Чтение онлайн

Его не слишком уверенные слова прервал вошедший в беседку Аурелиус. Он застыл, недовольно остановив взгляд на обнимавшем Леру Максе, зачем-то сжал кулаки и обжигающе холодным тоном произнёс:

— Стихийник ждёт вас с Валерией. Следуйте за мной.

Лера поспешно освободилась от дружеских объятий Макса, молча кивнула эльфу и решительно поспешила вслед за ним.

Стихийным магом оказалась прекрасная эльфийка, сидевшая на ажурной кованой скамейке под жемчужным деревом, богато увешанным гроздьями перламутрового чёрного жемчуга.

— Приветствую, — кивнула магиня и поманила Леру к себе.

Девушка села рядом с эльфийкой и увидела её глаза: полностью белые, словно залитые белой матовой краской, без зрачка и малейшего привычного блеска... На красивом утончённом лице это выглядело немного жутко.

— Не бойся, человеческое дитя. Аурелиус рассказал о тебе. Надеюсь, я смогу понять, чем ты владеешь, — доброжелательно улыбнулась стихийница. Она положила руки на плечи Леры, немного помолчала и, чуть встряхнув девушку, потребовала: — Расслабься...

Воронка привела Маурику в лес перед замком. Как удалось пройти через портал, она не понимала, ведь он пропускал только эльфов и тех, у кого был доступ. А она теперь... непонятно кто. Хотя нет, понятно. УБИЙЦА! Перед глазами, стоило их закрыть хоть на сиг, вставал любимый супруг. Тартов камень выжег магическую сущность королевы, но оставил душу и теперь неподвластное ей тело. Кольцо пустоты обжигало, но эту боль невозможно сравнить с той болью, что разрывала душу. Тоненькой дымкой теплилась надежда, что вдали от тартова камня тело будет более послушно, но запечатлённое в сознании раздражающе-болезненными огненными иглами задание «п р и в е д и» затмевало надежду.

Каменный портал в Утреннюю Росу не сработал. Королева радовалась этому и осталась ждать хоть кого-то, с кем сможет войти в эльфийский мир. Стараясь игнорировать жгучую невыносимую боль пламенеющего в сознании требования Хозяина, Маурика надеялась, что мощная родная магия эльфов поможет ей справиться с неподвластным телом, поможет предупредить брата и эльфов об опасности, поможет не навредить.

Ни одна из её попыток убить себя не увенчалась успехом: ни разбить голову о камень, ни вонзить в сердце острый сук, ни перестать дышать И она сидела в тени леса, раздираемая желанием спасти брата и... выполнить задание Хозяина, разрываясь в муках боли влияния Хозяина и потери любимого мужа. Королева готовила короткие фразы — главные слова предостережения, снова и снова пытаясь заставить непослушные губы разомкнуться и произнести предупреждение, попросить помощи, мечтая умереть, но не навредить.

«Ничего! Я найду выход»...

Королевство Утренней Росы

Оставив Леру с эльфийкой, Макс решил не терять времени и отправился за драконом. Аурелиус тоже направился по своим делам, устремляясь быстрым шагом в сад, но вздрогнул от неожиданности, когда Заклинатель громко шепнул в его остроконечное ухо быстрое: «Не скучай. Я скоро вернусь». Эльф никак не мог привыкнуть к человеческим выходкам Вединского и смотрел ему вслед с нескрываемым высокомерием. Внимание Валерии ему было интересно, но совершенно не льстило его самолюбию, если не сказать больше — оно немного раздражало. Едва за спиной Макса растаял последний зеркальный блик портала, перед Аурелиусом возникла Свида. Загородив собой скамейку под жемчужным деревом и переключая внимание эльфа на себя, она настойчиво потребовала ответа:

— Ты меня избегаешь?

Холодный взгляд брата королевы Серебряной Долины заставил Хранительницу отойти. Но Аурелиус всё-таки ответил:

— Ты предала меня! Если бы ты не помогала моей сестре, всё было бы по-другому!

