связанную.

От унижения у Хэлли запылали щеки. Прежде ни один мужчина не видел ее голой. И она, безусловно, никогда никому не показывала ту самую часть своего тела. Теперь же интимное место выставили на всеобщее обозрение, раздвинув ей ноги так широко, что разомкнулись половые губы.

Почувствовав на бедре первое прикосновение теплой шершавой ладони, Хэлли вздрогнула. Вишес прижимал пальцы к ней то тут, то там. Ей даже подумалось, что он проверяет ее кровоток. По крайней мере, хоть что-то. Если Вишес так осторожен и боится навредить ей, тогда, быть может, не причинит сегодня слишком много боли.

Он провел ладонью по ее голени вверх до внутренней стороны бедра. От паники у Хэлли свело низ живота. На нее нахлынуло понимание того, что вот-вот произойдет, и она громко всхлипнула. Этот мужчина — незнакомец — собирался взять ее, а она ничего не смогла бы сделать или как-то его остановить.

Хэлли зажмурилась, когда Вишес поднялся на стол и опустился ей между ног. Грубая ткань его штанов оцарапала мягкую кожу. Хэлли сглотнула, но глаз не открывала, каждой фиброй души надеясь когда-нибудь стереть весь этот ужас из памяти.

Кончики пальцев коснулись ее щеки и подбородка. Прикосновение было таким нежным, что Хэлли совершенно запуталась. Она не понимала ни этого человека, ни его мир.

— Почему ты плачешь, маленькая?

От неожиданности Хэлли резко подняла веки. В смотрящих на нее глазах цвета льда отражалось беспокойство. Вишес выглядел почти столь же запутавшимся, какой чувствовала себя она. Как он может удивляться тому, что она на грани истерики?

Наконец, Хэлли обрела дар речи.

— Я боюсь.

— Меня?

— Да.

— Не бойся меня, Хэлли, — вкрадчиво и мягко убедил Вишес. — Ты для меня драгоценна.

— Драгоценна? — она подергала скованными запястьями. Оковы надавили на то место, куда на медицинском осмотре внедрили чип, и Хэлли вздрогнула. — Ты приковал меня, как собаку.

— Чтобы защитить тебя, — пояснил Вишес. — Я опасался, что ты попытаешься сбежать. Я был прав?

Хэлли впилась в него взглядом.

— Конечно!

— Это опасно, Хэлли. Женщины, сбегающие от своих мужей в период соединения, доступны первому поймавшему их мужчине. Понимаешь? Знаю, ты считаешь меня чудовищем, но когда я говорю, что защищаю тебя, должна мне верить. Ни один плохой человек тебя не тронет.

В этом Хэлли не сомневалась. Учитывая, как Вишес рычал на врача, который пытался измерить ей давление и послушать сердцебиение, она и представить себе не могла, что ждало бы глупца, попытавшегося тронуть ее в сексуальном плане.

Вишес опустил голову, и их рты оказались друг напротив друга. Она кожей ощущала его теплые выдохи. Он потерся губами об ее губы.

— Не борись со мной, Хэлли. Подчинись мне и будешь знать лишь удовольствие.

Ей не представилось шанса послать его к черту. Вишес впился ей в губы карающим поцелуем. От движений его рта весь воздух покинул ее легкие. Она пару раз целовалась, но редкие украденные поцелуи в сарае или за трибуной после танцев по случаю окончания сбора урожая меркли в сравнении.

Вишес мог быть безжалостным солдатом, но целоваться умел.

Он прикусил ее нижнюю губу и втянул в свой рот. Хэлли почувствовала прикосновение языка, но лишь на мгновение. Вишес повторил ласку уже более настойчиво, и она сдалась вторжению. С нажимом облизав ей небо, он всосал кончик ее языка. Хэлли задрожала. Вишес снова поцеловал ее, на этот раз глубже, проникая ей в рот и отступая. Даже своим девственным умом она уловила сходство с половым актом.

Вишес отстранился, тяжело дыша и выглядя отчаянно пытающимся вернуть себе контроль. Возможно ли, что она затронула его так же сильно, как он ее?

У Хэлли очень странно болели груди. Они словно отяжелели, а соски напряглись. При малейшем движении Вишеса его рубашка терлась о напряженные пики. Хэлли ахнула, когда он спустился ртом к ее горлу и, повернув ей голову, открыл доступ к шее. По коже скользнул язык, и Хэлли вздрогнула под большим крепким телом Вишеса. Он посасывал определенное место, пока оно не становилось чувствительным, а затем облизывал, будто пытаясь успокоить.

— Ты такая красивая, — пробормотал Вишес. Обхватив ладонью ее грудь, он зажал сосок между пальцами и сдавил его. Больно не было, зато по телу прошли резкие импульсы. Хэлли ахнула и попыталась вывернуться, но не смогла спастись. — Не сопротивляйся, Хэлли. Разреши показать тебе, как хорошо нам может быть вместе.

— Пожалуйста, — взмолилась она с пылающим от стыда лицом. — Мне не нравится.

— Ты уверена? — Вишес потеребил сосок кончиком пальца. — Только взгляни, как твое тело отвечает на мои прикосновения.