Чтение онлайн

И тогда маг сжал что есть мочи кисти в кулаки и начал мутузить человека по его голове и по всем частям, куда попадал. И о, чудо! На какое-то мгновение стражник выпустил космы Аль-Герода из своих пальцев. Тело стражника стремительно потащило вверх. А Аль-Герод наоборот постарался зацепиться руками за дно - получилось. Пальцы нащупали какой-то металлический заржавелый штырь на самой глубине. Всплывет сейчас следом за стражником и тот вновь вцепиться в него и потянет на дно. Нужно еще сделать вот что!

Аль-Герод напрягся и раскрыл глаза. Ничего не увидел. Зря только решался. Силы собирал... на такой шаг. Муть на дне сливного канала была непроглядная. Закрыл глаза.

И тут ему на голову вновь опустилось барахтающееся тело стражника. Аль-Герод толкнул от себя тело ногами, потом оттолкнул руками и спасительный штырь. Нужно отплывать... и подальше, как можно подальше...

Маг дернул ногами, развел руки и как лягушка начал рывками, на самой глубине двигаться прочь от места приводнения. Далеко проплыть не вышло. Зря он глаза закрыл! При следующем толчке ногами под водой его руки и следом голова встретилась с препятствием. Удар и маг от неожиданности вздохнул. Все! Доплавался!

Перестав как-то противиться злодейке судьбе Аль-Герод дернул руками в воде еще раз, так... на всякий случай, и его потянуло стремительно на глубину.

Но это была не злодейка судьба, а сливной сток. Он достиг места, где поток воды уходил еще на один уровень вниз. Туда и затянуло Аль-Герода. Поволокло тело по узкому каменному рукаву, и немного повертев, постукав обо все, с чем сталкивался, вынесло на склон городского вала и бросило вниз по сливному желобу.

Счастье, что маг был тощ. Год сидения взаперти без нормального питания сделали свое доброе дело. Аль-Герод и ранее был худ до неприличия, ну а в нынешнюю знаменательную ночь...

Внезапно вернулось сознание, и первым пришло в голову - он все еще барахтается в воде. Но дышит, видит и главное плывет!

Аль-Герод глянул на городской вал и, повертев немного головой, выбрал направление. Поток воды тянул ощутимо вправо, в темноте шумели другие потоки, и проплыв немного вперед, Аль-Герод увидел новые сливные ручейки. Но такого мощного, как из стены замка больше не было.

Нырнул с головой, вынырнул, вздохнул глубоко и мотнул как смог головой. Вроде чувствует себя неплохо для утопленника.

Вода в обводном канале была не в пример чище, чем в подземельях замка.

– Ну и ладно! Ну и славно! Я выжил, я свободен, словно птица в вышине, я свободен!
– Хотелось проорать погромче. Но позволить себе такого он не мог. Поэтому маг гундосил себе под нос речитатив, мощными гребками загребал воду и двигался, двигался вперед.

Поток стал шире и Аль-Герод понял, что его несет в реку.

Какая там у нас река? В Мадельере этой? А она и есть, Мадельера, по реке и город назвали.

Скоро он выплыл и в саму реку, но тут его встретила не свобода, а городская стража на первом же мосту. Мост освещали несколько магических шариков, свободно висящих в воздухе над головами стражников, некоторые были размером с голову человека, другие меньше, но все очень ярко горели и хорошо рассеивали мрак ночи. Значит и маги стоят среди солдат... Это плохо! Маги его разглядели в темноте ночи. Темные маги, а он не темный маг! Вот беда... Стража же стояла с алебардами, и держала в руках взведенные арбалеты, направленные в его сторону.

В следующее мгновение пара горящих шаров метнулась к нему по воздуху и замерла как раз над его головой. Разглядели...

Аль-Герод развернулся и еще быстрее погреб в обратном направлении. Течение его толкало к мосту, а желание жить в обратную сторону. Но он оставался на одном месте, барахтался, силясь уплыть обратно.

Люди на мосту что-то ему кричали, он не прислушивался. Из всех сил он греб прочь от них.

– Еще чуток, еще немножко, и я уплыву. Мне в другую сторону, мне туда, где вас нет. И нам не по пути....

Через некоторое время крики на мосту смолкли. Зато раздались всплески на воде. Аль-Герод обернулся на один такой звук плеска и с ужасом для себя разглядел, как в воду нырнул арбалетный болт. Его все-таки сносит ближе к мосту и стража стреляет и скоро начнет доставать.

И тут вмешалось Провидение. Или может быть это злодейка судьба смилостивилась.

Папа. Он прибыл в город...

–

Аль-Лаберьер вышел под личиной на городскую улицу, как услышал набат и разглядел несущуюся в его сторону городскую стражу. Присел от испуга. Но вовремя вспомнил, его трудно признать под личиной городского судьи и даже дражайшая супруга не в курсе о его отлучке. Да никто не в курсе! Даже экономка, которая грелку в его постель кладет каждую ночь! Он не спит без грелки. Все знают! А что нет в спальне, так занят на работе. Он должностное лицо на государственной службе и часто, очень часто задерживается на рабочем месте до рассвета. Все знают и так пускай думают.

А на рабочем месте все думают, что он отправился спать.

Нет! Он отправился в Мадельеру! И вот как последний карманный воришка присел в испуге, как только разглядел несущуюся в его сторону городскую стражу.

Но поднялся на дрожащих ногах и только чуть отошел к стеночке. Стражники не обращая внимания на странное поведение хорошо одетого горожанина, промчались мимо, а им вслед понеслись выкрики из толпы зевак. Аль-Лаберьер расслышал много скверных слов и неожиданно одно хорошее: "упустили", следом опять пара непристойных выражений, потом приличное: "мага упустили". Аль-Лаберьер вспотел разом и понял, что ноги его не держат. Он и сел на мостовую, вырвал из нагрудного кармана платок. Вытер мокрый лоб и шею.

– Может у Кремара много магов сидит под землей! Почему сразу мой сын? Но..., - глянул вслед унесшейся городской страже и вскочил на ноги.
– Я последую за вами, ребята.

Стража прибежала на мост, а там уже камню негде упасть, чтобы не попасть на ногу! Все смотрели на воду и горланили все разом.

Аль-Лаберьер протиснулся к самому парапету и минутой спустя, по направленным к воде рукам, разглядел голову собственного сына.

Родное дитя девятнадцати лет от роду отчаянно барахталось в воде, стремясь уплыть как можно дальше от перекинувшегося через реку каменного моста.

– Светлые! Все разом! Как же помочь?!

Аль-Лаберьер вцепился пальцами в ограждение моста, вопрос слетел с губ, не заметил, как побелели и проступили от напряжения костяшки пальцев. Не обратил внимание, что он один стоит и молча смотрит, выпучив глаза на воду.

Кругом все орали! Орали его сыну, чтобы плыл чуток правее, левее, быстрее..., или плыл прямо к ним. Его, мол, тут ждут с распростертыми объятиями.

Неожиданно на его сомкнутую кисть легла чужая. Аль-Лаберьер дернулся и отвел взгляд от воды.