Чтение онлайн

Не ищи новых слов, для молитвы тому, кто был рядом всегда,

Из посмертия снов нас выводит к рожденью всё та же звезда.

Первый ветреный рассвет прошлое сожжет,

Только замок на холме тайну бережет.

С того времени, где бы эллет оказывалась, каждый год в День Огня она вспоминала Вереста. Его губы, нежно прикасающиеся к её виску, а после жалящие иступленными поцелуями. Его бережность и трепет, не свойственный опытному коневоду, потерявшему всех родных во время чумы. Его выдержку и силу воли, благодаря которым он смог прожить годы в разлуке. Он отчаянно любил свою зеленоглазую лесную ведьму, а она принесла ему боль, оставив.

На скомканном листе слова опять не те,

Сплетая жемчуг фраз, сплетая в нить сердца,

Сплетая в нить сердца.

Под тенью древних стен с щитом иль на щите

Мы принесли обет — быть верным до конца,

Быть верным до конца.

И всё же Андунээль не выдержала. Снова оказалась на его пороге, когда смоляные волосы рохиррим посеребрило время. Но он был так же хорош собой. Её мудрый мужчина, отказавшийся от щедрого предложения продлить годы за счёт силы эллет. Гордый и бесконечно любящий свой дар богов, как он называл Андунээль, он не хотел обманывать смерть с помощью её дара. И он не желал для любимой человеческой жизни, понимая, что своим чувством только ранил её.

Не прощайся со мной, я иду далеко — до границы миров,

Дальше края небес, вслед за девой-весной, далеко-далеко.

Самородным серебром раздавая смех,

Чтоб все за одного, а один за всех.

Верест умер у неё на руках. Без боли и страданий. Ложась в одну из ночей на кровать, он опустил уже полностью седую голову к ней на колени и улыбнулся, сказав, что его время пришло, а потом закрыл глаза и уснул навеки.

Разбитая горем, Андунээль сожгла его тело и вернулась под опеку Владычицы Лотлориэна. С тех пор она никогда больше не была в Рохане. Не видела Медусельда гордо возвышающегося на зелёной террасе у самой вершины горы, крыша и столбы которого, казалось, были покрыты золотом. Она вообще перестала покидать Лориэн, давая времени возможность если не излечить себя, то хотя бы притупить боль и унять горечь.

Сквозь неприступность скал, сквозь плен чужих зеркал

Последний ломкий луч бесценного тепла

Бесценного тепла.

Как знамя свернут бал, пустынный темный зал

И не закрыта дверь за той, что вновь ушла,

За той, что в ночь ушла.

Едва не порвав струну на последних аккордах, она словно очнулась, когда магия песни истаяла в ночной темноте. Растерянно моргнув и оглядевшись, наткнулась на прикованные к себе взгляды всего отряда и тяжело вздохнула, запоздало поняв, что по щекам текли слёзы.

Смущенная неловкостью ситуации, Андунээль опустила лицо, торопливо смахнула с ресниц капли и вытерла влажные дорожки. Всего пара мгновений и на её лице царила мягкая улыбка. Пронзительные зелёные глаза были удивительно спокойны, спрятав тайну, хранящуюся в песне, на семь замков.

В какой-то степени эллет была даже рада, что сорвалась не во дворце перед Владыкой, а среди обычных Стражей, привыкших хранить чужие секреты не хуже, чем свои собственные. Она почти утешила себя этой мыслью, когда, вдруг подняв взгляд, увидела Леголаса, стоящего на грани света и тьмы. Погруженная в дни былого, она не услышала его шаги и теперь, смотря в зелёные глаза аранэна, чувствовала себя в западне.

