Чтение онлайн

— А потом тебя самого обсуждали на совете отряда и выгнали из вожатых… — заметила председатель совета дружины.

— А за что, спрашивается? — возмутился парень.

— За неправильный метод воспитания, — ответила пионервожатая.

— Но, по-моему, исключать из пионеров тоже не метод, — мягко заметила Светлана Ивановна, — его действительно надо перевоспитывать…

Директор, поседевший на школьной работе, скептически улыбнулся. Затем вздохнул и, чуть прищурившись, как-то сбоку, оглядел Светлану Ивановну.

— Вы, кажется, воспитательница?

— Да…

— Ну вот, попробуйте, вам и карты в руки. Желаю успеха!

ГЛАВА ДЕСЯТЬ

ПЯТИМИНУТКА

— Улыбин действительно ведет себя плохо, — согласилась с дежурной сестрой Светлана Ивановна, — на него жалуются и дети и взрослые.

— В своей палате хотел побить Леню, даже на Сашу осмелился поднять руку, с Митей «на ножах». Не могу понять причины. Митя такой спокойный, застенчивый, деревенский парень.

— Беседовали вы с Фредиком? — спросила Надежда Сергеевна.

— Да, никакого впечатления! Слушать не стал!

— Ну, вызвали бы его мать.

— Вызывала. Она пришла, раскричалась на весь санаторий, во всем нас обвинила. — «Он, говорит, у меня замечательный парень, а вы детей не умеете воспитывать… К. нему подход нужен! Индивидуальный подход!» — И весь разговор при нем. А после: «Я вам его отдала на три месяца, вот, пожалуйста, лечите, кормите и перевоспитывайте! Вам за это деньги платят!» — хлопнула дверью и ушла…

— Свяжитесь со школой… побывайте…

— Была. И Светлана Ивановна рассказала о своем посещении директора. — Школьный педсовет не знает, что с ним делать.

— Заниматься надо с ним, работать, вот что, — сказала Надежда Сергеевна.

— Наотрез отказался у меня учиться, — добавила Екатерина Павловна. — Я ему все книжки достала, тетрадки выдала. Он было вошел в класс, а как увидел за столами младших ребят, повернулся, хлопнул дверью и ушел. Я ему: Фредик, Фредик, а он — ни в какую! Видимо, ему стыдно сидеть с маленькими, такому верзиле.

— У меня на занятиях схитровал, — доложил инструктор по труду Иван Иванович Варламов.

Столяр по специальности Иван Иванович очень любит свое дело… Сухонький старичок в сером бумажном костюме, хорошо выстиранном и разглаженном, в чистой косоворотке, он постоянно ведет занятия по труду в санатории. В его руках — всегда угольник, а карандаш за ухом. Когда Иван Иванович объясняет, его надо слушать внимательно — он говорит тихо и никогда не кричит и не сердится на ребят. Даже Фредику не удавалось вывести его из терпения.

— Я ему в прошлый раз дал самую, можно сказать, лучшую фанеру с готовым рисунком, — продолжал Иван Иванович, — так он «втихую» из нее наган выпилил и всю как-то неладно изрезал. — Не пойму, как это я недосмотрел. Но способности у него есть в руках. Вот посмотрите, наганчик выпилил со всеми деталями и раскрасил. Чистая работа! — Иван Иванович положил на стол изящный игрушечный наган.

— Плохо смотрите за ребятами, устарели видно, — заметила сестра-хозяйка. — Не один такой наганчик, а целых пять выпилил он у вас на уроках и продал ребятам, кому за деньги, а кому обменял на гостинцы, яблоки, конфеты. — Я теперь все посылки детские возьму под контроль. И сама буду выдавать детям гостинцы, особенно Валерочкины. Фредик прямо-таки его объедает. Такой нахал и обжора. А воспитательницы ничего не замечают… как будто их и не касается…

— И у меня есть замечания воспитателям, главным образом, младшей группы — Екатерине Павловне, — сладко пропела Минна Эриковна.

Сероватое лицо Екатерины Павловны вытянулось, а жидкие прядки седых волос свесились на увядшие щеки.

И Минна Эриковна, охая, поведала о том, как вооруженные этими наганами «пограничники» устроили в коридоре засаду для шпиона, роль которого играл Леня.

— А вместо «шпиона» они из всех своих наганов «пульнули» в няню Машу. Она вышла с посудой из палаты № 5. — «Сдавайся!» — крикнули сразу пять человек. И от неожиданности «Святой крест» уронила поднос на пол. Леня за спиной няни Маши благополучно «перешел границу» и бежал.

— Так они могут «обстрелять» любого — даже меня, и перепугать насмерть, — возмущалась Мин.»а Эриковна. — Это же действует на нервную систему. Воспитатели должны как следует смотреть за детьми.

— И наконец, недопустимо, чтобы персонал бил посуду, — угодливо вторила ей сестра-хозяйка. — Я отвечаю за государственное имущество.

На щеках Екатерины Павловны появились красные пятна.

Надежда Сергеевна, оставаясь как всегда строгой и сдержанной, улыбнулась одними глазами и сказала мягко:

— Не волнуйтесь, Екатерина Павловна. И вам, Минна Эриковна, ничего не угрожает…

И, уже обращаясь к Екатерине Павловне, добавила:

— С этим нездоровым увлечением шпионами в вашей группе надо покончить.

— Но ведь дети любят приключения и я… — слабо защищалась Екатерина Павловна.

Надежда Сергеевна усмехнулась, и в ее темных глазах вспыхнули золотые искорки. Она вспомнила утреннюю карикатуру мелом на Екатерину Павловну, которая с огромным наганом на прицеле кралась по следам неизвестного шпиона через всю классную доску… Сходство было изумительное, и весь рисунок дышал незлобивым юмором…

— А вы придумайте что-нибудь новое, — посоветовала Надежда Сергеевна. — Рассказывайте им сказки, играйте, устремитесь с ними в космос. Ведь началась новая эра в истории человечества…

— Ну что же, можно и сказки! А насчет космоса — «рожденный ползать — летать не может!» — вздохнула Екатерина Павловна. Ее седые космочки опустились еще ниже, на самый нос…

— А вы постарайтесь преодолеть это «земное притяжение». Надо, очень надо, — мягко уговаривала ее Надежда Сергеевна.

— А как же будет с Федором, ведь разболтался парень вконец? — вернул всех к основному вопросу Иван Иванович. — Я уже и «стружку с него снимал», мало помогает…

— Выгнать его из санатория и все, — предложила сестра-хозяйка.

— Да, от него следует избавиться, — поддержала ее Минна Эриковна. — Здесь лечебное учреждение, а не исправительное. Дерзкий, наглый, неприятный мальчишка!

Надежда Сергеевна вопросительно взглянула на Светлану Ивановну. Та встала.