Чтение онлайн

— Надо было сразу оставить тебя подыхать, как тех идиоток! — перекрутив гайтан с сапфировой подвеской, она начинает с силой затягивать его, перекрывая мне доступ воздуха. — Но нет же! Захотела посмотреть в твои лживые глаза. Чтоб тебя… — и ещё сильнее стягивает мою шею.

Кэтрин зажала мои руки своими бёдрами, полностью обездвижив и лишив меня любой возможности хоть как-то защититься. Мои голосовые связки способны только на свистящие звуки. Не могу никого позвать на помощь. Да и кто услышит меня в этом грёбаном бункере? От удушья глаза заполняют слёзы. Понимаю, что это конец. Так глупо и нелепо. Не эти глаза я хотела бы видеть напоследок. Совсем не эти.

Внезапный грохот, вскрик Шанталь и освобождение моей шеи от удавки возвращают меня из преисподней. Её стаскивают с меня, и я, наконец, могу вдохнуть. Надсадный кашель вкупе с хрипами заставляет меня скорчиться, отодвинув на задний план мысль о том, чтобы рассмотреть своего спасителя. Краем глаза только замечаю, как голову Кэтрин прижимают к полу, и раздаётся знакомый щелчок наручников. Она не кричит, не стонет, и, кажется, будто не дышит. Её остекленевший взгляд застывает на одной точке.

— Ты как? Встать можешь? — Перед моим лицом появляется рука, протянутая ладонью вверх.

Поднимаю взгляд, услышав смутно знакомый голос, и не могу скрыть своего изумления:

— Хоук?

Глава 34 Семейные узы

— Можешь не благодарить. Давай скорее, у нас нет времени.

Принимаю его крепкую руку, облачённую в тактическую перчатку, и он помогает мне встать на ноги. Перешагиваю через свою душегубку, подмечая, что она всё же дышит.

— А её мы тут оставим?

— Пусть остынет. — Парень спрыгивает с фургона и, ухватив меня за талию, мягко опускает на землю.

Угрюмо осмотрев мою голову, он вынимает из кармана какой-то пакетик, разрывает его и прикладывает к ране прохладную салфетку, по-видимому, пропитанную антисептиком. Не ожидала такого бережного обращения от этого грубияна. Замираю, вглядываясь в его глаза необычного оттенка, напоминающего траву, освещаемую солнцем.

— Да не парься ты так, святоша! Копы уже в пути. — Мой ступор он расценивает, как беспокойство о Кэтрин. — Бегом в машину! Чует моя задница, братцу нужна помощь.

Хоук открывает мне дверь серебристого спорткара Porsche. Мы поедем на гоночном автомобиле? Боже, кто он такой? И только сев в салон, до моих отмороженных извилин доходят его последние слова и, вообще, всё, что произошло за последние несколько минут.

— Хоук, погоди. У тебя ещё и брат есть? У Глории два брата? И как ты вообще тут оказался?

Он невозмутимо накидывает на глаза солнечные очки, хотя на улице уже стемнело, и трогается с места, сразу разгоняясь до немыслимой скорости. За окном степь. Получается, Кэтрин вывезла меня за пределы города.

— Так, давай проясним сразу. Не привык жевать сопли, поэтому скажу как есть. Глория — моя сестра, а Макс — мой брат. Улавливаешь цепочку? — Он ловко орудует рычагом переключения передач, даже не представляя, насколько ошарашил меня. — Жвачку будешь? — и протягивает Dirol с таким видом, будто он не от смерти меня сейчас спас, а подобрал на обочине, как случайную попутчицу.

На автопилоте беру пачку, достаю белую подушечку и кладу в свой онемевший рот. Это что получается: Глория — сестра Макса? Бог мой… Она — его сестра! Она со мной дружила после всего, что с ней произошло по вине моего отца? Тот факт, что Глория, находясь рядом со мной, наверняка должна была выудить какую-то информацию, уже совсем не беспокоит. На фоне обилия новостей это кажется сущим пустяком.

