Заклятие Горца
Шрифт:
Неоднократно в течение вчерашнего дня ее терзали воображаемые картины, как она могла бы встретить этот день. Это великолепное солнечное горное утро было наполнено пламенной, страстной любовью. К тому же, она провела всю ночь с мужчиной ее грез, в очень безопасном месте, где у них была надежда в виде подарка из двух других Друидов, чтобы поставить дополнительную охрану между нею и Кейоном, и любой угрозой, которая могла бы возникнуть, чтобы подобраться к ним.
— Вы пристойно выглядите? — окликнул женский голос в осторожно приоткрытую дверь.
— Нет, но мы одеты, — промурлыкал Кейон.
Джесси засмеялась. Он точно не выглядел пристойно. Мужчина был откровенно бесстыден. Он был животным в постели. И вне ее. Очень крупным, голодным, диким животным.
И она обожала его.
Сначала в библиотеку стремительно ворвалась Гвен, следом Хлоя. Их сексуальные мужья замыкали шествие. В это утро Джесси с интересом рассматривала близнецов. Она была слишком взвинченной и так волновалась о Кейоне вчера вечером, что толком не разглядела их.
Теперь она изучала их на предмет сексуального вызывающего наркотического опьянения.
Они были великолепными мужчинами, с одинаковыми ярко выраженными кельтскими чертами: золотистой кожей, крупными носами и резко очерченной челюстью, покрытой пробивающейся темной щетиной.
Хотя они были близнецами, у них имелись существенные различия.
Длинные темные волосы Дэйгиса были свободны этим утром и блестящим полуночным шелком струились до талии. У Драстена они были приблизительно на шесть дюймов ниже плеч. Глаза у Дэйгиса были золотыми как у тигра, у Драстена сверкали осколками серебра и льда. Хотя у обоих было мощное телосложение и приличный рост — более шести футов и нескольких дюймов, Дэйгис был более худощав и мускулист; Драстен был чуть выше и шире, и плотнее. Оба были экстраординарными мужчинами, но Джесси могла держать пари, что все мужчины Келтар были такими. Все те доминирующие мужские качества, которые так уникально проявились в Кейоне, столетия спустя все еще были присущи его потомкам. Просто в их голубой крови имелось нечто особое, запрограммированное на уровне их королевских генов.
Гвен тепло улыбнулась ей.
— Мы подумали, что тебе захочется одеть что-нибудь чистое. Хлоя и я порылись в наших гардеробах и принесли тебе несколько вещей. Несколько недостающих вещей мы отнесли для тебя в Серебряную комнату.
Удивленная и обрадованная, Джесси вышла вперед. Чистая одежда! Утро становилось все лучше и лучше. Пока она стремительно пересекала узорчатые коврики, мимо ее внимания прошли зачарованные пристальные взгляды Дэйгиса и Драстена сосредоточенные на зеркале.
— Ты что-нибудь можешь сказать о рунах на рамке, Дэйгис? — спросил Драстен.
— Я ведь не знаю языка, не так ли?
— Нет, — ответил Драстен.
Джесси взяла маленькую груду одежды, на миг забыв о мужчинах. Гвен и Хлоя принесли не просто «несколько вещей», они принесли ей все, в чем она нуждалась. Здесь была пара джинсов фирмы «Paper Denim & Cloth» с низкой посадкой и ширинкой на кнопках, которые она, возможно, никогда не смогла бы себе позволить, тонкий розовый топ с кружевным глубоким вырезом и мягкий шерстяной жакет в тон. Они также принесли трусики, носки, туфли и, о, чудо, лифчик! Она, в конце концов, не собиралась преждевременно потерять форму. Она с благодарностью трогала простой белый спандекс.
Гвен подошла поближе и тихим голосом, так чтобы мужчины не могли услышать, сказала:
— Я знаю, что он не очень красивый, но это — единственное, что у меня было, что, я думаю, могло бы подойти. Я носила его во время беременности.
— О, он великолепен, — сказала Джесси пылко. — Этот лифчик. Я не могла бы быть более счастливой. Спасибо. Вам обеим, — улыбнулась она им.