Примечания:

^1 Столица Рохана

^2 Истфолд — одна из областей Рохана на юго-востоке страны. Граничит с Вестфолдом на западе (по реке Снежной), Анориэном на востоке и Истэмнетом — на севере

^3 Каленардон — провинция Гондора до 2510 г. Т. Э. Огромная холмистая равнина к северу от Белых гор и к западу от Анориэна. С синдарина "зелёные владения". В 2510 г. Т.Э. наместник Гондора Кирион передал весь Калернадон, кроме Изенгарда, королю Эотеода, Эорлу Юному. После регион стал называться Рохан

(синд. Эред Нимраис) Центральный горный массив Средиземья, отроги которого простираются в разные стороны. Второй по протяженности хребет Средиземья. Длина около 1000 км. Учитывая, что многие его вершины покрыты снегом, высота не меньше 2900 м

Обособленные племена людей-северян, жившие в долине Андуина к югу от Каррока, а позднее далеко на севере. Предки рохиррим

Слово, обозначающее «конные люди», составлено из староанглийских эох ('eoh) — «конь», или «боевой конь» и теод (th'eod) — «люди», «народ»; напоминает древнескандинавское йосйод (j'othj'od) — «конные люди»

Народ людей, населявший королевство Рохан, происходивший от племени эотеод

Название состоит из двух синд. слов: roch — конь и kher — владеть, образующих слово Рохир (синд. Rochir) — всадник, повелитель коней, и множественного суффикса — rim

Варианты перевода: рохиримцы, роханцы, рохирримы, коневоды, мустангримы

Королевский дворец в Эдорасе, столице Рохана

Возвращаясь с другим отрядом после зачистки паучьего гнезда, Леголас отделился от Стражей, торопящихся к своим родным, когда вдали замаячил костер отряда, у огня которого грелась Андунээль. Неслышными были его шаги по прелой листве, которыми он приблизился к эльдар как раз в тот момент, когда эллет запела. В Мирквуде любили песни и музыку, но никогда раньше ему не приходилось слышать, чтобы магия песни плотным кольцом стискивала волю, подчиняя и унося бурным потоком. В какой-то момент в его душе всколыхнулась неясная тревога, разум твердил, что так петь обычная эллет не может, что эта пугающая сила скорее похожа на воздействие майар. Но потом Леголас вспомнил свои ощущения во время того, как колдовал его отец, делясь с лесом силой. Пристально глядя на брениль Андунээль, он ощутил, как всё стало на свои места. Принятие того, кем она могла быть было простым и правильным. Оно объясняло и её силу, и бесконечные странствия, и многие знания, которые принято было считать утерянными, и её спокойствие, отдалённо напоминающее притворное равнодушие adar.

Когда песня стихла, отряд, сидящий кругом у костра, сковало молчание. Все слова казались лишними. Кто-то из Стражей потянулся к вину, кто-то поднял лицо к небу, сквозь ветви деревьев ловя далекий чистый свет звезд, застывших в холоде и темноте безвременья. Пользуясь глубокой задумчивостью и смятением остальных, Леголас приветствовал их, продвигаясь к целительнице. Несмотря на промелькнувший в её глазах страх при виде его, эллон сел на край расстеленного ею поверх упавшего дерева пледа.

У каждого из эльфов были свои излюбленные манеры поведения, жесты, маски. Отец пользовался высокомерием и холодностью, огораживаясь ими от всего мира. Андунээль выбрала спокойствие и почтение, окутавшие её плотным коконом. А сам он был привычен к близкой характеру простоте, сменяющейся разумной долей наглости.

— Рад видеть вас, Леди Андунээль. Не знал, что вы поёте, — осторожная улыбка на губах аранэна расцвела подобно первому хрупкому цветку, проросшему сквозь снег. Не такая яркая, как могла бы быть, но полная надежды.

От Леголаса не скрылось смятение, на миг охватившее эллет. Но она тут же взяла себя в руки.

— Приветствую вас, аранэн. Я уже очень давно не держала в руках лютни, — скользнув взглядом по струнам, она пожала плечами. — Я привыкла играть на несколько ином инструменте. Далеко на юго-западе живут смуглокожие люди. Они очень быстро говорят на своём забавном языке, растят оливковые деревья и создают похожие на лютни музыкальные инструменты.