Чтение онлайн

А что Джед? В иной ситуации он бы, может, остановил драку, но Кабрио только что сильно с ним повздорил, и рассчитывать на его поддержку не приходилось. Да и не хотелось. Парень бы глупо выглядел, попроси он сейчас помощи у этого мужика.

— Хорошо сработано, Фирс, — донёсся до него словно из-за пелены голос Джеда.

— С-сработано? О ч-чём это ты? — произнёс Кабрио заплетающимся языком.

— О том, что я давно знал о его пробудившейся Силе. Я, если ты не в курсе, регулярно навещал Фирса, пока он сидел за решёткой. Ещё Марк знал, больше никто.

— Так вы… заранее… это спланировали?

— Скажем так, это был запасной план на случай, если ты начнёшь создавать проблемы. И вот этот случай настал. Если тебя сейчас не остановить, ты ведь реально разрушишь общину и поведёшь людей на верную смерть.

— И что же… теперь?

— Хочешь уйти отсюда? Хочешь исследовать Арксеон? Искать артефакты, и чего ты там ещё хотел найти? Будь по-твоему, я тебя отпускаю. Но для начала — прощальный подарок.

С этими словами Джед впечатал кулак парню в лицо. Удар вышел сокрушительным — всё же этот мужик пробудил класс воина, — и Кабрио кубарем покатился по земле.

Не успел он поморщиться от боли в лице, как ботинок влетел ему под дых. Издав громкое «кха!», странник согнулся пополам и понял, что не может дышать.

Ещё чьи-то ноги принялись пинать его по спине. Не такие пудовые, как у усиленного магией Джеда, но всё равно больно! Яд Фирса ослабил болевые ощущения, но не намного, и каждый его удар всё равно отдавался вспышкой боли в рёбрах и печёнке.

Но наконец побои прекратились. Похоже, враги решили, что с него хватит. Так это и был тот прощальный подарок, о котором сказал Джед? Решили отмутузить его напоследок, чтобы знал своё место.

Вдруг чьи-то сильные руки обхватили предплечье Кабрио. Подняли. И резко дёрнули, огласив поляну хрустом.

— ААААА!!!

В этот момент странник понял, что такое настоящая боль. Это было и близко несравнимо с ударами по лицу или пинками по корпусу, как и с укусами шакалов. Казалось, весь мир вокруг исчез и превратился в БОЛЬ.

Джед тем временем схватил вторую его руку. Что, собирается сломать и её тоже?! Но вместо этого мужик просто вздёрнул парня и поставил на ноги.

— Вали, куда хотел, — сказал он. — Давай, никто не держит. Ты ведь хотел свободы? Хотел приключений? Ну так получи и распишись.

После этих слов он повернулся к общине. Из-за плывущей картинки и пылающей в руке боли Кабрио не мог сосредоточиться и увидеть лица людей, но догадывался, с каким ужасом они сейчас наблюдают за происходящим.

— Ну как, ещё есть желающие отправиться на вольные хлеба?! — громогласно произнёс Джед. — Давайте, шаг вперёд! Отпустим всех, никого держать не станем! Нет? Все согласны оставаться в руинах? Вот и замечательно. Хорошо, что все здесь умные люди. А ты почему ещё здесь?

Последний вопрос был адресован Кабрио. Грубо схватив парня за плечо, мужик развернул его к лесу и грубо толкнул.

— Давай, шагай! Чтобы через минуту тебя здесь не было, или вторую тоже сломаю!

И это явно была не пустая угроза. Джед уже списал Кабрио со счетов, а заодно решил сделать из него инструмент для запугивания остальных.

Шансов победить его в таком состоянии не было. В честном бою ещё может быть. Первым заряженным ударом Кабрио сломал бы гаду руку или меч, а вторым добил.

Но сейчас нечего и пытаться. Тело шатает, перед глазами плывёт, координация нарушена. Даже магию в здоровой руке сформировать не получалось.

Понимая, что тут уже ничего не попишешь, парень медленно поплёлся к стене деревьев, с трудом переставляя ноги. За спиной слышался голос Джеда, уже начавшего раздавать команды и новые распоряжения, и голос этот всё удалялся.

Глава 9

Между жизнью и смертью

Из отчёта учёной группы Института по изучению Арксеона государства Велестан:

'Точных алгоритмов пробуждения и развития Силы на данный момент не установлено, но опросы вернувшихся странников и измерение их боевой мощи позволяют прийти к выводу, что Сила растёт тем быстрее, чем в более опасной и безнадёжной ситуации оказывается человек.

Самыми слабыми оказались те, чьё недельное пребывание в Арксеоне прошло в относительном спокойствии и безопасности.

Те же, кто пережил боль, страх, стресс и отчаяние, кто буквально чудом сумел дотянуть до открытия обратных порталов, кто получил тяжёлые раны и увечья, показали наивысший уровень развития магических способностей.

Уилфред Карвер — странник из четвёртой партии, переживший встречу с гончей (и ставший единственным выжившим свидетелем существования данного вида), лишился левой руки, но даже с увечьем оказался, да и до сих пор является сильнейшим странником Велестана.

В связи с этим перед каждым странником встаёт выбор: отсидеться в течение недели в укромном месте и легко пережить путешествие в Арксеон, но вернуться со слабым даром и с большой вероятностью проиграть галбрийским странникам, либо вступать в схватки с каждым встречным монстром, непрерывно подвергать свою жизнь опасности, но взамен стать одним из сильнейших суперсолдат Велестана.

Главной проблемой является невозможность проследить и проконтролировать действия каждого отдельного странника в землях Арксеона. Наравне с огнестрельным оружием порталы не пропускают и другую современную технику, такую как камеры и диктофоны.

А если нельзя доказать, что человек намеренно избегал опасностей и ослаблял боевой потенциал армии Велестана, то и подвергать его наказанию за слабость будет неэтично. Кроме того, это может вызвать волнения среди будущих избранных.

Институт продолжает вести исследования в данном направлении'.

* * *

Пожалуй, впервые за всё время Кабрио готов был признать, что в попадании в неизведанный мир нет ничего хорошего. Что это не магия, доблестные битвы и прекрасные пейзажи, а боль и страдания.

Всё тело ныло от побоев, а левая рука прямо-таки горела. Хотелось оторвать её, лишь бы эта чёртова боль исчезла! Ещё и яд этого ублюдка Фирса. Из-за него ноги подкашивались, перед глазами плыло, мозг соображал с большим трудом, а к горлу подкатывала тошнота.

В голову начали закрадываться мысли, что на Земле в целом-то было на так уж плохо.

Неприятно признавать, но сейчас парень с удовольствием вернулся бы к своей неадекватной семейке и выслушал жалобы родителей о том, какой он бесполезный и как им не повезло с ребёнком.