Чтение онлайн

И тут меня осенила очередная взбалмошная идея, которая способна была мигом помочь таким же девушкам, как Кэролин, избежать публичных унижений и побоев.

Так родился "Клуб Одуванчиков", а попросту говоря первый в этом мире стрип-клуб.

Почему одуванчиков? Да Бог его знает. Не нашла более подходящего названия для нашей затеи.

Никогда не была в стрип-клубах, поэтому решила сделать всё по-своему. Здесь женщины не прибегали к контакту с мужчинами, а лишь позволяли любоваться собой на расстоянии. Моя новая подруга и все её знакомые, после небольшого экскурса, охотно поддержали эту авантюру и даже стали солидно зарабатывать под моим началом. При этом им больше не приходилось торговать тем, что дала мать природа.

Мы искоренили во всем городе самую древнюю профессию, превратив девочек в объекты обожания. Они были танцующими недосягаемыми ангелами и, чтобы на них полюбоваться, приходилось отваливать кругленькую сумму.

Успех этого мероприятия заключался в полной анонимности. Наших гостей знала только я. Всем при входе выдавались маски, зачарованные под полную смену личности. Такие же носили танцовщицы. Получается, что в зале ты не знаешь, кто перед тобой танцует, а кто смотрит.

Это был триумф!

Девочки, получая хорошее жалование, смогли выбраться из нищеты, а кто-то даже вышел замуж. Ещё бы, с такими приобретенными умениями и очищенной репутацией. В своём роде мы даже стали спасателям брака. Ведь дальше танцев в нашем деле никогда не заходило, а потому, все гости волей неволей блюли верность своим вторым половинкам.

И тем не менее в народе наше предприятие без зазрений совести окрестили борделем. В основном, руку приложили жены наших посетителей. А точнее острые языки, которые то и дело судачили о клубе, жалуясь, что мужья пропадают вечерами.

Но тут, извините, никто насильно их не тащил и наручниками не пристегивал. Даже с учетом того, что мы держали личности клиентов в секрете, жены все равно либо узнавали, либо подозревали своих избранников в нанесении нам визитов.

Прозвище "владелицы публичного дома" меня не смущало, даже льстило, а бизнес приносил хороший доход, так что жаловаться на жизнь не приходится.

Я подняла глаза на канцлера и открыто улыбнулась.

– Дела идут в гору, спасибо, что спросили.

Мужчина наклонился и выудил из ящика кипу бумаг. Внушительная стопка рухнула на стол прямо перед моим носом.

– Что ж, леди Елена. У меня тут около трех сотен обращений и жалоб, от женщин со всей округи. Если коротко, то всё они умоляют… призвать вас к ответственности за разрушение их семейной жизни. Вы толкаете к разводу множество знатных супружеских пар.

Я усмехнулась. Судя по лицу, меня с интересом разглядывают, видимо обдумывая, как это я одна смогла разрушить брак более трех сотен семей. И по подозрительно вскинутой брови можно с уверенностью сказать, что канцлер явно приписал мне ту самую древнюю профессию, с которой мы ведем борьбу.

– Неужели, так и пишут… призвать к ответственности? – улыбка категорически отказывалась сходить с моего лица. Уж что-что, а письма, которые шлют мне спесивые женушки клиентов явно не могут содержать такого миролюбивого подтекста. Хотя, может они сформулировали свои недовольства в приличной форме, потому что побоялись передавать стражу порядка гневные оды о моем существовании.

– Нет, они,– мужчина помедлил и усмехнулся,– Они хотят посадить вас на кол и сжечь, как ведьму. Я просто решил подобрать более приятную формулировку.

Тут уже я не смогла сдержать смех. Угрозы расправы приходят каждый день с момента открытия клуба, но пока никто ещё так и не решился действовать. Эти женщины не способны причинить никакого вреда, в основном потому, что большинство из них замкнутые и озлобленные курицы из высшего круга, которых муж даже не интересует. Дам просто бесит сам факт того, что избраннику где-то хорошо, пока они меняют пелёнки его отпрыскам.

– Я всё знаю про ваш клуб, мадам. Хотя в столице наверняка не осталось мужчины, который бы о нём не знал…

Чуть не ляпнула: " Неужели вы у нас бывали?"– но вовремя прикусила язык. Хоть эта новость и не стала шоком, потому что о клубе трезвонило всё королевство, но услышать это от человека, который в любую секунду может бросить меня в тюрьму, признав действия незаконными и постыдными, было жутковато. К тому же лицо мужчины было мрачное и задумчивое, что тоже не предвещало ничего хорошего.

– И не могу закрыть глаза на такое количество жалоб, тем более от столь высокопоставленных дам.

Канцлер махнул рукой, и на столе появились две кружки чая. Оу, так мы имеем дело с магом? Одну он галантно предложил мне, вторую же пододвинул ближе к себе. Я отхлебнула напиток с тонким ароматом жасмина (хорошо что и в этом мире есть знакомые растения, предметы, запахи, напоминающие о доме и хоть как-то помогающие не сойти с ума).

– Я не нарушаю закон, поэтому не понимаю, к чему вообще ведёт эта беседа,– пришлось собрать все мужество в кулак, чтобы взглянуть прямо ему в глаза. Смелость оценили и даже похвалили уголками смеющихся губ.

– Вы же понимаете, что я одним указом могу поменять закон? Ну, скажем, запретить выходцам из других миров вести предпринимательскую деятельность.

Он в курсе и про моё перемещение? Дело точно дрянь. То, что я "не от сюда" знает лишь несколько человек. По легенде, после смерти бабки, сиротка из глухой деревни, то есть я, получив небольшое наследство, отправилась поведать мир, влюбилась в столицу и решила пустить здесь корни.

– Вы можете закрыть мой клуб, но я непременно открою новый. Потом вы опять закроете, я открою, и мы так и будем играть в кошки мышки.

– Играть, как вы выразились, в "кошки мышки" с канцлером его величества весьма опасная затея. Как минимум потому, что ещё ни одна мышка не смогла убежать из моих когтистых лапок.

В его глазах блестел интерес. Именно с этим неподдельным интересом он изучал меня с головы до ног. Я тоже с любопытством его разглядывала, а затем откинулась на спинку кресла, оголив вид на женские достоинства, и дала собеседнику немного отвлечься и помечтать.

– Надеюсь, вы понимаете, что мне намного выгоднее поддержать жен многоуважаемых лордов и графов, чем одну, хоть и предприимчивую,– он даже слегка склонил голову, в знак уважения,– Но не играющую особо важной роли девицу.

Я хмыкнула. Вроде и польстил, но всё-таки явно унизил. Политик, что тут скажешь.

– Ещё посмотрим, кого поддержат сами лорды и графы, многоуважаемый канцлер его Величества.

Он улыбнулся. Хищно, но притягательно. А затем наигранно вздохнул и с сожалением произнёс: