Захваченный
Шрифт:
— Я рад, что мне довелось разделить с тобой эту жизнь, — произносит Колтон, целуя меня в лоб. — Я не могу представить себе этого ни с кем, кроме тебя.
— Взаимно, — отвечаю я, целуя его в грудь и утыкаясь носом в сгиб его руки.
Мы лежали так несколько минут, прежде чем Колтон испустил громкий вздох.
— Ты беспокоишься о детях?
Я даже не пытаюсь скрыть смех. Колтон в совершенстве овладел искусством быть чрезмерно заботливым папочкой. Когда другой ребёнок в детском саду столкнул Адама с качелей пару месяцев назад, мне пришлось пригрозить Колтону отсутствием секса, чтобы он не сходил с ума по этому поводу.
— Меня больше беспокоит то, что они вчетвером приклеили Сейбл и Джонатана скотчем к стульям и замышляют побег. Ты хочешь им позвонить?
— Просто чтобы пожелать спокойной ночи.
Я набираю номер ещё до того, как он заканчивает предложение.
— Разве Колт сейчас не должен быть по колено в твоей дырке? — это первое, о чём спрашивает Сейбл. Без приветствия.
— Ты на громкой связи, — сообщаю я ей.
— Глубоко по колено не имеет никакого смысла, Сейбл, — громко отвечает Колтон. — Мальчики разрушают дом?
— Не-а, — говорит она. — Джонатан посадил их на батут на заднем дворе и позволил им попрыгать около часа. Они только что закончили есть макароны с сыром и смотрят фильм. А потом они отправятся спать.
— Чувак, почему ты разговариваешь с нами по телефону? — голос Танка гремит на заднем плане.
— Я проверяю, как там дети, — огрызается Колтон. — Не зли меня. Они не лягут спать, пока мы не пожелаем им спокойной ночи. Или мы можем прийти и забрать их прямо сейчас.
Сейбл смеётся.
— Вы, ребята, самая скучная старая семейная пара в истории. Сейчас восемь часов.
— Эм, Танк? — я слышу Адама на заднем плане.
— Привет, малыш, — говорит Колтон. — Тебе весело?
— Да, папа, — кричит Адам. — Но у меня болит живот.
За этим следует безошибочный звук рвоты Адама.
— Да, это блевотина, — стонет Сейбл.
— Мы будем через десять минут.
Пять часов спустя я лежу на кровати в спортивном костюме и одной из старых футболок Колтона. У детей какая-то кишечная инфекция, но они больше не блюют. Я протягиваю руку и убираю волосы Джеймса со лба, потому что он всегда чешется, когда они падают ему на лицо. Затем я касаюсь рукой лба Адама. Никакой лихорадки.
На другой стороне кровати Колтон храпит так громко, что просыпается рывком. Он проводит рукой по лицу, его глаза встречаются с моими, и он морщит лоб.
— Иди спать, Кэсси, — шепчет он. — Отдохни немного.
— Обязательно, — обещаю я ему. Я не успеваю вымолвить ни слова, как он уже откидывается на подушку и громко храпит.
Это наше счастливое будущее. Это не дикий и захватывающий образ жизни профессиональных футболистов, который вы видите по телевизору, но он наш. И это всё, что мне нужно.
КОНЕЦ