Чтение онлайн

— 20 доз наркотиков, якобы для собственного употребления, а на самом деле для сбыта. Кому нужно носить с собой для личных нужд 20 доз наркотиков?

Это сообщение вызвало настоящий шок в Комитете по безопасности, который собрался как раз в день появления этих сведений. Газеты писали, что наркоманы и сбытчики зелья проводили по всему городу сходки, в ходе которых звучали такие лозунги: «Спасибо Володе (намек на президента) за наше счастливое детство!». Выяснилось, что в этот день весь личный состав милиции был ознакомлен с текстом постановления под расписку, дабы не было случаев превышения власти. Сотрудники МВД ставили подписи, нещадно матерясь, потому что они теперь не в состоянии эффективно контролировать установленные в качестве разрешенных дозы наркотиков. Попробуйте определить, имеет ли задержанный при себе какой-нибудь мудреный препарат под названием альфа-метилтиофентанил весом 0,00002 грамма. Откуда знать милиционеру, что этого хватит на 20 доз «крутой заварки» и т. д. К тому же правительственное постановление определяет дозы наркотиков в твердой форме, в то же время наркоторговцы часто используют готовые растворы, и выделить из них твердые фракции можно только с использованием промышленного оборудования в виде специальных центрифуг. Как это могут сделать представители органов правопорядка?

Комитет по безопасности единодушно высказался за подготовку письма премьер-министру с просьбой немедленно принять меры для приостановки действия данного постановления. Учитывая крайнюю важность вопроса, было решено попросить председателя Госдумы Б. Грызлова воспользоваться телефоном для уведомления премьера о позиции комитета. Я не знаю, решился ли Б. Грызлов поднять трубку, но на очередном пленарном заседании Думы 14 мая от имени Комитета по безопасности было внесено все-таки предложение о письменном обращении к М.Фрадкову. Надо было видеть, как сопротивлялся в ходе обсуждения этого вопроса официальный представитель российского правительства в Думе. Он никак не хотел, чтобы Дума беспокоила премьера по таким пустякам. Но все, слава Богу, оказалось безуспешным. Дума проголосовала почти единодушно за обращение к премьеру. В ходе обсуждения и голосования только «жириновцы» заняли особую позицию. Они упорно отстаивали правоту правительства. Их аргументация была убога «Вы что, хотите посадить в тюрьмы еще 3 миллиона человек?». Вообще надо отметить, что депутаты от фракции ЛДПР («жириновцы"») постоянно голосуют за все, что вредит здоровью нации, идет ли речь о легализации производства самогона, о либерализации рынка алкогольных напитков или сигарет, или наркотиков. Безразлично в какой мере это наносит ущерб людям.

При обсуждении вопроса о наркотиках выяснилось еще одно важное обстоятельство, оказалось, что правительство России неуправляемо, а роль президента непонятна. Мы, депутаты, не могли понять, как можно было принимать настолько губительное для народа постановление, не достигнув согласия внутри кабинета. Выяснилось, что МВД, Министерство здравоохранения, Государственные органы по контролю за оборотом наркотиков категорически возражают против этого постановления, в то время как Министерство юстиции выступает в качестве одного из ярых его сторонников. Вот так фрукт! Что же творится в недрах правительства? Заместитель председателя Госнаркоконтроля генерал Александр Михайлов открыто заявил, что текст постановления готовили два чиновника из Министерства юстиции, один из которых является владельцем гей-клуба, в котором бизнес процветает только при торговле наркотиками, а второй является рядовым подельником. Картинка, прямо скажем, жутковатая.

Несколько месяцев депутаты Госдумы безнадежно ждали ответа от Правительства, которое так и не отступило от своей позиции. Весь вопрос о либерализации своей политики в области наркотиков власть постаралась «замотать», т. е. скрыть от общественности. Осталось секретом, кто же был инициатором этого убийственного постановления.

Характерной чертой крупного государственного деятеля является собственное комплексное видение проблем своей страны. Судя по высказываниям и делам В. Путина, у него такого видения нет. Даже во время второго срока своей администрации он, как правило, пользовался подготовленными для него заранее текстами. Он все чаще читал, а не говорил, даже когда обстановка не вынуждала его к этому. Казалось бы, в 55 лет, при большом опыте руководства страной, при фактически неограниченных конституционных полномочиях, можно было бы спокойно и твердо высказывать свою точку зрения по наиболее сложным и острым вопросам российского бытия. Но этого-то он как раз и не делал.

Вторым не менее важным качеством государственного деятеля является его умение сплотить вокруг себя коллектив единомышленников, надежных и талантливых. Историки часто приводят в пример Наполеона, создавшего в свое время одно из самых высокопрофессиональных правительств в мире. В истории России также были примеры таких высокоэффективных кабинетов, которые в условиях государственной бедности умели блестяще распорядиться людскими и материальными ресурсами для решения сложных задач. В. Путину не удалось создать когорту соратников, которые бы понимали его, разделяли его взгляды и готовы были идти до конца вместе с главой государства. В отсутствие масштабных государственных задач, работа правительства не была одухотворена единой целью, люди, входившие в близкое окружение президента, скатывались в решение своих личных или клановых задач. Правительства были безынициативными, инертными, из их недр не выскакивали искры творчества. Более того, Белый дом плохо воспринимал даже прямые директивные импульсы, которые исходили из Кремля. Сколько раз Президент В. Путин говорил о необходимости добиться удвоения ВВП к 2008 году, но министры Герман Греф и Алексей Кудрин, составлявшие костяк экономического блока, так же настойчиво утверждали, что добиться этого невозможно. В. Путин ставил задачу сбить инфляцию до 3 % годовых к 2008 году, а правительство, ни капельки не краснея, фиксировало 12 % рост инфляции в 2007 году.

