Чтение онлайн

Новым покупателем нашего военно-технического имущества стала Венесуэла, заключившая контракты на приобретение 100 тыс. автоматов Калашникова, 30 самолетов «Су-27» и т. д. Если нынешнему президенту Уго Чавесу удастся укрепить в национальном сознании венесуэльского народа новый политический курс и создать для этого организованную партийную опору, то Россия может получить шанс для серьезного укрепления своих позиций на этом континенте.

США, считавшие Латинскую Америку своим «задним двором» со времен провозглашения пресловутой доктрины Монро, сейчас с удивлением обнаруживают, что их позиции оказываются под угрозой. Их вооруженные силы завязли в Ираке, Афганистане, финансовые ресурсы напряжены до предела (государственный долг исчисляется 5 триллионами долларов), внутри страны потерян консенсус относительно приоритетов внешней политики. На вчерашний «задний двор» США активно проникают вездесущий Китай, Япония. Если бы наша бизнес-элита была более предприимчивой, то и для России там нашлось бы хорошее место под солнцем, но там надо работать, а «наши» привыкли «пилить» готовые деньги.

Какими бы важными ни были наши отношения со странами дальнего зарубежья, все-таки прежде всего и больнее всего нас касается обстановка в непосредственном окружении России, в странах так называемого ближнего зарубежья, вчерашних республиках СССР, составлявших вместе с Россией единый хозяйственный организм. Деление зарубежных стран на дальнее и ближнее зарубежье является атавистическим остатком нашего мышления 90-х годов прошлого столетия. В новых постсоветских государствах остались жить 25 млн русских людей, оказавшихся внезапно «пониженными в должности»: с положения старших братьев — в национальные меньшинства, в этнических изгоев. С горечью приходится признать, что всякие попытки создать какие-либо объединительные структуры между новыми государствами, возникшими на территории бывшего СССР, оказались полностью провальными. Более 15 лет болталась перед глазами общественности эфемерная идея Содружества независимых государств, собирались саммиты, принимались кучи документов, суетились чиновники, изображавшие активную деятельность, но все было обычным мыльным пузырем, имитацией дружбы и готовности к сотрудничеству.

Главы государств-членов СНГ на глазах общественности своих стран «валяли Ваньку» (была такая деревянная кукла-игрушка, в основание которой был залит свинец, и всякая попытка повалить «Ваньку» оканчивалась неудачей, он неизменно принимал вертикальное положение). Только к 2006–2007 году разговоры о СНГ стали быстро глохнуть, эту «организацию» стали называть «бюро по цивилизованному разводу бывших республик». Это стало признанием горькой реальности. За 17 лет существования СНГ не было создано ни одного наднационального органа, не было принято ни одного документа, обязательного для выполнения всеми участниками, никто в мире и не воспринимал СНГ как субъект международных отношений. Просто никто из участников СНГ не хотел честно и открыто сказать правду о своем отношении к этой «организации» и выйти из нее. СНГ и по сей день существует ни живым ни мертвым, хотя другой дороги у него, кроме как на историческое кладбище, нет.

Следует признать, что как США не справились со своей ролью единственной сверхдержавы в мире, свалившейся на их голову после самораспада СССР и социалистической системы в мире, так и Россия не смогла сыграть роль ведущей региональной силы в том районе, который она справедливо считала зоной своих особых жизненных интересов. Центробежные тенденции оказались куда сильнее центростремительных. Немалая ответственность лежит, разумеется, на России, которая создавала веками великую империю, а теперь внезапно утратила способность к объединению. Ее политические руководители не сумели родить никакой привлекательной идеи. Сама внутриполитическая и социально-экономическая жизнь России, изобиловавшая острыми гражданскими конфликтами (чего стоит только расстрел из танковых орудий Верховного Совета в 1993 г), финансовыми потрясениями вроде дефолта 1998 года и т. д., не содействовала росту авторитета страны на постсоветском пространстве, Автору лично приходилось видеть на улицах Киева в 2004–2005 гг. лозунги типа такого; «Не хотим жить под игом российских олигархов!». Очень быстро осознание новой исторической реальности пришло к Кремлю, который даже ликвидировал созданное вначале Министерство по делам СНГ, и стал выстраивать отношения с ближайшими соседями на двусторонней основе. К моменту прихода к власти В. Путина никакой романтикой в отношениях со странами СНГ уже и не пахло.

На Украину был направлен послом Виктор Черномырдин, политический «тяжеловес» ельцинской поры. Обоснованием для его назначения был как раз практический вопрос — ему поручалось отрегулировать проблемы с украинской задолженностью за российский газ. Дружба дружбой, а табачок врозь. Началась тяжелая многолетняя тяжба, не прекращающаяся до сих пор, в ходе которой Россия потерпела одно из самых горьких поражений. Она просмотрела созревание и свершение на Украине «оранжевой революции» в 2004–2005 гг., которая привела к закреплению и резкому усилению в политике этой страны антироссийских тенденций. Нынешние украинские власти публично заявили о своей стратегической цели — вступлении в Евросоюз и НАТО, с сохранением для России только роли важного партнера.

