Чтение онлайн

— А ты все ж скажи нашему Дани, кто тут из вас самый лучший умелец? — лукаво спросил дядя Ферко.

— Да про нас что уж и говорить. Для Дани-то все равно лучше и пригожей дяди Ферко никого нет! — засмеялись «бабушки».

Но тетя Жофи все-таки показала маленькую корзиночку. Аккуратную и ладную, словно гнездышко синички. Конечно, это была работа дяди Ферко — он и раньше любил плести из осоки разные вещи.

— Обе-ед поспел, пожалуйте к столу! — позвала всех тетя Юлишка.

Обедали в кухне за их старым большим столом. Мама все собиралась его выкинуть, он занимал чуть не половину кухни, но папа не соглашался: они с Дани играли на этом столе в пинг-понг. Зато теперь он оказался куда как кстати, за ним свободно уместились все девять человек!

— А кто это сварил такой вкуснющий чечевичный суп? — воскликнул папа и причмокнул языком.

— Нынче стряпала Юлишка. А вообще все мы готовим, по очереди. Одна командует, другие ей помогают, — охотно рассказывала тетя Маришка Шош.

— А кто воду носит? — вступил в разговор и дядя Ферко.

— Это, конечно, работа мужская. Воду приносят Ферко да Янош Абони. Кому, значит, приказ дадим!

Дани и папа просидели со стариками до четырех часов дня, сколько позволило время. У папы ведь и его микробуса были еще дела в больнице. Папа обещал приехать в четверг, привезти все-все, кому что нужно.

— Мне ты одного Дани привези, — сказал дядя Ферко. И протянул Дани корзиночку — синичкино гнездо, наказал маме передать — от него, мол.

По дороге домой папа растолковал наконец Дани, что сталось с «заколдованной школой», как Дани упорно ее называл. И «бабушки», и дядя Ферко весь день толковали ему про то же, но Дани ничего не понял. Оказывается, старую школу отдали хуторским старикам. Каждый из них, кто только хотел, мог проводить здесь весь день. Это особенно важно для тех, кто с утра до вечера остается на своем хуторе один. Им даже не приходится самим сюда добираться: стариков привозил и увозил тот же автобус, который доставлял птичниц на ферму и развозил их по домам. Теперь уже все видят, что это прекрасное решение вопроса.

Наконец и Дани стало ясно, что такое «решение вопроса». А когда тот гость из города твердил: «Решение… решение…», Дани только сердился. Хотя, конечно, может быть, сердился оттого, что был тогда еще маленький.

— А знаешь, мне опять стало жалко дядю Ферко, — помолчав, сказал папа.

— Почему? Скажи, почему? Ты же сам говоришь, что ему там хорошо. Да и он как весело про «заколдованную школу» говорил! Ему там нравится.

— То-то и оно, что нравится. После этого еще тяжелей на свой пустой хутор возвращаться. Он все мучится, что его собака пропала.

— А мне ничего не сказал.

— Само собой. Он не любит жаловаться.

Проехав еще немного, папа остановил машину на краю кукурузного поля и отломил два початка. Ведь Дани хотел отвезти их своей новой приятельнице, так пусть отвезет, покажет.

— Гляди, Дани, что я тебе принес, — сказал он, видя, что Дани даже не заметил брошенных ему на колени початков.

— Знаешь, папа, чего бы хотелось? Мне хотелось бы тоже придумать решение…

— Решение? — рассеянно переспросил папа. — Что, по арифметике задачка не получается?

— Нет, я не про то. С арифметикой у меня все в порядке. Бывает, и Марти помочь успеваю.

— Это хорошо. Молодец.

— Мне же не трудно… А вот тут… тут надо такое решение вопроса… чтоб дядя Ферко никогда не грустил!

На этот раз Дани решил окончательно: как вырастет — пойдет работать сторожем на автостоянке. Автостоянка была на площади, как раз под Даниными окнами. Красивые автомобили подкатывали к ней один за другим. И становились на места, заранее расчерченные на асфальте. Чтобы не мешали друг другу. Совсем как в большой конюшне на хуторе. Там место для каждой лошади отделяли жердями. И каждая сама заходила в свое стойло. Здесь у машин своих мест нет — становятся, где свободно. Но не куда вздумается, а по указке сторожа. Он следит за порядком. И как только машина остановится, прикрепляет квитанцию на переднее стекло. Вот это нравится Дани больше всего. Собственно, из-за этого он и решил стать сторожем автостоянки.

И уже начал практиковаться. Открыл автостоянку в яслях. Каждое утро он вместе с мамой отвозит Мишку в ясли. В коляску Мишка садится всегда с ревом и ревет до самого угла — хочет идти пешком. Но, как только они сворачивают за угол, Мишка умолкает: видит, что все ее товарищи по несчастью тоже подъезжают на колясках. Детей уносят в комнату, а коляски остаются в коридоре.

Дани теперь каждый день лепит на них «квитанции». Это такие фишки с цифрами, дома у него их пропасть. Вообще-то их полагается приносить на уроки арифметики, и все, конечно, приносят. Но Дани они нужны для автостоянки. А в школе им с Марти вполне хватает ее фишек.

Кукукк про Данину автостоянку знает. Однажды они там встретились. Марти привезла в ясли маленького Кукукка, своего брата. И очень удивилась, увидев, как Дани деловито наклеивает на коляски номерки.

— Это моя работа, — важно сообщил ей Дани.

С тех пор Марти приносит в школу фишки сразу на двоих. И теперь они ходят вместе из яслей в школу. Только по дороге приходится останавливаться перед каждой витриной, подписи читать под выставленными товарами. Правда, читает их одна Марти, Дани просто стоит с ней рядом и скучает. Да и что, в самом деле, читать — и слова-то в этих витринах неинтересные: «Миксер», «Журнальный столик», «Натуральная нутрия»… Но Марти интересно. Что ж, пусть развлекается.

Но что она прочитала однажды в витрине! На большом листе бумаги было написано крупными буквами: «Сегодня нашему универмагу исполнилось два года! Приглашаем всех двухлетних малышей принять участие в нашем празднике!»

Дани обрадовался: ведь Мишке совсем скоро будет два года! А Марти огорчилась, потому что маленькому Кукукку скоро три. Но Дани уговорил ее все-таки привести брата: «Мы скажем, что ему два, только он очень рослый!»

Увы! Маленького Кукукка в праздничный зал не пустили. Дани было очень жалко малыша, но особенно Марти, ведь она надела такое красивое платье! И вдруг Дани осенила отличная мысль, даже, можно сказать, решение вопроса! Они с Марти просто поменялись: ей досталась Мишка, а ему — ее брат. Сияя от радости, Марти поспешила с Мишкой в праздничный зал. А Дани, крепко взяв за руку маленького Кукукка, пошел бродить по универмагу. Встретиться договорились возле входа, после окончания праздника.

Дани был очень доволен таким решением вопроса. Он до смерти любил слоняться между прилавками, рассматривать всякую всячину. И сейчас осмотрел все, даже в отделе шляп побывал. Конечно, без Кукукка-младшего было бы куда лучше. Он без конца хнычет, тянет назад. Наверно, ему вовсе не нравится решение вопроса… Дани подумал — надо угостить его пирожным. Не виноват же бедняга, что ему уже три года, а универмагу — только два. Себе Дани собирался купить пепси-колу. Но глоток колы он даст, конечно, и малышу. И вдруг — малыш исчез. Только что, кажется, был здесь, руку пытался выдернуть, но Дани удержал, не выпустил. А он опять дернул, и, наверно, так было не раз, пока все же не выдернул.

Дани быстро обежал весь универмаг. Несколько раз спрашивал у встречных: «Простите, вы ребенка не видели? Одного?..» Но одиноких детей никто не видел, при всех были взрослые. Дани еще раз поднялся лифтом на четвертый этаж. Он медленно шел среди выставленных товаров, внимательно смотрел по сторонам. Продавцы тоже провожали его внимательными взглядами. Может, боялись, как бы не стянул что-нибудь. Не солоно хлебавши добрел он так до первого этажа. Маленького Кукукка нигде не было.

Дани опять было сунулся к лифту — а вдруг малыш спрятался там, но лифтерша его прогнала. Сказала: «Это тебе не игра!» Игра! Как будто ему сейчас до игры!