Его слова падали, как тяжёлые камни сконцентрированного горя и гнева. Свида печально покачала головой:

— Я всегда говорила — ты слишком эмоционален для эльфа. Ты не веришь своей сестре? — Хранительница успела заметить, как дёрнулась, будто от удара, голова эльфа, словно он невольно стремился стряхнуть ласковый тон собеседницы с имени погибшей сестры. Свида положила прозрачную руку на плечо Аурелиуса: — Пойми, Маурика знала, что это был единственный выход! Единственный…

Эльф откинул руку Хранительницы и с нескрываемым бешенством отчеканил каждую букву:

— Не ве-рю… Не ве-рю! — его глаза пылали ледяным огнём. — Что ты от меня теперь хочешь?

Свиде не нравилось такое отношение к ней, не нравился тон разговора, не нравилось, как переживает тяжёлую утрату Аурелиус. Его горе более чем понятно, но есть дела важнее, чем предаваться злости и печали. Хранительница вскинула голову, осознавая свой статус и правоту, и ответила таким же холодным тоном:

— Ты — правитель! До совершеннолетия принцессы ты — правитель! И я требую от тебя соответствующих решений! Я не могу долго носить в себе силу источника! Твоим подданным нужен новый мир! Или будет поздно!

Казалось, Аурелиуса немного отрезвили слова Свиды. Она права. Эльф понимал это, но…

— Я не могу создавать миры! И нет у меня такой силы. Я готов умереть ради этого, но увы! Тебе ли этого не знать?!

— Ты должен найти выход, Аурелиус. Маурика верила в тебя. Она говорила, что сделать это можешь только ты. Надеюсь, она знала, кому доверила дочь и спасённый ценой своей жизни мир. Не подведи её, Аурелиус.

— Прекрати меня…

Свида растворилась, не дослушав эльфа. Обрушившаяся на него тяжесть ответственности ощутимо давила на душу. Аурелиус тяжело вздохнул, засунул руку в карман с кристаллом. Вытащив его, долго смотрел на небольшой огранённый камень, светившийся изнутри синей дымкой. Она, будто живая, рисовала эфемерные узоры и билась в грань, требуя выхода. Но эльф не мог решиться послушать последнее сообщение сестры. Он сунул камень в карман и вернулся к скамье, где стихийница что-то говорила девушке. Аурелиус задумчиво взглянул на них. Эльфийка приняла рассеянный взгляд за вопрос и, вытянув руку в сторону Леры, пустила тонкую водяную стройку:

— Немного. Но и это кое-что.

Лера улыбнулась, раскрыла ладонь и приняла капли воды на ладонь. Аурелиус коротко кивнув, достал артефакт связи и вызвал Макса.

Королевство Золотых Драконов — РА. Родовой замок Радиуса Раудерского

Вернувшись домой, Интарис поделился с отцом нерадостными новостями, окунулся в горный источник и, обернувшись золотым драконом, с удовольствием расправил крылья. Он привык обдумывать серьёзные проблемы, поднявшись под самые небеса. Это была его стихия, и лишь наслаждаясь полётом, он мог спокойно рассуждать и принимать решения. Но в этот раз не помогал ни хрустально чистый, струившийся под крылом воздух, ни тёплые лучи, скользившие по ослепительному телу дракона, ни встречный охлаждавший ярость ветер.

Вволю размяв крылья, камнем рванул к земле, на берег голубого озера, к разбросанным перед входом в огромный грот валунам. Интарис вперевалку направился к темневшему входу в недра поросшей редким ползучим кустарником скалы. Макса он почувствовал ещё в воздухе и, едва коснувшись лапами прибрежной гальки, громогласно и немного протяжно проревел:

— Привет, брат!

— И тебе привет, золотая ящерка!

— Не называй меня так! — громыхнул дракон, прищурив блеснувшие злостью зелёные глаза, и яростно забил крыльями, сдувая с горы камни.

— Прости-прости. Я просто ослеплён до офигения твоим золотым сиянием, о прекрасный принц.

— Опять паясничаешь! — взревел дракон.

— И не ори ты так! Камнями засыплешь! — воскликнул Заклинатель, ловко уворачиваясь от падавших булыжников.

— И поделом!

Интарис долго злиться на Макса не мог. Успокоившись, вильнул хвостом, как щенок, довольный признанием его великолепия, и широкими шагами грациозно пошёл к прозрачной воде горного источника. Макс пошёл следом, стараясь не отставать от кровного брата: