Чтение онлайн

Дима мыл «Мерседесы» и «Джипы», подкручивал гайки, подкачивал шины, пил водку и делал приятное лицо. На следующий день, после очередного семейного скандала великодушный предприниматель проклинал свою душевную слабость и грозился выставить друзьям крупный счёт. Шли дни, но всё повторялось сначала.

– Не повезло мне с родителями! Нет, не повезло! Отец – простой инженер, мать – педагог. Одно слово беспросветная нищета!

Дима горько вздохнул:

– Эх, если бы не революция, была бы у меня сейчас обувная фабрика и магазин, а, может быть, не один. А теперь, тьфу! Кто я такой? Так, мелочь пузатая. Кручусь с утра до вечера, как вошь на гребешке! Вот прадед мой, купец первой гильдии, солидный был человек! Ещё перед его отцом и дедом снимали шапки.

Дмитрий Иванович второй раз тяжело вздохнул. Сердце привычно ныло от накопившихся проблем. Сапожков бросил под язык купленную в аптеке таблетку и развернул газету. Как заговорённая, она распахнулась на той же странице.

– Магия и колдовство! Кодирую на удачу! Тьфу! Тьфу! Тьфу!

А глаза продолжали жадно впитывать строчки.

– Анонимно! Низкие цены. Гарантированный успех! Желаете получить сто тысяч рублей? Наберите номер сорок восемь, сорок восемь и ждите результат в течение недели. Двести рублей за звонок будут автоматически сняты со счета вашего мобильного телефона.

– Однако удобно придумали канальи! – с завистью отметил Дмитрий Иванович.

Не выдержав соблазна, он достал мобильник и проверил лимит.

– Может быть, позвонить? Что, собственно говоря, я теряю? Двести рублей? Это не деньги. Дела в конторе идут так плохо, что в пору хоть в петлю лезть. В случае неудачи никто ничего не узнает, а в случае удачи? Х-мм! Да что там доллары или евро. Сочту за счастье, если в пустом кармане появятся сто тысяч отечественных рублей. Главное, о собственной глупости никому не рассказывать.

Ситуация казалось безвыходной, дома Дмитрия Ивановича ожидала встреча с суровой Катей. Некоторое время Дима ещё колебался, а затем набрал указанный в объявлении номер и стал ожидать обещанного чуда. Через два дня он посмеялся над собой, а через пару дней забыл о своей глупости окончательно.

У Сапожкова имелась только одна всё поглощающая страсть – его ослепительная Муся. Дима обожал свою тачку, как обожает мужчина любимую женщину и считал её совершенной иконой стиля. Каждый изгиб, каждая линия лакированного кузова вызывали у него восхищение. Дима испытывал к Мусе нежное чувство, от которого щипало в глазах и немного сосало под ложечкой.

Женщины не оказывали на Сапожкова подобного действия. Жену он воспринимал, как осознанную необходимость. Должен же кто-то мыть полы, ходить в магазин и готовить обед. К дочери он относился добродушно, но каждый раз удивлялся, когда натыкался на девочку в обширной, доставшейся по наследству от тётки квартире. Конечно, незадачливый муж и отец догадывался, откуда берутся дети, но в тайных глубинах души надеялся, что аист случайно ошибся дверью и непременно вернётся, чтобы исправить ошибку.

Дождливым, пасмурным утром Дмитрий Иванович в очередной раз вышел из дома, чтобы отправиться на опостылевшую работу. Лето в этом году не задалось, и настроение у предпринимателя было скверным. Третий день с неба сыпался мелкий дождь. Промозглая сырость проникала за ворот плаща и хроническим тонзиллитом щипала в горле. Сапожков достал из кожаного портфеля очки, протёр запотевшие стёкла и огляделся.

Возле бетонного забора, огораживающего очередную затянувшуюся недостройку, колосились жгучие стебли крапивы. Выбитый строительной техникой асфальт гаполняли бездонные лужи. Дополняя унылый пейзаж, в контейнере для бытовых отходов копался одинокий бомж. Худощавый пожилой мужчина в куцем не по возрасту пиджаке шарил в металлическом ящике палкой и сортировал выброшенный жильцами мусор.

Посмотрев на согбенную фигуру, предприниматель подумал:

– Бедняге живётся ещё хуже, чем мне. Не приведи, господи, дойти до такой жизни!

Дмитрий Иванович завернул за угол дома. Щёлкнул электронный замок гаражной ракушки, и истосковавшаяся за ночь Муся моргнула раскосыми фарами. Радость взаимной встречи омрачило непредвиденное обстоятельство.

С тяжёлым мешком на плечах из-за угла вышел всё тот же бомж. Он подошел к открытому гаражу и уставился на Сапожкова преданным собачьим взглядом. Дмитрий Иванович поморщился и обругал потерявшего совесть бродяжку.

– Иди отсюда, мужик! Бродят тут всякие, а потом машины у порядочных людей угоняют.

– Подвези, командир, до центра, я заплачу, – в ответ на неприветливое обращение добродушно осклабился бомж.

Он опустил руку в карман, открыл толстенный бумажник и помахал перед носом Сапожкова тысячерублевой бумажкой.

– Оставь себе эту фальшивку! – возмутился Дима.

– Добавлю тысячу, – невозмутимым голосом сообщил незнакомец, и две зеленоватые купюры легли на капот сверкающей Муси.

Деньги оказались настоящими, и Сапожков растерялся. Обычный таксист за поездку из микрорайона в центр брал не более ста пятидесяти рублей.

Дмитрий Иванович с удивлением поглядел на оборванца. От сбившегося дыхания его очки запотели. Сквозь мутный туман нуждавшемуся в деньгах предпринимателю померещилось, что под лохмотьями с чужого плеча скрывается смуглый, поджарый человек с ухоженным холёным лицом и узким с горбинкой носом.

– Не сомневайся, начальник, человек я творческий, увлечённый, можно сказать, коллекционер со стажем. Ищу на свалках старинные вещи и дарю им новую жизнь. Вот медный канделябр у вас подобрал, спасибо, что хозяева на металлолом не сдали. Предмет позеленевший, запущенный, а приведи его в порядок – бесценная находка, девятнадцатый век. Так подвезёшь на вокзал или как?

Незнакомец говорил спокойно, внушительно, неторопливо подбирал убедительные слова. Увесистый мешок у его ног терпеливо ждал своей участи. Дима с сомнением посмотрел на чехлы любимой Муси, на подозрительного незнакомца, подумал немного и махнул рукой.

– Ладно, папаша, садитесь на заднее сидение. Мне всё равно ехать в центр.

От внезапно свалившегося сокровища – двух тысяч рублей Сапожков не посмел отказаться. Димин автосервис находился на противоположном конце города, а вокзал был как раз на середине пути. С первым поворотом ключа Муся заурчала, выползла из тесного гаража, расправила крылышки и вылетела на широкий проспект, где сновали такие же, как у Димы, кем-то любимые Ласточки, Лады и Муси.

Сапожков с удовольствием поглядывал по сторонам. Город кипел привычной жизнью. Из магнитолы лилась нежная мелодия флейты. Диме казалось, что добрый волшебник пересыпает разноцветные стеклышки калейдоскопа для успокоения его тонкой души.

Тем временем загадочный пассажир достал из кошелька невзрачный листок и пробежал по нему глазами. Убедившись, что всё идёт по намеченному плану, незнакомец велел остановить машину на привокзальной площади.

В ранний, утренний час обширная площадь перед железнодорожным вокзалом напоминала большой муравейник. Только что к перрону подошла пригородная электричка, и из неё высыпала толпа селян. На привокзальной площади образовался стихийный рынок. На асфальте стояли трёхлитровые банки, наполненные парным молоком и корзины со свежими огурцами. Рачительные хозяйки наперегонки раскупали дешёвый товар.