Чтение онлайн

– Трахнул его дочь.

Громила присвистывает.

– Мужик, да ты суицидник! Впрочем, это не моя проблема, а твоя. Сам понимаешь: пятьсот кусков - большой приз, ничего личного.

Отмахиваюсь небрежно.

– Без проблем.

– Что это?
– громила потрясает значком.

– Проще показать.

Протягиваю руку, стоящий справа от меня подельник откидывает полу пиджака, обнажая рукоять пистолета в кобуре быстрого доступа.

– Это не оружие, - успокаиваю я.

И касаюсь холодной поверхности.

Отзываясь прикосновению, пластичный металл растекается по никелевому основанию, формируя знакомое изображение - десятилучевая звезда в двойном кольце. Поверх, по внешнему кольцу - автоматически переведенная на местный язык надпись "Всемирная Коллегия Хазангар", снизу, более мелким шрифтом - "Высший Совет юстиции, Международный следственный Комитет". Поверх звезды, чуть выше центра - мое имя, а дальше крупными литерами должность - "звездный маршал".

Громила резко отбрасывает значок от себя, вскакивает поспешно, пятится, выставив руки в успокаивающем жесте.

– Мужик, мужик, мы не в курсе!
– он продолжает пятиться, - Мы не знали, врубаешь?!

– Все нормально, - доливая скотч, успокаиваю я.

– Все нормально, да, мужик?
– он точно не слышит меня, - Без претензий, да?

– Идите уже, - отмахиваюсь я, снова откидываясь в кресле.

Они уходят поспешно, "по стеночке", стараясь держать максимальную дистанцию. Удивительно сообразительные ребята - жаль, на генерал-губернатора мой значок вряд ли произведёт такое же впечатление.

Вздохнув, делаю пару глотков, вслушиваюсь в гомон толпы за спиной. Не глядя забираю значок и прячу во внутреннем кармане. Ощупываю помещение, цепляюсь за яркое пятно и, очертив мысленно, оборачиваюсь через спинку кресла...

– О-хо-хо, мужик, - стонет Корбан, - да как так-то?! Даже я не был таким бабником!

Он сам понимает, что в этом нет ничего плохого.

* * *

...Ее зовут Мишель - вымышленное имя для вымышленной судьбы. Дурманящий коктейль кровей хань, уйгуров и восточных славян - редкое, но невероятное сочетание, точно от всех народов природа взяла все лучшее, создав изумительной красоты произведение искусства. В хмельном полумраке паба она выделяется, точно дикий ночной цветок. Высокая, изящная, с безупречными манерами, разбавленными легким привкусом разврата, подчеркнуто женственная в карминовом удлиненном ципао с традиционным орнаментом. Изящные ножки в кружевных чулках манят сквозь вызывающе глубокий разрез платья, тонкие запястья в широких браслетах из золотого кружева, приковывают взгляд. Длинные пальцы с безупречным маникюром с карпами кои, осторожная, безупречно вписывающаяся в стиль татуировка из-под браслета - маленькая изумрудная змейка, точно следящая за мной рубиновым глазком. Прическа а-ля шиньон, скрепленная несколькими тонкими шпильками с резными головками и подвесками из самоцветов, царственная линия шеи, горделивый профиль... блестяще. Она ловит взгляд, улыбается едва заметно, я делаю приглашающий жест и уже через минуту наслаждаюсь ее осторожной и в то же время - манящей улыбкой.

Мы беседуем о том, о чем обычно беседуют взрослые люди, познавшие себя и свои желания. Наш разговор неспешен, почти медитативен, наполнен полунамеками и полувзглядами. Никаких острых тем, никаких столкновений взглядов - как неспешный танец для двоих. И уже через полчаса она - на моих коленях, закусывает коктейль вишенкой с моих рук, уворачивается от поцелуя и шепчет на ухо приглашение к себе.

– Нет.

Звучит, как пощечина. Мишель отстраняется, силится скрыть досаду и удивление - тщетно.

– Я... расстроила тебя?
– она пытается вернуть беседу в интимное русло.

– Нет. Просто не люблю меркантильных женщин, видящих во мне лишь инструмент для улучшения своего материального положения.

