Заключенный Альфа
Шрифт:
И чем скорее он сможет это сделать, тем лучше.
* * *
— Мне нужно Вас кое о чем спросить.
Доктор Портер заходит в свой кабинет в конце выходного дня.
Эрик улыбается про себя. Доктор Портер был более откровенен с Элли, чем он думал. Он мысленно записывает каждую информацию и откладывает её на будущее.
Но, к его удивлению, речь идет не о ней.
— Вы заметили что-нибудь необычное в Джерарде? — доктор смотрит куда угодно, только не на Эрика, хмурясь.
О, это идеально.
— В каком смысле? — он изо всех сил старается казаться невежественным.
— Вы видели, как он общается с Элли? — спрашивает доктор, нахмурив брови. — Он заставляет ее чувствовать себя неловко?
Это привлекает его внимание.
— Что-то случилось? — он наклонился вперед на кушетке, в его горле образовался низкий рык.
— Я не могу этого доказать, но мне кажется, что он вел себя с ней несколько неуместно. Если вы что-нибудь увидите, пожалуйста, дайте мне знать.
Он краснеет. Его кулаки сжимаются, ногти впиваются в ладонь.
Он обидел Омегу.
— Как это неподобающе? — шипит он.
Доктор разочарованно пожимает плечами.
— По-моему, какие-то комментарии. Она не хочет уточнять, но я бы предположил, что это как-то связано с ее статусом Омеги.
Он пристально смотрит на Эрика.
— Я знаю, ты считаешь ее… особенной. И она важна для тебя.
Эрик пожимает плечами.
— Она хороша в своей работе, а я не люблю тех, кто неуважительно относится к Омегам.
— Верно. Ну, если увидишь что-нибудь, дай мне знать.
— Обязательно.
Они продолжают сеанс, и Эрик дает отрепетированные ответы, произнося слова, которые, как он знает, хочет услышать доктор.
Но все, на чем он сосредоточен, — это Джерард.
Ему интересно, знает ли охранник, сколько у него осталось времени.
ЭЛЛИ
В домике снова включается электричество, и она берет выходной, чтобы собраться с мыслями.
Ее течка все еще неизбежна, взрыв, который, как она знает, произойдет скорее рано, чем поздно.
Она, конечно, сможет взять отпуск по причине течки. Она знает, что доктор Портер поймет ее.
Ее мысли блуждают, подпитываемые тревогой и беспокойством.
То, что она сделала с Эриком, было…
Непростительно.
Неприемлемо.
И все же ее сердце болит за него, теперь, когда она понимает мотивы его преступления.
Поступила бы она так же, если бы у нее была возможность? Если бы она могла отомстить водителю, сбившему ее семью, совершила бы она такой же ужасный поступок?
Она не уверена в ответе, и остаток выходных проводит, стиснув зубы и борясь с подступающей тошнотой
Чтобы отвлечься, она исследует пыльный подвал, обращая внимание на двойной запирающий механизм изнутри. Кроме неприличного количества пыли, она не находит ничего интересного.
Ей хочется спрятаться в этом проклятом подвале и умереть от стыда.
От Литы поступают пропущенные звонки, но она не может заставить себя перезвонить ей. Вместо этого она отправляет ей сообщение.
Я в порядке. Просто занята. Пришлю тебе отчеты по электронной почте на следующей неделе.
И, конечно, сообщение от Эрика.
Я никогда тебя не отпущу.
Сердце бешено бьется в груди, и она испытывает искушение ответить на сообщение.
Она отключает телефон и старается не думать о нем, но это бесполезно.
Его запах витает по ее телу, и ей остается только забраться под одеяло и не трогать себя до тех пор, пока она не выкрикнет его имя.
Она теряет рассудок.
Она идет под дождем, дрожа, пока не доходит до своей машины. Зайдя внутрь, она пытается включить ее, молясь, чтобы та заработала.
Но не получается.
Она кричит, колотя руками по рулю до боли.
* * *
Джерард забирает ее в понедельник.
Он, мягко говоря, недоволен.
— В чем твоя проблема? — огрызается она, когда они подъезжают к стоянке. — Устал от невыполненной работы?
Это было не то, что нужно было сказать. Его рука молниеносно касается её лица. Она врезается щекой в пассажирское стекло, что на мгновение оглушает её.
— Ты тупая дрянь, — прорычал он, когда она выскочила из пассажирской двери, чуть не упав на лицо.
— Что с тобой? — кричит она, прикрывая щеку рукой, лицо горит. — Никогда не прикасайся ко мне!
— Из-за тебя я чуть не потерял работу! Ты настучала на меня, сука!
Он делает шаг ближе, и она отступает на шаг назад, ее ноги скользят по ледяному бетону.
— Настучала на тебя?! — повторяет она. — О чем ты говоришь?
— Пятьдесят тысяч ни черта не стоят! Ты сказала Портеру, что я до тебя домогался?
Ни одно из его слов не имеет смысла, и она делает еще один шаг назад.
— Пятьдесят тысяч? Что?
— А, к черту! — кричит он, и она никогда в жизни не была так растеряна. — Просто, блять, не говори ему, ладно?
Мужчина теряет самообладание, и ей требуется мгновение, чтобы понять, что он имеет в виду.
— Пятьдесят тысяч… долларов? Он заплатил тебе?
Ее сейчас вырвет.
По ее позвоночнику ползет ужас.
Он заплатил Джерарду, чтобы подобраться к тебе.
— Послушайте, послушайте, — и вдруг он в панике, его лицо побледнело. — Прости меня. Я не должен был тебя бить. Пожалуйста, не говори ему? Боже, я все облажался!
Его лицо покраснело от крика, а глаза стали дикими от страха.
— Эрик заплатил тебе? — спрашивает она, ее голос едва превышает шепот.
Он качает головой.
— Нет. Нет. С меня хватит.
У нее кружится голова, щека горит, и ничто не имеет смысла.
Она бежит в здание, не зная, что делать.
Но она знает, что ей нужно немедленно поговорить с Эриком.
ЭРИК
Он все видит.
Он в комнате охраны, подделывает записи, когда смотрит на запись с камеры на парковке.
Он видит, как Джерард бьет ее.
Стул врезается в стену, а его кулак сталкивается с монитором.