Чтение онлайн

— Не такая уж и неприступная. Нет, я предпочитаю смуглых, — холодно ответил Шэйран. — И менее ядовитых. По крайней мере, не заразных.

Она отступила на один шаг. Магия раздражала её, магия разрывала её изнутри — она всё ещё имела власть над определёнными аспектами этой жизни, но уже отнюдь не абсолютную.

Шэйран чувствовал, что она опасна, хотя вроде бы причин и не было. И всё ещё опасливо косился на Лээна, что стоял там, на краю оврага, и будто бы старательно пытался рухнуть туда, вниз.

— Ах, мой мальчик… Знал бы ты, насколько, — она осклабилась, — тебе хотелось отыскать меня и мою помощь в этом гнусном мире… Ты мне мешаешь. Будь ты просто придворным магом…

Рэй отвернулся. Ядовитая змея, а совсем рядом на флейте играет Рри. Вот тот, кого надо бы столкнуть в пропасть вместе с безумной ведьмой.

— Лээн, — окликнул он друга, — отойди оттуда, будь добр.

— Ты — принц? — вместо того, чтобы послушаться, поинтересовался художник. — Ты — принц? Как интересно… Я не знал, а мы вроде бы как дружили…

Шэйран мотнул головой. Лээн мог разве что выдёргивать фразы из контекста. Он был относительно здоров, потому что ведьма не соблазнила его до конца, не сумела заставить к себе прикасаться, но рано или поздно он всё равно сдастся. И всё это должно привести к кошмарному результату.

Лээн сделал несколько шагов в его сторону. Фарни не был кошмарно бледен, вот только что-то в нём всё равно казалось не таким, словно он выгорел изнутри.

Шэйран бросил взгляд на траву. Короткий росток превратился в могучее растение, оплетающее запястья и щиколотки — чтобы Лээн не посмел спрыгнуть туда, в овраг. Не слишком высоко, но пострадать можно.

Фарни смотрел на него так, словно увидел впервые в жизни. Узрел в друге предателя, а теперь старательно пытался от этого ощущения избавиться, отмыться.

Шэйрану хотелось отвернуться и больше никогда не смотреть в его сторону, чтобы ему стало хоть немножечко легче. Хотя бы чуть-чуть.

— Ну, — продолжила Лиррэ, — я так понимаю, наши позиции уже понятны? Так вот, мне нужна власть. Как можно больше, как можно скорее… — она зажмурилась. — Сейчас.

— А больше тебе ничего не нужно?

— Нужно, — фыркнула девушка. — Но после, мой мальчик.

Мой мальчик.

Он отчаянно пытался её узнать. Они виделись, он слышал эти вкрадчивые нотки, видел магию на пальцах, играющую едва ощутимо, ещё в детстве. Но тогда в её голосе звучало отчаянное тепло, единственное, что давало ему уверенность в завтрашнем дне, а сейчас…

Она растаяла. Превратилась в пустой мыльный пузырь, растворилась в воздухе, да и только. Её не было, но она стояла тут.

Он не мог избавиться от ощущения, что видел тут Даллу. Пусть и стояла только одна надменная девица, Далла Первая, его бабушка, всё равно зависла у неё над плечом, обязательно правым, потому что Далла не любила левую сторону, и… Да что ж это такое?

— Знаешь, — продолжала Лиррэ, — мне так легко его убить… но он мне пока нравится. А ты мне мешаешь. Я буду королевой, ты знал об этом?

— Сомневаюсь. Король Дарнаэл не планирует подавать на развод.

— Короля Дарнаэла мы тоже уберём. Это будет просто, — махнула рукой Лиррэ. Рэй никак не мог решиться использовать против неё волшебство — она внезапно показалась ему такой родной и такой беззащитной, что сила просто-таки не могла сорваться с рук.

Он поступал глупо.

И даже знал об этом.

Вот только справиться со своими порывами всё ещё казалось безумно трудным, невыполнимым заданием, над которым он трудился столько времени, но никак не мог получить достойный результат. Они все заигрались.

Шэйран чувствовал, как назойливая мысль всё ещё стучалась у него в голове. Лиррэ умела околдовывать. И он знал, что может не поддаться.

Как говорил отец?

Это просто женщина. Привлекательная, могущественная, но в ней нет ничего настолько особенного, чтобы ради этого вот так взять и попрощаться с собственной жизнью. Не надо быть глупцом, не надо совершать дурацкие поступки, надо просто остановиться и подумать.

В этом плане его мама была самой сильной из ныне живущих. И он сопротивлялся ей с лёгкостью, выталкивал это глупое влияние из своей головы щелчком пальцев, да и только.

Он пытался увидеть Лиррэ как-то иначе. Представить её отвратительной, кошмарной, отталкивающей, ибо это в основном помогало против попыток сестры.

С мамой было проще.

Он просто вспоминал её крики, её отвратительные заявления о том, что он никогда не будет достоин нормальной жизни, и ненависть приходила сама собой, вытесняя все признаки обожания и прочей ерунды. Ему было не так уж и трудно бороться с мамой, её влияние казалось далёким.

Артефакт.

Шэйран видел его. Солнце отдавало последние лучи перед тем, как спрятаться за горизонтом, и эти лучи стандартно скользили по обыкновенному камушку, отсвечивая от зелёной каймы. Это всего лишь ведьма, что приняла вторую ипостась. Вспомнить первую, и будет просто.

Он с лёгкостью её раскусит.

— Рри не даст тебе власть, — наконец-то равнодушно проронил Шэйран. — Если ты притащила меня сюда, то должна обосновать хотя бы потребность этой встречи.

— Ты спрыгнешь с этого обрыва. Сейчас, — гипнотически улыбнулась Лиррэ. — Я хочу этого. Давай. Порадуй меня, пожалуйста…

Но Шэйран только отрицательно покачал головой. Он не мог узнать её, но мог с уверенностью заявить, что сражался и победил. Что не стал поддаваться на первое попавшееся заклинание для особо слабых, потому что оно того уж явно не стоило.

Он не настолько слаб, чтобы взять и склонить голову в притворно покорном кивке, чтобы сдаться ей на милость — он не настолько слаб…

— Ты должен подчиниться, — упрямо заявила она. — Таковы правила. Мужчины всегда подчиняются. Мне нужна власть.

— Рри тебя окрутит, а после сам столкнёт с этого обрыва, — отмахнулся Шэйран. — Я не стану творить глупости. Не надо уговаривать. Я не прыгну.

— Ты… — начала она, а после запнулась. — На тебя не действует! На тебя не действует эта магия!

— Это всё мама, — пожал плечами Шэйран. — Я научился бороться. Ты не сможешь выиграть. Лучше просто поясни, зачем тебе власть… такими способами. Ты же знаешь, что Рри ни за что не позволит тебе править.

Зелень подбиралась к ней, вот только что-то не позволяло Шэйрану спустить магию с крючка. Она вновь заставила Фарни избавиться от его пут и подойти к обрыву.