— Если вы планируете на какое-то время задержаться у нас, — сказала Хлоя, — мы можем пойти по магазинам. Или, если вам нужно держаться ближе к замку, мы можем заказать некоторые вещи через Интернет.
Джесси моргнула, ощущая себя пристыженной этими двумя добрыми женщинами. Точно так же, как тем, что они приняли ее. Она ворвалась в их дом без объявления и без приглашения. Они ничего не знали о ней и все же приняли ее. Они принесли красивую одежду для нее. Они беспокоились о том, чтобы у нее был красивый лифчик.
— Спасибо, — повторила она чистосердечно.
— Здесь есть небольшая ванная комната по коридору налево, рядом с большим залом, если хочешь, можешь переодеться там.
Кивнув, Джесси поспешила выйти, с нетерпением ожидая, когда сможет снова надеть чистую одежду.
Когда она вернулась в библиотеку, МакКелтары расположились около огня.
Они перетащили Темное Зеркало с того места, где оно стояло, опираясь на книжный шкаф, к стене рядом с каминной полкой прямо перед ними.
Кейон стоял, широко расставив мощные ноги, одетые в джинсы, прижав ладони на что-то вблизи внешних краев зеркала — она почти не сомневалась, что это была каменная стена с каждого края — оглядывая библиотеку.
На нем снова была черная трикотажная футболка, и мышцы на его татуированных руках при малейшем движении перекатывались ниже коротких рукавов. Она испытала эти руки на себе повсюду, отзываясь на них полностью во всех возможных смыслах вчера вечером. Она с большим нетерпением ждала еще большего продолжения сегодня вечером или всякий раз, когда он будет свободен. Основание зеркала упиралось в тахту, чтобы избежать скольжения по полированному деревянному полу.
По соседству на журнальном столике были расставлены аппетитные, покрытые сахарной глазурью булочки, различные фрукты, сыры и печенья и три мягко парящих графина.
— Белый графин с кофе, серебряный с какао, а из слоновой кости наполнен горячей водой для чая, — сказала ей Гвен.
Джесси торопливо подошла к столу, с благодарностью налила себе чашку кофе и дотянулась до мягкой, покрытой сахарной глазурью булочки, перед тем как сесть и присоединиться к ним.
Экспроприировав несколько булочек себе в зеркало вместе с полным графином какао к великому изумлению и восхищению Хлои и Гвен, которые заставили его отправить это назад, а затем повторно забрать обратно, Кейон четко объяснял их ситуацию своим потомкам в промежутках между глотками сливочного шоколада и укусами печений.
Джесси уже слышала это прежде, и сейчас он не добавил к этому никаких деталей.
Никто никогда из военной разведки не сможет обвинить этого мужчину в избыточном объеме информации. Он сообщил им, что его к Темному Зеркалу привязал маг по имени Лука Тревейн одиннадцать столетий назад, тем самым обеспечив для себя бессмертие.
— Так вот каково его предназначение! — воскликнул Дэйгис.
Кейон кивнул и продолжил, рассказывая им, как он висел под охраной Луки то на одной, то на другой стене в течение 1 133 лет. И только несколько месяцев назад что-то произошло в Лондоне, что уничтожило все охранные заклинания, защищающие собственность Луки, пока он был за границей; и вор украл дорогую коллекцию Тревейна; и зеркало передавалось от торговца к торговцу в течение нескольких месяцев перед тем, как, в конце концов, попасть в руки Джессики.
Он коротко рассказал о десятине, закрепляющей контракт с Темным Двором Сидхе. О том, что это должно произойти через каких-то пятнадцать дней, и что ему необходимо оставаться свободным от Луки в течение двух следующих недель до окончания полуночи на Самайн, и что он просит их лишь о небольшой услуге — помочь ему добиться этого и предоставить защиту «его женщине».
Ей нравилось слушать эти слова! Его женщина.
— А что потом? — Драстен задал тот же самый вопрос, который Джесси озвучила, когда услышала историю Кейона. — Как только десятина не будет уплачена и контракт потеряет силу? Что ты планируешь делать потом?