Чтение онлайн

– Нет, строить не хочу. Англия и Франция захватили полмира. Такой трубопровод пойдёт по землям неподконтрольных мне государств – Неджда и английской Трансиордании. В любой момент они могут перекрыть вентиль, начав откачивать нефть себе. Если бы мы были США, тогда наши права соблюдались, а Русские Эмираты слишком мелкая страна, чтобы с ней считаться. Гюльбенкяну так же требуются танкеры или железнодорожные цистерны для её доставки из портов Турции в Европу. Я лучше буду строить танкерный флот, что надёжнее в данном случае.

– Резонно, месье Алексей, часто политика мешает торговле.

– Да-да, во всем виновата политика.

– И всё же, что мы можем предпринять? Я вижу следующее решение…

– Месье Эрнест, прошу прощения, что перебиваю вас, но я тоже вижу два пути: создать вторую совместную фирму, например, «Франс Зенит нефть» или «Месьер Зенит нефть», и второй. Но, прежде чем его назвать, я хотел бы озвучить одно предложение.

– Я тоже хотел предложить вам создать вторую фирму. А что за второй вариант?

– Переговорите с Пуанкаре или Думергом о моём желании арендовать пару местечек в ваших владениях лет на 50. Одно из них в Сирии, а второе в Марокко. Взамен я отдам на это же время остров Бахрейнского архипелага, например, Южный или Северный Сувад. Будете платить только таможенные пошлины на вывоз нефти. Также я желаю создать с вами совместную фирму по продаже во Франции моих нефтепродуктов. Так мы обойдём ваше генеральное соглашение с Гюльбенкяном.

– На этих островах есть нефть?

– В Бахрейне везде есть нефть. Присылайте специалистов и оборудование – пусть бурят. Мне нужнее указанные территории, чем Сувад.

Месьер от удовольствия потирал руки, ведь он заключил выгодный контракт, став эксклюзивным трейдером эмиратской нефти во Францию, причём, первые поставки сырой нефти ожидались уже через год.

– Месье Алексей, вы ничего не делаете просто так. Я опасаюсь подвох, который мне не простят в правительстве.

– Подвох есть. С учётом развития авиации лет через двадцать будут сделаны самолёты, перелетающие океан. Я желаю, чтобы мои самолёты перелетали по моим территориям и не зависели от настроения политических режимов тех стран, через которые будут проходить авиамаршруты.

– Резонно, надеюсь, в этих местах нет нефти или алмазов?

– Нет, можете мне верить или проверить, перекопав грунт до ядра Земли.

– Мы можем выделить вам место в любой части?

– Мне интересна территория двадцать квадратных километров на побережье южнее сирийской Амары, и в северном Марокко также на побережье.

Бизнесмен на корабле вернулся во Францию, сразу попав на приём к президенту.

– Господин президент, мы нашли варианты сотрудничества. Оказывается, с Семеновым легко решать дела, он идёт на компромиссы. Месье президент, император Семенов озвучил интересное предложение. Что мы можем ему ответить?

– Этот хитрец снова что-то задумал. Я не хочу себе лавров англичан, которых он обманул с Эмиратами. Мы вынесем этот вопрос на ближайшую ассамблею парламента.

Политики Думерг, Пуанкаре, Фредерик Марсаль, действующий и бывший военный министр Шарль Нолле и Андре Мажино смотрели на карту Ближнего Востока и Марокко. Пуанкаре рассуждал вслух: «Хм, самолёты… Что же, эта причина имеет место быть. Заглядывать на двадцатилетнюю перспективу увеличения дальности перелётов вполне прагматично и реально, хотя и несерьёзно, потому что они могут развиться и через десять лет. Минутку, получается, что фирмы ЦАШ стоят на пороге создания самолётов для трансатлантических перелётов – это очень серьёзно! Доставить бомбу из ЦАШ во Францию за один перелёт».

– А как лететь назад?

– Так для этого и нужен аэродром подскока, чтобы было, где заправиться и отдохнуть.

– Тогда в случае конфликта мы разбомбим эти авиабазы и все дела.

– Тоже верно, месье премьер-министр. Рассуждаем дальше. Если он даёт нам право выбрать самостоятельно место аренды, то он не знает, что скрывают недра вдоль побережья. Самолёты – это хорошо, но это же и военно-морская база для флота ЦАШ!

– Которого у них нет, одни старые лоханки.

– Не скажите, Марсаль. Колчак ввёл в строй десяток современных крейсеров и два линкора.

– И всё-таки Семенов сделал отличное предложение. Главное, что у нас появится нефть. Месье Месьер, срочно отправляйте в Бахрейн специалистов и ищите нефть. По поводу баз: Марокко слишком близко к Франции – я против аренды в Марокко, а в Сирии базу можно и отдать. Наши условия таковы: два острова Сувад в безвозмездную аренду сроком на пятьдесят лет, плюс водное пространство две мили вокруг них. Мы предоставим ему базу под Мамрой сроком на 50 лет.

– Мистер Думерг, боюсь, что он не согласится.

– Пробуем, и будем торговаться.

В аппарат императора пришла депеша о рассмотрении моего предложения и французских условиях. В ответ ушла моя депеша, в которой говорилось о несерьёзности французских предложений. Затем был телефонный разговор между мной и Думергом.

– Господин президент Думерг, мы найдём маршрут через Тихий океан, наши предложения снимаются.

– Не стоит торопиться, ваше величество. Я пришлю комиссию с полными полномочиями.

Через три недели Месьер вновь появился с целой группой юристов, дипломатов, нефтяников и председателем делегации заместителем премьер-министра Марсалем. Через две недели, как только смонтировали буровую установку на Южном Суваде, французы нашли нефть. Сразу было подписано трёхстороннее соглашение между ЦАШ, королём Сирии и Францией о выделении нам участка под военную базу. «Тотал» на десять лет взял в аренду остров Южный Сувад, обязавшись построить там производственно-складскую инфраструктуру. Также была образована совместная компания «Франс Зенит Энержи», задачами которой стало создание во Франции и её колониях сети автозаправок с продажей наших нефтепродуктов. В совет директоров фирмы вошли братья Дезмире, Месьер и Марсал, а также французский банкир Абрахам Ротшильд.

На подписании договоров я предложил создать совместную нефтяную компанию с моей долей владения 50 % плюс одна акция по поиску и освоению нефтяных месторождений в Сирии.

– Вы уверены, что в Сирии есть нефть?

– Хотелось бы надеяться. Хочу сказать, господин президент, что мир развивается, и колонии всё труднее удержать в повиновении. У вас максимум пятнадцать лет, чтобы найти и выкачать из этой земли чёрное золото. Потом вас отсюда выпрут повстанцы.

– Мы умеем защищать нашу собственность, ваше величество.

Согласия я не получил, но через пять месяцев Куриши сообщил о том, что французы проводят самостоятельную разведку нефти в Сирии с помощью «Иракской нефтяной компании» – консорциума, состоящего из «Shell», «BP», «Exxon-Mobil», «Total» и «Gulbenkian», которая после безуспешного бурения одиннадцати скважин, прекратила искать в Сирии нефть.

Насколько я знал, лишь в сентябре 1956 года американский нефтепромышленник Менхолл обнаружит нефтяное месторождение Карачок с запасами более 1 миллиарда баррелей. В отличие от нефтяников консорциума, я прекрасно знал, где в Сирии находятся нефтеносные районы – их по телевизору лет пять показывали. Больше я на французов не выходил, решив дождаться революции в Сирии и найти нефть вместе с сирийцами.