Склоки внутри правительства были непрестанными. Всем запомнился конфликт между министром культуры А.С. Соколовым и его заместителем М.Е. Швыдким, который до назначения А. Соколова занимал министерское кресло. Александр Сергеевич Соколов, настоящий русский интеллигент, в недавнем прошлом занимавший пост ректора Санкт-Петербургской консерватории, был шокирован той картиной, которая открылась перед его глазами, когда он принял дела от своего предшественника. По неосторожности (это типично русская «оплошность») он в сердцах признался публично, что в Министерстве культуры процветала коррупция. Михаил Ефимович Швыдкой, пониженный в должности, взвился от негодования и немедленно подал в суд на своего министра, требуя компенсации за диффамацию. Всю первую половину 2005 года российская общественность была заинтригована, чем же закончится этот странный конфликт.

Относительно г-на М. Швыдкого было известно, что его деятельность на телевизионном канале «Культура» проверяла Счетная палата, установившая целый ряд крупных финансовых нарушений. Во-первых, пользуясь служебным положением, он выписывал самому себе гонораров за участие в программах канала на сумму около миллиона рублей в год, во-вторых, он выплачивал своим знакомым авторам вместо авансов полные суммы гонораров, независимо от того, какого качества были подготовленные материалы. Без конца склонялось в печати его имя как нарушителя водоохранного законодательства, построившего свой особняк на самом берегу подмосковного водохранилища. Он вызывал аллергию своим утверждением, что матерщина является неотъемлемой частью русской культуры. Теперь этот «носитель культуры» требовал доказательств, выдвинутых в его адрес обвинений.

Министр А.Соколов не счел нужным превращаться в детектива и копаться в навозной куче. Он занял позицию умалчивания, возможно, не без подсказки сверху, потому что любое разбирательство по коррупционным делам непременно приведет в высшие сферы, что никому не нужно.

Шли месяцы, а конфликт тлел. Гарант конституции молчал «как рыба об лед». Кончилось тем, что обе стороны пошли на мировую. Один не стал настаивать на своих утверждениях, а второй забрал свое исковое заявление из суда. Так вот и стали жить и трудиться министр и его заместитель «на благо культуры».

Если сравнить президента с дирижером оркестра, то можно сказать, что министры-музыканты плохо подготовлены профессионально и играют свою игру, не внимая взмахам дирижерской палочки. Так и получалось, что вместо симфонии управления, мы слышали административную какофонию. Контрольное управление администрации президента в своих годовых отчетах указывало, что около трети всех прямых указаний и поручений президента не выполняется, другая треть выполняется частично.

Весь первый срок президентства В. Путина премьер-министром страны был М.М. Касьянов, и лишь в 2004 году выяснилось, что два высших должностных лица в стране несовместимы. М. Касьянов был уволен и вскоре стал политическим противником Кремля. Дошло до того, что М. Касьянов вознамерился выставить свою кандидатуру на пост Президента России на выборах 2008 года. Против него были брошены самые расхожие в стране обвинения в мошенничестве, суть которых заключалась в том, что, будучи премьером, М. Касьянов за бесценок (300 тыс. долларов) приобрел роскошную резиденцию бывшего члена Политбюро ЦК КПСС К. Черненко, цена которой в десятки раз больше. Другое похожее имение было продано олигарху, руководителю «Альфа-групп» Михаилу Фридману. Понятно, что такие жирные куски государственной собственности не переходят из рук в руки без ведома главы государства, но время вспомнить о мошенничестве приспело как раз тогда, когда М. Касьянов «соскочил с рельсов и пошел по шпалам». Все компрометирующие материалы были переданы журналисту депутату А. Хинштейну («Единая Россия»), который начал «мочить в сортире» бывшего премьер-министра до тех пор, пока тот не сломался, обмяк и притих. Пришлось проглотить свои политические амбиции в обмен на спокойную сытость.

Два других премьера — М.Фрадков и В.Зубков — были представлены В. Путиным России, как кролики, вытащенные из рукава фокусника-иллюзион на цирковой арене. В 2004 г. общественность страны была поражена, когда возглавить правительство было поручено скромному чиновнику, представителю России при Евросоюзе в Брюсселе Михаилу Фрадкову. Он чуть более трех лет председательствовал на заседаниях правительства, причем даже неискушенные в политике зрители видели, как его третировали зубастные «тигры» вроде Г. Грефа, А. Кудрина, М. Зурабова. Премьер неоднократно публично укорял министров в непрофессионализме, в постоянных склоках между собой.

Очень запомнилось заседание правительства РФ 14 июня 2007 года, на котором обсуждался один из самых мучительных для России вопросов — о дорожном строительстве. Министр транспорта Игорь Левитин докладывал концепцию строительства дорог. На эти цели уже были выделены крупные средства: почти 300 млрд рублей на 2007 г. и еще 250 млрд на 2008 г. Но, как почти всегда случается в нынешней России, деньги есть, а умения толково распорядиться ими в интересах государственного строительства нет.

Концепцию, которую предложил одобрить И. Левитин, как выяснилось на заседании правительства, еще никто в глаза не видел, она ни с кем не согласовывалась. Началась перепалка между министрами. Дело приобретало скандальный оборот. Председатель правительства жестко заметил, что заседание подготовлено не просто плохо, а «спустя рукава», что представленные документы являются сырыми заготовками, что концепции как таковой не существует. «Страна ждет действий, а мы не понимаем, о чем ваш документ», — резюмировал М. Фрадков.