Чтение онлайн

Я помещаю травы в печь, направляю ци.

— Учитель.

— А-Жун, подай мне столетний женьшень.

— Учитель!

В голосе ЮЖун странные плаксивые нотки, ей совершенно не свойственные.

— В чём дело?

— Посмотрите на себя, учитель!

Хм?

Поверх шёлкового платья из “Парящего облака” повязана скатерть, и на ней свежие следы крови. Очередная капля падает на моих глазах. Я касаюсь носа и понимаю, что… перестаралась.

Эм, это я недавно критиковала ЮЖун за излишнюю отрешённость? Как хорошо, что я не сделала ей выговор вслух.

— Не расстраивайся, верни женьшень в коробку.

— Учитель, у нас нет больше женьшеня.

Что за чушь?

— Как так? Куда же он делся?

Вместо ответа ЮЖун подаёт мне пиалу с бульоном и смотрит с откровенным осуждением. Она — меня?! Я шмыгаю носом. Прислушавшись к своим ощущениям, я понимаю её правоту. Мне следовало быть осторожной, а я отдалась созданию пилюль, напрягла собственное тело. Я чуть не довела себя до обморока.

Кажется, я восстанавливала объём собственной ци, вытягивая как раз из женьшеня. На скатерти, которую мне повязали вместо слюнявчика, не только накапавшая из носа кровь, но и бурый порошок израсходованных трав.

Пальцы подрагивают. Принимая пиалу, я едва не разливаю бульон.

— Сколько времени?! — у меня там мама с доктором.

Что будет, если в её дворе найдут мужчину, облачённого в спальные одежды? Не говорю уже о том, что в колодце найдут квакающую наложницу.

— Около семи палочек до полудня.

— Р-р-р.

Я отставляю пиалу. ЮЖун тотчас всовывает мне в руки миску с рисом и непримиримо выпячивает нижнюю челюсть. Хмыкнув, я сдаюсь, берусь за палочки.

— Так-то лучше, — изрекает ЮЖун.

— Девочка, ты моя ученица или нянька?

ЮЖун не смущается:

— Совмещаю.

Не выпуская палочек, я припоминаю, что правой рукой наклоняла печь, вытряхивала получившиеся пилюли на левую ладонь и, соответственно, ссыпала куда-то налево.

Я поворачиваю голову.

Шкатулки стоят открытые, я могу видеть содержимое каждой. Четыре пилюли восстановления духовных структур, эти пилюли самые сложные и самые дорогие. Одну я отдаю ЮЖун на продажу, остальные три забираю для себя и мамы. Пилюль омоложения целых шесть, хватит и ученикам, и парочку господину Лю МоРо, как обещала. Целительных пилюль целая пригоршня, но они неинтересные: исцеление ранений, отравлений и всё в том же ключе.

ЮЖун дожидается, когда я доем рис, и лишь тогда огорошивает новостью:

— Госпожа, три палочки назад четвёртый принц вошёл в резиденцию Сян.

Глава 30

Совпадение?

Я бы с радостью проигнорировала визит четвёртого принца, однако под угрозой не столько я, сколько мама. Пилюли, которые я возьму с собой, я заворачиваю в платок и прячу в рукав. Не понимаю… Тот взгляд мне не почудился? У его высочества нет никаких причин позволять мне украсть доктора. Принц хотел выяснить, откуда я? Тоже не сходится — зачем ждал наступления дня? Опять же, он “вошёл в резиденцию”, а не ворвался. То есть начал вежливо…

Скорее всего пропажу доктора обнаружили утром. И… нашли ведущий к резиденции Сян след? Я недооценила принца? Я подумала, что его глухие и слепые стражи не смогут меня найти. Вероятно, след слабый, доказательств нет, поэтому принц лично явился выяснить обстоятельства.

— Отнеси пилюли, — решаю я. — Возможно, нам придётся быстро уходить.

Я стряхиваю с парчи бурый порошок, знающие с лёгкостью опознают работу алхимика, а мне это не нужно.

— Да, госпожа.

Уже спустившись вниз, я вспоминаю, что забыла про письмо от имени Шан ЮНи. Но понадобится ли оно? Принц уже в резиденции, маловероятно, что письмо поможет.

Мне стоило озаботиться набором боевых талисманов, но совершенно нет времени…

Пять ударов сердца, и коршун выезжает из конюшни верхом на пегой лошадёнке. С виду — непримечательная, такую легко представить в хозяйстве крепкого крестьянина. Не боевой конь, не тяжеловоз из купеческого каравана. Но внешность обманчива. Ещё по пути в столицу коршуны рассказали, что лошади у них выносливые и очень спокойные, их не испугать ни огнём, ни громом, ни свистом стрел.

Я запрыгиваю в седло позади коршуна, поправляю парчу.

Срываться в галоп в людном городе — плохая идея. Не то чтобы меня волновали смертные, но… нельзя же, чтобы они пострадали под копытами, верно? Да и городская стража галопу не обрадуется, остановит, задержит.

Лошадка бежит быстро, коршун умело выбирает кратчайший путь по широким улицам, и вскоре мы попадаем в центр города. Коршун держится уверенно, и нас пропускают, тем более парча, которой я прикрываюсь, выдаёт богатство. В глазах городской стражи мы кто угодно, но не простолюдины.

Коршун предусмотрительно не выбирает улицу, которая бы привела нас непосредственно к резиденции. Нет, остаток пути я пройду пешком, и пойду с задворок, где ходят слухи. По пути я “выпила” пару травок, и смогу прикрыться тенями. Про последствия злоупотребления женьшенему и прочими целебными растениями лучше не думать.

Повинуясь коршуну, лошадка притормаживает, и я спрыгиваю. Парчу я оставляю на плечах коршуна — лишним не будет.

— Госпожа?

— ЮВею в резиденцию нельзя, — отвечаю я и припускаю в проулок.

Я не успела разобраться, есть ли в резиденции защита от призраков. Точнее, она есть, я видела соответствующие иероглифы. Я не успела вникнуть в принцип действия. Хах, да я просто не собиралась заморачиваться такой чепухой! Кто же знал, что предчувствие правдиво — резиденция не отпускает.

Незаметно перемахнув через стену, я со всех ног мчусь в мамин двор, лишь один раз останавливаюсь и ныряю в кусты. Не хочу попасться на глаза усталой слуге с огромной корзиной постельного белья.

Пропустив женщину, я бегу дальше. Мне по-настоящему страшно. Если кто-то нашёл доктора или квакающую в колодце на ложницу…

Во дворе безжизненно и тихо, лишь ветерок шевелит листву. Открыт один ставень. Вероятно, доктор пустил свежий воздух.

Неужели маму забрали? Я стараюсь не паниковать раньше времени.

— Кто там? — раздаётся крик из колодца. — Девочка И, это ты? Я запорю тебя до смерти, если ты немедленно не доложишь господину!

Ага, во двор никто не приходил.

Но появиться могут в любой момент. Принц ведь не чай гонять пришёл.

— Наложница смеет угрожать этой юной госпоже? Наложница, твоё наказание продляется.