— Чем воняет?

Хоук чуть склоняется в мою сторону, обнюхивая воздух в районе моего плеча. Я тоже начинаю ощущать этот рыбно-тухлый аромат, который только усиливается по мере нагрева сиденья подо мной.

— Чёрт… — лезу в карман и достаю оттуда довольно длинное щупальце краба, которое я схватила, чтобы воткнуть, к примеру, в глаз Кэтрин. Не судите строго. У меня не было выбора. К тому же, в замороженном виде оно выглядело не так убого, как сейчас. Открываю окно и выбрасываю.

— Даже знать не хочу, что эта штука делала у тебя в шортах, — фыркает. — Но догадываюсь.

Никак не реагирую на его язвительную реплику, потому что все мои мысли теперь заняты только одним.

— Ты сказал, что брату нужна помощь. Где он?

Хоук нажимает пальцем на сенсорный экран небольшого планшета и начинает шустро вводить какие-то символы, умудряясь ещё и за дорогой следить. Да он — долбаный Цезарь!

— В порту, — кидает быстрый взгляд на часы, потом на спидометр. — Надеюсь, тебя не укачивает? Голова в норме?

Отрицательно машу головой, но на всякий случай хватаюсь за ручку, когда вижу, что стрелка уже приблизилась к цифре 200.

— Что он там делает?

— Папашу твоего спасает.

— К-как? — внутри всё леденеет.

— Так! — слышу раздражение в его голосе. — Макс отошёл от этого дела, но узнал, что сверху отдали приказ убрать всех, кто будет на сегодняшней сделке.

— И что он собирается делать?

— Самую большую ошибку в своей жизни.

— Ты можешь отвечать нормально?

— Слушай, куколка, — парень сжимает челюсть, словно пытается усмирить в себе гнев. — Расклад такой: он хочет опередить бойцов SWAT [1]. Один. Сечёшь?

— Он сам сказал это?

— Не сказал, — нервно вздыхает. — Я сам знаю, что это так. Он не назвал даже место передачи товара. Если бы не моя предусмотрительность, — Хоук щёлкает по голове фигурки точно такого же полицейского, как в машине Макса, — совсем скоро вы бы с ним встретились.

— Встретились?

— Ага. На небесах.

— Как тебя Макс до сих пор не прибил?

— Любит, наверное, — усмехается, пожимая плечами.

Оцениваю профиль Хоука и подмечаю сходство обоих братьев. Такой же нос с небольшой горбинкой, форма подбородка и губ. Только волосы у него темнее и стрижка более дерзкая: с выбритыми висками. А ещё, он явно младше Макса и характером попротивнее.

Отворачиваюсь к окну, думая о своём любимом мужчине. Не могу поверить, что он пошёл на такой риск. Ради меня? Уж точно не ради отца, который был не только его служебным заданием, но и личной вендеттой. И он был готов уехать со мной? Как он может быть с той, кто будет постоянным напоминанием о его враге? Как я смогу жить дальше, зная всё это, и смотреть в глаза Глории?

Господи, отец… Его собираются убить.

Голова начинает раскалываться от гудящего роя вопросов. А что если Макс не успеет? Что если что-то пойдёт не так? Спецотряд не будет разбираться, где свой, а где чужой. Боже, у меня сердце сжимается в колючий клубок при мысли о том, что с ним может что-то случиться. Когда я сгоряча бросила в него едкие слова о том, чтобы он исчез, конечно, я этого не хотела. Никогда не хотела. Ни единой секунды своей жизни…

Сердце с перебоями ударяется о грудную клетку, и губы невольно начинают подрагивать, сигнализируя о том, что мой шок начинает сходить на нет. Обхватываю рукой горло и только сейчас вспоминаю о своей саднящей коже в месте удушения. Нащупываю камень, и меня осеняет догадка. Ну конечно! Как бы ещё меня нашёл этот брутал.