Россия в течение многих лет обманывалась в своих оценках глубинных процессов, протекавших в Украине. Виной тому были ее бездарные, насквозь коррумпированные чиновники во главе с В. Черномырдиным, которые слали в Москву утешительные докладные. Они подобрали на роль «пророссийского» кандидата на пост украинского президента явно неподходящую кандидатуру Виктора Януковича, имевшего зримые уязвимые слабости в виде двух судимостей в прошлые годы, слабо подготовленного политически, не имевшего к тому же необходимых волевых качеств. Российский бизнес в Украине работал в противоход российской государственной политике. Бизнес преследовал только свои корпоративные интересы, мало заботясь об общероссийских, не отдавая отчета в том, что поражение России будет означать и для них наступление «черных времен». Сиюминутность интересов взяла верх над стратегическими соображениями. Так и получилось, что часть российского бизнеса в Украине встала на сторону прозападного кандидата Виктора Ющенко.

Выборы украинского президента состоялись 31 октября 2004 года, и первый подсчет результатов дал преимущество В. Януковичу, но сторонники В. Ющенко отказались признать законными итоги выборов, начали кампанию гражданского неповиновения, создали на центральной площади г. Киева — Майдане палаточный протестный городок. После долгих препирательств в Центризбиркоме было назначено повторное голосование, в результате которого с небольшим преимуществом победил уже В. Ющенко. Это было уже победой «оранжевой» революции. А ведь советники нашего президента убедили его совершить явные ошибки. Он успел до дня выборов съездить в Украину под предлогом празднования 60-летия освобождения Украины от фашистской оккупации, что было расценено как прямая политическая поддержка В. Януковича и, кроме того, В. Путин поздравил после первого тура голосования В. Януковича с победой на выборах, а победа улетела из рук, как выпущенный воробышек.

Россия жертвовала многим, чтобы поддержать неверно выбранную линию. Мы отменили взимание НДС на поставляемую в Украину нефть, что дало нашей соседке прямую денежную выгоду в размере 1 млрд долларов. Мы уступили упорству Киева, который настаивал на подписании Соглашения о демаркации сухопутной границы и в то же время категорически отказывался искать взаимоприемлемого решения о морских границах с Россией, претендуя на полный контроль над Керченским проливом. Украина намеренно раздувала конфликтную ситуацию вокруг крошечной песчаной косы Тузлы, расположенной при входе в Керченский пролив, требуя признания украинского суверенитета над ней.

Украина недвусмысленно заявила, что не намерена больше продлевать срок аренды военно-морской базы в Севастополе, который заканчивается в 2017 году. Вокруг нашего флота в Севастополе постоянно нагнетается нетерпимая обстановка, раз за разом украинские власти отбирают у российских моряков маяки, полигоны, компоненты флотской инфраструктуры (бани, пекарни и т. д.), земельные участки. Осенью 2007 года Киев вообще сделал официальное заявление, что не позволит нашему флоту выходить в открытое море, если не получит полной и исчерпывающей информации о цели, сроках похода. В этом предупреждении сказано, что Украина не разрешит нашему флоту участвовать в каких-либо военных действиях против третьих стран. Демарш Украины последовал сразу после того, как отряд российских военных кораблей впервые после долгого перерыва вышел в просторы Мирового океана.

Можно было бы долго перечислять ступени недружественной эскалации напряженности в отношениях между Россией и Украиной, но нельзя не затронуть вопроса о поставках российского газа в Украину. В самых общих цифрах ситуация выглядела следующим образом: через газопроводы, проходящие по территории Украины, мы поставляем в Западную Европу 125 млрд кубометров природного газа. Примерно 25 млрд кубометров мы платили натурой Украине за прокачку газа в Европу. Но вот эта самая плата «натурой» оказалась многолетней финансовой ловушкой для России. В то время как наши западноевропейские партнеры получали газ по цене 160 долларов за 1 тыс. кубов (с 1.1.2006 г. по 255 долларов), Украина получала такой же газ по цене всего в 50 долларов за 1 тыс. кубометров. Все предыдущие годы не прекращались скандалы вокруг темы так называемого несанкционированного изъятия газа из трубопроводов, т. е. прямого воровства. Только в начале 2006 года, когда антироссийский курс Украины стал очевидным, Россия устами В. Путина вдруг вспомнила о своих чудовищных потерях и поставила вопрос ребром: либо Украина платит за газ по рыночным ценам, либо мы будем жаловаться европейцам, что Украина мешает их теплоснабжению. Общие убытки «Газпрома» в отношениях с Украиной оценивались в 5 млрд долларов.

Никто не может вразумительно объяснить, почему Россия столь расточительно строила свои отношения до 2006 г. и почему вспомнила об этом только в середине второго срока администрации В. Путина. Сам российский президент однажды сказал журналистам, что, дескать, Россия субсидировала экономику соседних стран для укрепления их независимости и демократии (!?). После таких слов впору схватиться за голову — хоть стой, хоть падай!

Размеры газовых долгов Украины — кроссворд, не поддающийся разгадке. Подсчеты, проведенные с участием третьих сторон, дали цифру в 2,5 млрд долларов, а после того как над этой проблемой «поработал» В. Черномырдин, цифра съежилась до 1,5 млрд, да и эти средства мы получили не живыми деньгами, а старыми самолетами стратегической авиации «ТУ-95» и «ТУ-160», которые остались в момент распада СССР на украинской территории.