Закон Хильми
Шрифт:
Приняв решение, Александр усилием воли отогнал от себя дурные мысли о том, сколько еще людей пострадает, пока он добьется своей цели. Теперь Кротов был настроен только на работу. Потянувшись, он взял со стола телефон, и набрал номер Ракова. Несмотря на поздний час тот ответил почти сразу:
– Ну, здравствуй, полуночный представитель дьявола. – Видимо, у кого-то было отличное настроение.
Александр против воли усмехнулся:– Хм, почему "полуночный" я, кажется, догадываюсь. С "представителем" и "дьяволом" чуть сложнее.
– Ну а откуда ты черпаешь свои сведения? – тем же тоном продолжил Барракуда. – Мне вот в голову пришла мысль о дьяволе. Такой уж важной шишкой я себя не считаю, так что, скорее всего, ты представитель.
– Значит, на самого я не тяну? – весело переспросил Кротов, но тут же вспомнил о цели своего звонка. Его голос моментально стал серьезным. – Ладно, замнем для ясности. Мне действительно нужна твоя помощь.
Раков моментально собрался, и внимательно выслушал рассказ Александра. Суть проблемы он не понял:
– Так в чем же дело? Давай я отдам приказ на его устранение, да и все.
– Не получится, – с сожалением ответил Александр. – Если сам Барракуда или кто-то из его людей начнет решать проблемы простого школьника, то очень многие заинтересуются, а что это за человек такой, что за него заступаются такие видные силы. Этот инцидент моментально станет достоянием общественности. Пусть и в очень специфическом кругу. Тем не менее, допустить этого нельзя.
После небольшой паузы Раков произнес:– Возможно, ты и прав. Решать тебе. Дай секунду подумать… Скорее всего, этот твой Еж работает на Беса. Этот хмырь наркотой банчит. Выше он бы просто не поднялся. В общем, это не мои люди. Ты же знаешь, что я с наркотой не связан (почти правда, в общем-то). Я могу узнать точно, на кого он работает, и за какие такие заслуги. – Тут он коротко усмехнулся. – Вот ведь коллизия. Передавить всю их структуру дело одной минуты. И никто против слова не скажет. Вместо этого запускаю подобную мелочь в разработку. Смешно. Когда тебе нужна информация?
– Два часа назад. – Ответил Кротов.
– Хорошо. Что-нибудь еще? – уточнил Барракуда.
– Да. Мне нужна пара грамм порошка. Ты понял какого.
– Хорошо. Это все?
– Все. – Подтвердил он.
– Хорошо. Я перезвоню тебе через час. Жди. – Сказал Раков и дал отбой.
Александр положил трубку в карман и опять погрузился в раздумья.– С кем ты разговаривал? – донесся встревоженный голос с кровати.
"Ничего себе! – подумал Кротов. – Я-то думал, что после такого стресса до утра-то она точно пропит. Крепкая девчонка".
– Друг. – Ответил он вслух.
– Он поможет? – в тихом сонном голосе отчетливо проступала надежда.
– А как же! – преувеличенно бодро соврал он.
"Слава богу, она не слышала весь разговор, а то было бы сейчас вопросов про героин… – устало подумал Александр."
"Ну и за каким чертом ты врешь? – подумала Наташка. – Зачем тебе порошок?"
Видимо что-то все-таки отразилось на ее лице, так как Александр тут же произнес:
– Вижу, что ты услышала гораздо больше, чем мне бы хотелось. Верно? – устало спросил он.
– Ну а врать-то зачем? Тебе ведь предлагали сейчас помощь. Почему отказался? Гордость взыграла? – тихо произнесла она.
– Да, мой друг предлагал свою помощь, – спокойно объяснил Кротов. – Но принять ее равносильно вывешенному флагу с надписью "Штопров, я здесь!". Так что придется справляться самому.
– А справишься? – спросила она.
– Конечно. – Поспешил успокоить ее он. – Не волнуйся, уделаем мы этого любителя гонять без прав.
Они еще какое-то время разговаривали, пока Наташка не уснула. Тогда Александр взял телефон и вышел на балкон.
Кротов любил наблюдать за ночными городами. У каждого из них свой характер. Странно, он так давно здесь, в своем родном городе, но так и не удосужился выйти поздороваться с ним ночью. Решив, что пора исправлять ошибку, он некоторое время просто дышал свежим и чистым ночным воздухом, пытаясь понять настроение города. Затем он подключил к телефону гарнитуру, и настроился на любимое радио. "Наши" как всегда не подкачали, включив одну из самых лучших песен русского рока:
К берегу спешат пароходы, К берегу бегут поезда, Hо закрыты все замки и засовы – Hа берег наступает вода. Несмотря на поздний час, на улицах кипела своя жизнь. Светофор весело подмигивал в такт мотиву. Компания припозднившихся забулдыг возносила все новые тосты за свой, только им понятный, повод. А может, пили, и вовсе обойдясь без такового. Но даже они не кричали, а гармонично вписывались в ночную симфонию. Лязгнут золотые ворота Чей-то голос скажет: "лети!" Hадпись на дверях туалета: "Будешь на Земле – заходи". В немногих окнах все еще горел свет. Откуда-то издалека донесся резкий звук автомобильного клаксона, но даже ему было не суждено разрушить хрупкое очарование ночи. Александру в голову неожиданно пришла мысль о том, почему нас так сильно тянет к краям крыш, и заставляет перегибаться через перила балконов. Наверное, мы все когда-то умели летать. Вот и стремимся с тех пор к прекрасным забытым ощущениям. И когда вода отступит назад Берег выйдет и откроет героя Берег выйдет и откроет врага Александр сел на перила балкона и свесил ноги вниз. Под ним сейчас было пять этажей. Не так уж и много, чтобы по-настоящему прочувствовать всю силу и мощь высоты. Но вполне достаточно, чтобы просто хоть на миг закрыть глаза и почувствовать себя свободным. Берег встретит героя Берег встретит врага Нас всегда было двое А теперь только я. С последним аккордом песни Александра будто вернуло обратно в реальный мир, но уже отдохнувшим и готовым к действию. После подобной релаксации, как правило, ощущался небывалый прилив сил. Но почему-то Кротов прибегал к ней довольно редко. Вообще, с радио у него было вязано несколько ритуалов. Например, лет в пятнадцать (то есть примерно в это время) он верил, что если настроиться на определенную волну и задать Великому Эфиру (название собственного сочинения) вопрос, то в следующей песне будет содержаться подсказка или даже прямой ответ. Конечно, это была большей частью шутка. Ради интереса он даже придумал особый ритуал для выбора радиостанции, но сейчас его уже не помнил. Столько лет прошло. В этот момент в кармане зазвонил телефон, уже полностью привязывая Александра к грешной земле. Он еще раз кинул взгляд на открывшийся вид, после чего нажал кнопку приема.– Все готово, – произнес в трубке голос Ракова. – Скажи, куда тебе привезти порошок и папочку на Беса?
