Закон мести
Шрифт:
Беспокойство за сына постоянно теперь терзало сердце Ворона. Ничто другое его уже больше не пугало.
Ворон загнал машину в гараж и, отключив сигнализацию, зашел в дом. На кухне налил себе в стакан холодного чая, положил пару ложек сахара, размешал. Выйдя в гостиную, включил компьютер, и экран монитора на письменном столе засветился голубым мерцающим светом. Просмотрев электронную почту, Ворон обнаружил для себя новое сообщение.
В нем, как всегда, указывались данные на заказчика и коротко мотив заказа: «Денисов Максим Сергеевич. Двадцать семь лет. Владелец финансовой компании «Эверест», с криминалом не связан. Мотив – гибель родителей (отца и матери) от рук неизвестного убийцы два года назад».
Ворон долго стоял у экрана компьютера в задумчивости. Потом, полистав файлы старых заказов, нашел помеченный словом «Залман». Еще раз внимательно перечитал все перечисленные в нем сведения на клиента и, поразмыслив с минуту, отправил файл на уничтожение.
Глава 43
Через три дня на адрес центрального офиса компании «Эверест» от имени некоей фирмы «ABB» неожиданно пришла странная на первый взгляд телеграмма, в которой было написано только одно предложение: «Приглашение на банкет по случаю подписания контракта будет отправлено с курьером». И действительно, буквально через два часа в кабинет Ринге в сопровождении охранника-милиционера вошел молодой парень в синей униформе сотрудников курьерской почты. После того как Артем поставил свою подпись в журнале, парень передал ему маленькую картонную коробочку, попрощался и вышел.
Сев за стол, Ринге со всех сторон внимательно осмотрел крохотную посылку, тянувшую едва ли на сто граммов. Разорвав упаковку, он обнаружил в ней маленький пейджер, который, судя по светящемуся дисплею, был уже подключен к станции. Проверив «страничник», журналист обнаружил там послание следующего содержания: «Завтра, в двадцать один час, быть в машине одному и ждать указаний».
Артем немедленно связался с Максимом, который в это время находился вместе с Ренатой на премьере спектакля в театре «Буфф», и сообщил ему о получении «приглашения на банкет». К удивлению Артема, Денисов отреагировал на странное послание спокойно. Он тут же убежденно сказал, что это Ворон, и попросил Артема к завтрашнему вечеру организовать для него дешевую неброскую «тачку», на время позаимствовав ее у кого-нибудь из сотрудников фирмы. Поскольку весь завтрашний день Максим был занят своими личными делами, они договорились встретиться в двадцать ноль-ноль возле кафе «Три карты», неподалеку от гостиницы «Советская».
В условленное время Ринге подъехал к светящемуся разноцветными огнями входу в кафе и тут же заметил дважды моргнувшие ему из глубины двора иссиня-белые галогеновые фары. Оставив старенькую «Таврию» у тротуара, Артем вышел и направился вглубь темного тоннеля. На небольшой площадке, за утопающей в темноте высокой аркой, в тесном дворе-колодце, рядом с переполненными мусорными баками стоял зеленый «БМВ» Денисова. Ринге подошел к водительской двери и постучал в непрозрачное стекло. Стекло тут же опустилось до половины.
– Кажется, за мной следят, – предупредил Максим, глядя на Артема сквозь темные очки. – С самого утра… Они на синей «Тойоте», притормозили, не доезжая десяти метров до кафе. Знают, гады, что двор здесь глухой и деться мне некуда… Не иначе как наш хитрый полковник, навесив мне на уши лапшу насчет отпечатков, решил проверить, не пытаюсь ли я пробить информацию по другим каналам. Готов спорить, что «трубу», – Денисов кивнул на находящийся в подставке, рядом с автомобильным бардачком, сотовый телефон, – он тоже «посадил на кнопку». Сам понимаешь, что вести его шустрых соглядатаев на место встречи с Вороном мне бы не очень хотелось…
– Да уж, – нахмурился, о чем-то размышляя, Артем. Он нагнулся к приспущенному окну «БМВ», внимательно осмотрел одежду Максима и спросил: – Тебе не кажется, что, поменявшись одеждой, мы с тобой будем очень похожи? Роста мы примерно одинакового. Стоит тебе надеть мою кепку, и с расстояния в пятьдесят метров нас даже любящие жены не различат!