Мишель встает с моих колен, отходит на шаг, оборачивается, возвращается, садится на край стола, наклоняется, закинув ножку на ножку - выглядит аппетитно.

Увы: механизм соблазнения у меня работает избирательно.

– О чем ты?

– Ты охотник за головами, - спокойно поясняю я, - не очень опытный, но дерзкий. Эти ребята, - киваю через плечо, - никогда не нападут на меня открыто. Побоятся: меня и того, что стоит за мной. Но если тебе удастся нейтрализовать меня - твою добычу тут же отберут. Так что нужно как-то уединиться со мной, чтобы призовые деньги достались тебе. Увы: ты, конечно, настоящая красавица, но я не имею желания помогать тебе в этом начинании.

Я салютую ей скотчем. Уголки красивых губ вздрагивают едва заметно.

– Какой же ты садист!
– ухмыляется Корбан, - Она же сейчас заплачет!

Мишель наклоняется, проводит рукой по груди, плечу и тут же упирает в мою яремную вену отравленные иглы из спрятанного в браслете самострела.

– Ты пойдешь со мной. Сейчас.

– Нет, - спокойно отзываюсь я, отпивая скотч, - не хочу.

– Я убью тебя!

– Не можешь: потеряешь приз. К тому же, - ставлю стакан на стол, - я в настроении... продолжить знакомство.

Она не успевает ничего понять: неуловимым движением выворачиваю ей руку, привлекаю к себе - внезапно мы оказываемся гораздо ближе, чем ей бы хотелось. Бессмысленная попытка вырваться: она тут же понимает, что я намного сильнее, чем кажется. Красавица зло поджимает губы.

– Пусти...

– Нет. Это я заберу.

Одним движением снимаю с ее запястья браслет с самострелом и бросаю за кресло. Моя рука скользит дальше, лаская ее тело - она ловит мои пальцы, пытается оттолкнуть - тщетно.

– Я закричу!
– сквозь зубы цедит Мишель.

– Не закричишь: тебе нужны деньги за мою голову, а не внимание этих господ.

Моя рука скользит по ее талии, бедру - Мишель все так же пытается мне помешать. Глупо: я уже захватил ее внимание, просеял, точно песок сквозь пальцы, разум. Учащение пульса, сухость во рту, гормональный выброс. Возбуждение коры головного мозга - обрывки образов, пугающие развратные мысли, характерные ощущения в организме... Я заставляю ее хотеть меня, искусственно вызывая влечение: это не сложно - я симпатичен ей, моя сила пугает ее и сбивает с толку, так что нужно лишь надавить чуть-чуть. Ее сознание ослаблено, а ее тело не способно даже ощутить воздействие.

Хватка моих пальцев становится сильнее - ей все труднее сопротивляться. Моя рука гладит ее колено и скользит между бедер.

– Нет...

Ее голос дрожит. Я пользуюсь моментом, целую красавицу в шею и тут же подхватываю зубами кожу. Она отвлекается, чуть расслабляет бедра и я, нащупав скрытую кобуру, вынимаю маленький "Дэрринджер", отправляя следом за смертоносным браслетом.

– Пистолет тебе не понадобится, - успокаиваю я.

Аккуратно беру пальцами ее красивый подбородок, поворачиваю к себе, заглядываю в глаза - в них смятение, страх и отблеск желания. Наши губы соприкасаются, рождая чувственный, горячий поцелуй - она никогда не признается, но страстно желает этого. Мои пальцы скользят по ее волосам, нащупывают рукояти замаскированных под шпильки стилетов и, вынув так, чтобы не испортить прическу, отправляют за кресло и их.

Она чуть-чуть отстраняется, дышит тяжело, но больше не пытается вырваться.

– Прошу.... Отпусти.... Пожалуйста.

– Нет.

Моя рука продолжает нагло и бесстыдно изучать ее тело - сжимает грудь сквозь платье, гладит живот и бедро, скользит к колену и далее - к изящной лодыжке. Спускается вниз мимо пятки по пятидюймовому каблучку и, нажав на невидимую клавишу, извлекает из набойки отравленную иглу.

Игла летит за кресло - Мишель беззащитна.

– Что... ты такое?
– едва слышно шепчет она.