Начиналась работа. *** Ночь встретила Александра почти полной тишиной. Подумать только, всего за полчаса все звуки исчезли как по волшебству. Разбрелись по домам даже любители выпить в чужих дворах. Что уж говорить о гражданах, предпочитающих считать себя добропорядочными. Кротов шел на встречу с человеком Ракова, наслаждаясь этой почти непостижимой, и такой необычной для города тишиной. Молодого человека, описание которого Барракуда передал по телефону, он узнал метров за тридцать. Но разглядеть, что он вооружен, удалось всего лишь метров за пять. Конечно, парень не выставлял пистолет на всеобщее обозрение, но понимающий человек легко мог опознать кобуру под светлым пиджаком. Несмотря на то, что оружие пока покоилось в кобуре, Александр напрягся, ведь кажущееся спокойствие связника (про себя он решил называть посланца Ракова именно так) могло перейти нападение в долю секунды. По некоторым признакам Кротов определил, что перед ним, если и не профессионал, то уж, по крайней мере, точно не лопух, а пистолет Ежа покоился на дне рюкзака. Достать его не было никакой возможности, по той простой причине, что рюкзак остался дома. Как-то сами собой в голове всплыли слова Ракова о том, что он уж почти готов показать "кое-кому кузькину мать". А не придет ли ему в голову теперь, когда все уже почти готово, избавиться от лишнего свидетеля. Да еще и "проблемного" к тому же. "Надо будет, если выживу, конечно, – подумал он. – Как-то убедить этого воротилу в своей полезности, а то мало ли…" Очень хотелось развернуться, и быстро раствориться в темноте, но "связник" уже заметил его. Александр был как на ладони. До любого укрытия было слишком далеко. Доберешься только в виде дуршлага с девятимиллиметровыми отверстиями. А получать пули в спину хотелось гораздо меньше, чем получать ее вообще. Хотя какая, казалось бы, разница. Вся его короткая душевная борьба внешне никак не проявилась. Александр не позволил себе ни на секунду сбиться с шага, или еще как-нибудь показать свою неуверенность. Наконец, он подошел к "связному" на расстояние вытянутой руки и остановился. Вблизи он оказался еще моложе. Всего лишь на несколько лет старше биологического тела Кротова (то есть, как минимум, лет на двадцать его младше, если смотреть, так сказать, ширше).– Доброй ночи, – вполне вежливо начал разговор он, – Я от Ивана Дмитриевича. – Он просил передать вам это.
В карман Кротова перекочевал небольшой пакетик с белым порошком, за который почти в любой стране мира полагается приличный срок, а кое-где даже "усекновение главы". Так же он получил небольшой файл с несколькими машинописными листочками. То тут, то там попадались пометки, сделанные от руки. Видимо, создатели этого мини-досье очень торопились.
– Спасибо. – Произнес он и попытался углубиться в записи.
Но не тут-то было. Молодой человек уходить не торопился. Чуть помявшись, он сообщил:
– Иван Дмитриевич сказал, что я поступаю в ваше полное распоряжение.
– Спасибо, – произнес Кротов, – но помощь не потребуется.
– Мое дело предложить. – Спокойно ответил тот. – До свидания.
"Скоро начнет светать, – прикинул Александр. – Надо бы поторопиться!" Быстрым шагом Кротов направился в сторону дома. Войдя в квартиру, он первым делом направился к своему рабочему столу, не тратя время на то, чтобы разуться. Убедившись, что Наташка все еще мирно спит, Александр приступил к изучению добытого Раковым материала. Первым делом он достал из файлика последнюю страницу. Предчувствие его не обмануло. Именно на ней обнаружились несколько строчек, наскоро накарябанных руки, которые можно было назвать ученым словом "резюме": "Никому не принадлежит. Наркоту берет у Беса (см. стр. 2). Помогать ему не будет никто. Короче говоря, можешь делать с ним что хочешь. Адреса, пороли и явки на стр. 1. Удачи!" "Ух ты, – удивился Кротов, – Никак, сам Раков расстарался для меня. Значит, со счетов пока не списывают". Александр не стал больше терять ни минуты. Время поджимало все больше. Очень быстро проверив, не забыл ли чего важного, он вышел из квартиры. За спиной его болтался рюкзак, на дне которого, погребенный школьным хламом в виде учебников и тетрадок, лежал пистолет. Путь до цели был достаточно близок. Всего-то около километра. Это расстояние он предпочел преодолеть бегом. За это время он успел продумать план действий до мельчайших деталей. У подъезда Александра встретило препятствие, имевшее вид железной двери с кодовым замком, что было довольно странно, так как в эти годы железные двери еще не были здесь так распространены. Это где-то через год – полтора сложно будет найти подъезд без железной двери. Замки в массе своей, правда, будут устанавливаться не кодовые, а под магнитный ключ, который, в свою очередь, через десяток лет сменит биометрический идентификатор. Все это, конечно, просто замечательно, но конкретно сейчас этот допотопный замок очень мешал Александру. Мимо этой преграды необходимо было пройти очень тихо, дабы ни в коем случае не побеспокоить сон обывателей, среди которых, как известно, очень много потенциальных "жалобщиков". Свидетелей, проще говоря. Он стоял, мысленно перебирая варианты, а внутренние часы безжалостно отсчитывали время до восхода солнца. Можно, конечно, поиграть в скалолаза, но есть несколько минусов. Во-первых, лезть придется до четвертого этажа, так как до третьего решетки. Во-вторых, придется бить стекло, а шуметь в данный момент не стоит. Наверное, в конце концов, он бы все-таки прибег к этому небезопасному способу, но тут его рука случайно скользнула по ряду выступающих кнопок замка. Некоторые были чуть заметно продавлены! Минута на изучение, и пожалуйста! Дверь поддалась неожиданно легко. Похоже, жильцы очень гордились своей "железкой", редкой пока еще в этом районе роскошью, и регулярно ее смазывали. Аккуратно придержав дверь, чтобы она не хлопнула при закрывании, он устремился к лестнице. Поднялся Кротов всего на два пролета. Обычно именно там в типовых пятиэтажках располагаются почтовые ящики. Осмотревшись, он заметил в темноте (в России лампочки в подъездах вообще долго не живут) старую батарею. Именно за нее и отправился пистолет с отпечатками пальцев Ежа. Затем Александр достал из кармана пакетик с "порошком" и аккуратно просыпал половину около батареи. На этом этап номер один можно было считать законченным. Посмотрев, достаточно ли для его целей "порошка" осталось в пакетике, Александр поднялся на четвертый этаж, где остановился около двери под номером двенадцать. На него грустно смотрела старая железная дверь, покрытая неровным слоем синей краски. Больше всего Кротова заинтересовала замочная скважина. Довольно большая, под толстый длинный ключ, и, что самое главное, сквозная. Замечательно. Как правило, при такой скважине, обязательно ставят вторую дверь, чтобы избежать сквозняков, но Кротову опять повезло. Было довольно тепло, и дверь, при проверке (один взгляд в скважину) оказалась незапертой. Бесшумно Александр поднялся на пролет выше. Здесь он повел себя достаточно странным, на взгляд стороннего наблюдателя, образом – выложил всю свою наличность на подоконнике. Ему была необходима самая новая банкнота. Наконец он выбрал подходящую, достоинством в пятьдесят рублей. Действуя почти с хирургической точностью, Кротов насыпал на ее край остатки "порошка". Затем, стараясь не просыпать ни крошки, начал сворачивать купюру в трубочку. Все, самое сложное позади. Осталось только спуститься обратно к двери Ежа, и, приставив получившуюся "трубочку" к замочной скважине, резко в нее дунуть так, чтобы вся "начинка" оказалась в квартире. Выйдя на улицу, и отойдя на безопасное расстояние, Александр первым делом сжег пятидесятирублевку. Теперь осталось только сделать один анонимный звонок в очень страшную структуру под названием "Федеральная служба Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков", больше известную в народе как госнаркоконтроль, и, проявив свою гражданскую сознательность, сообщить, что "по такому-то адресу, кажись, злоупотребляют". Вот теперь можно дышать спокойно. Этим утром Еж проснулся от настойчивого стука в дверь. Как у многих наркоманов, у него была легкая форма паранойи, что никак не способствует здоровому и крепкому сну. Родители уже ушли на работу, так что открывать, кроме него было некому. Примерно минуту помучившись, он понял, что нежданные гости уходить никак не собираются. Пришлось вставать. На какое-то мгновение его посетило смутное чувство, что лучше бы ему остаться в постели. Последнее время такие опасения довольно часто преследовали его, когда он слышал стук в дверь, телефонный звонок или просто громкий хлопок, так что обращать внимание на дурное предчувствие он не стал.