Закат без правил
Шрифт:
Вообще-то, я, действительно, не была уверена, правильно ли мы едем, но в целом, всё не так плохо. Кстати, по пути мы останавливались перекусить, поэтому от голода не умрём, по крайней мере сегодня. На время мне показалось, что Ларионов уснул, пока я плутала по просёлочным дорогам, намеренно обходя официальные трассы, поэтому какое-то время за дорогой, скорее всего, не следил и, видимо, сейчас сожалел об этом.
– Ты серьёзно? Лера, твою мать, - выругался Ларионов и потянулся к навигатору.
– Есть много других способов...
– Да расслабься, просто хотела в горы...
– А горы нас хотели?
– Тём, не будь сварливым старикашкой, посмотри, какая там красота.
– Там нихрена не видно, - с сомнением перевёл он взгляд в окно.
Вообще-то, Тём прав. Глушь редкая, да ещё и непроглядная. И красоту, если она и есть, мы определить сможем лишь с утра. Жутковато осознавать себя незначительной частью огромной бездны. Интернет, пропал, связи нет, а мы стоим на обочине грунтовой дороги без опознавательных знаков и пялимся в темноту.
– Чёрт, - недовольно буркнул Тём, - я надеялся на отель, душ и снять девочку.
– Ну тогда тебе не стоило меня спасать, - также наиграно надула я губы. Впрочем, мне самой уже было не по себе.
Горы мы вроде как нашли, а вот цивилизацию, хоть какую-то, нет.
Дверь справа хлопнула - это Тём, наконец-то, решил взять инициативу в свои руки. Момент, и вот он стоит уже рядом со мной и глазами предлагает самой освободить место у руля.
Я вздохнула и выбралась из авто; не отводя взгляд уступила место, даже обеими руками в театральном жесте предложила проследовать на водительское сидение, а Ларионов закатил глаза.
– Если тебя это утешит, мне было не так уж и страшно с тобой ехать. Правда, всего минут семь за всё время нашего путешествия, но это тоже круто, уверяю тебя. Чёрт, больно же!
– вскрикнул Тём в ответ на мою попытку его ударить боксёрским приёмом.
Конечно же, увечий я при всём желании нанести не смогла бы, поэтому Тём лишь рассмеялся при этом.
– Ладно, ты смотрелась круто, признаю. Просто очень быстро неслась, - поднял он руки будто сдаётся, а я победоносно показала невидимые мускулы на руке. И гордо вскинув голову, обошла джип, с вызовом пересекая свет от фар.
Проехали, мы совсем немного. Выяснилось, что проезд прямо просто опасен, слева обрыв и крутые повороты, но нам удалось немного вернуться и свернуть на едва различимую накатанную дорогу в густых деревьях.
– У тебя сидения раскладываются?
– усмехнулась я, понимая, что пора, как следует, отдохнуть. Я точно устала, несмотря на желание добраться до конечного пункта. Правда, как и Тём, предполагала, что заночуем мы в более благоприятных условиях, но, видно, не судьба.
– Лера, ты уверена?
– поднял брови Тём и растянул губы в широкой улыбке.
– Я классный, конечно, и да, тебе понравится. Тронут твоей заботой в удовлетворении моих потребностей, но не настолько я на тебя злюсь, чтобы...
– Нам нужно отдохнуть.
Ларионов кивнул и прищурился, внимательно рассматривая мои глаза. Пауза затянулась, но мы никуда сейчас и не спешили.
– Специально меня завезла подальше?
– вдруг серьёзно усмехнулся Ларионов, а я лишь коротко ответила:
– Да.
Глаза в глаза, молчание и повисшее в воздухе напряжение. Ларионов всё ещё мой друг и даже спаситель, но отсутствию мобильной связи я сейчас даже радовалась.
Конечно, мы способны найти дорогу обратно, но пока что никто из нас этот вариант не предложил, а значит, и не рассматривал.
Не знаю, по каким причинам, но я была почти уверена, что нам нужно хоть на время прервать все контакты с внешним миром. Мне это точно нужно, а вот, что нужно ему - большой вопрос. Тём ухмыльнулся, а меня вдруг посетила мысль:
«А кто кого испытывает?»
– Раскладывается, - хмуро сообщил Ларионов, слишком уж запоздав с ответом, но стандартной пошлой шутки за этим не последовало. Тело сковало от близости Тёма, когда он потянулся рукой через меня куда-то за моё сидение; он будто намеренно отвернулся, и в глаза не смотрел.
– Вот так это делается, - добавил мой друг; спинка сидения плавно опустилась назад, и мы также поддались мягкому, но на время свободному, падение вместе с ней.
Взгляд Тём всё же на меня перевёл, ближний свет фар оставлял нам в распоряжение совершенно ничтожное количество света, но в этом контрасте, я всё равно разглядела в глазах Ларионова то, что мне было нужно.
Кажется, я не одна мучительно сражаюсь с неведомыми правилами. Мне до безумия захотелось поцеловать Тёма, его губы немного приоткрыты, мне остаётся лишь приподняться, чтобы дать ему понять - я чувствую. Но вместо этого я лишь слушала, как отчаянно стучит моё сердце где-то в висках, а Ларионов тут же губы сжал. И отстранился.
Если бы Тём хотел - он бы сделал.
Нерешительностью мой друг не страдал, и либо для него самого это открытие, либо... Чёрт. Возможно, я ошибаюсь, но теперь во мне уверенно набирало обороты чувство, что меня проверяли. Вот только несмотря на внешнюю стойкость, сама для себя я проверку явно не прошла.
***
Уснуть не получалось.
Во-первых, спать в дискомфорте было непривычно: мы разложили сидения, и в джипе появилось достаточно места для нас двоих, но очень уж сейчас хотелось в свою тёплую мягкую постель, и вместо толстовки с джинсами накинуть домашнюю пижаму, а ещё уткнуться в подушку и не слышать мирное сопение совсем рядом.
Я не могла расслабиться в отличие от своего отдыхающего друга. Ларионов отключился буквально за пару минут, его не тревожили ни неудобства, ни неизвестность, ни я.
Но мне было совершенно неспокойно.
То слышались какие-то странные звуки, доносящиеся из темноты, то (что ещё хуже) я самым наглым образом представляла, как мы могли бы провести эту ночь, если бы я пошла на поводу у своего порыва.
И когда я уже извела себя непристойными мыслями, почувствовала, как Ларионов перекатывается на другой бок. Ну, класс!
Я замерла, боясь даже вздохнуть, а он беспардонно сгрёб меня в охапку и даже закинул сверху ногу, продолжая видеть сны. Чёрт, это становится невыносимо! И не только потому что я уже не контролирую свой, как оказалось, слишком чуткий пульс рядом с Тёмом. Мне было действительно тяжело. Физически.
Выбираться было сложно, мне казалось даже, что Тём просто издевается надо мной и намеренно держит в своей хватке. Предприняв ещё несколько безуспешных попыток, эту идею я оставила. Будить товарища тоже не хотелось, я всё же опасалась того, что могло в самом деле произойти между нами. Хрен с тобой, Ларионов. Зато тепло.