Оглядев себя и Ринге, Денисов пожал плечами:
– Пожалуй, ты прав. По крайней мере, попытка – не пытка.
– Тогда нечего думать, нужно действовать. – Артем был настроен решительно. – Давай свои солнечные очки, пижон, а ты надень мои. Диоптрии небольшие, так что немного потерпишь, не окосеешь… – Сняв свои дорогие швейцарские очки в тонкой позолоченной оправе, он протянул их Максиму.
Денисов вышел из машины и примерил очки Артема. Прозрачные линзы на минус единицу хоть и создавали некоторый дискомфорт, но позволяли более-менее нормально видеть, лишь придавая предметам излишне резкий фокус. Надев куртку и кожаную кепку Ринге, он посмотрел на себя в стекло «БМВ» и остался доволен метаморфозой. Когда он выйдет из проходного двора, отличить его от Артема человеку постороннему будет довольно сложно.
– Вот твой пейджер. – Ринге передал Денисову прибор односторонней связи. – Не забывай, что первый сигнал будет через… – Артем взглянул на часы, – тридцать пять минут. Ровно в девять.
– Отмычки, мистер! – Денисов взял ключ от «Таврии», передал Артему брелок с ключом и пультом сигнализации от «БМВ», последний раз затянулся сигаретой и швырнул в сторону мусорных баков окурок.
Почти незаметные в сумраке двора, вдоль стены метнулись едва уловимые глазом две маленькие серые тени. Петербургские коты не привыкли к тому, что в них пуляют незатушенными бычками.
– Ну, с богом, сказал джентльмен, прыгая в пропасть… – пошутил Макс, быстро и крепко пожимая Артему руку и, подняв повыше воротник куртки, уверенным шагом направился к стоящей возле входа в кафе «Три карты» белой «Таврии», такой тесной и неуютной после дорогой, комфортабельной иномарки.
Несколько раз газанув на месте, «украинский мерседес» выпустил густые клубы белого выхлопного дыма и на удивление резво рванул вперед.
Через минут десять Максим с облегчением убедился, что хвоста за ним нет, и направил машину к центру города.
Заглушив мотор неподалеку от Апраксина рынка, он посмотрел на часы и стал ждать сообщения на пейджер. Без пяти девять. Вокруг было безлюдно. С одной стороны находился вход на рынок, с другой – известная всем петербургским барыгам валютная «биржа», представляющая себой кусок тротуара метров в тридцать, на котором ежедневно собирались промышляющие обменом валюты «дилеры» и вездесущие «кидалы-кукольники».
Когда часы на приборной доске «Таврии» показали 21.01, раздался прерывистый сигнал пейджера. На его электронном «листе» появилась надпись: «Двигайся в сторону Таллинского шоссе». Минуту поразмышляв, как лучше ехать на южную окраину города, Денисов развернулся, доехал до Балтийского вокзала, свернул на проспект Стачек и прибавил скорости. Когда он проехал Лиговский мост, пейджер снова напомнил о себе новым, более конкретным сообщением: «Перед постом ГАИ поверни направо и следуй в сторону станции «Стрельна».
Максим нахмурился. И без того не ремонтировавшаяся лет двадцать окружная дорога в сторону Петродворца через Стрельну, сейчас, в конце марта, представляла собой сплошное месиво грязи и талого снега. Легкая «Таврия» могла запросто увязнуть в первой попавшейся глубокой луже. А их на этой дороге было предостаточно.
Перед самым поворотом стоял милицейский кордон. Рядом с обычными, одетыми в серо-голубую форму, гаишниками, прохаживались, с автоматами наперевес, два здоровенных парня в камуфляже. Это были бойцы ОМОНа. Заметив подъезжающую машину, один из них лениво, но властно взмахнул рукой. Пришлось остановиться. Денисов приготовился к тотальному шмону, который был излюбленным делом тусующихся возле постов ГАИ «спецов», но на сей раз здоровяк лишь проверил документы, сличив фотографию с оригиналом. Посветив в лицо Максима ярким фонарем, вернул техпаспорт, права и хмуро сообщил: