Чтение онлайн

– Очень приятно снова видеть пана майора, – сразу же приступила она к делу. – Боюсь, что моя племянница скрыла от вас самые разные свои наблюдения, возможно, и знакомства, а мы все, вся семья, считаем, что правда должна выйти на свет…

Майор протиснулся внутрь чуть ли не силой, так как тетка Иза выступила со своей речью уже на пороге, твердо соблюдая статус-кво, словно задавшись целью не пускать его в дом, пока не выложит ему все, что наболело. Она даже не закрыла дверь на щеколду, что австралийцы всегда старательно делали, помня, что находятся в стране, полной преступников.

– Знакомства до такой степени близкие, что преступник даже мною заинтересовался! Бросал на меня мрачные взгляды, прямо-таки угрожающие!..

Холера, что еще этот Бешеный сумел натворить в гостиничном баре?..

– А ты что делала в компании преступников? – язвительно заинтересовалась тетка Ольга.

– Вы позволите мне на минутку занять пани Брант небольшим показом снимков? – вежливо осведомился майор. – О, пользуясь случаем, заодно и пана Дарко.

– Я бы попросила!.. – резко выкрикнула тетка Иза.

– Пожалуйста, я готова, – тут же произнесла я.

– Мы все охотно посмотрим то, что вы хотите нам показать, – поддержала меня бабушка деревянным голосом, на этот раз еще и холодным, как камень. – Иза, очень легко понять, что речь идет отнюдь не о тебе, а об Изе. Вы можете приступать, пан майор.

Ничего больше не говоря, майор приступил. Он высыпал на стол стопку разнообразных фотографий, самых разных форматов и тематики и элегантным жестом пригласил меня просмотреть их. Лукаш уже стоял рядом со мной, а все семейство толпилось вокруг. Одна только бабушка спокойно уселась на стул.

Кавардак я обнаружила совершенно безнадежный, что меня крайне удивило, так как я всегда считала, что полиция показывает свидетелям соответствующим образом подобранные снимки. Одни только морды, одни пейзажи, одни предметы или что-то там еще, а тут все лежало в одной куче. Я послушно начала их просматривать.

Лукаш оказался более в курсе, чем я. Без слов он указал и отодвинул в сторону неизвестную мне резиденцию, утопающую в зелени, потом выловил несколько ликов Пустынко, портрет Каи Пешт, очаровательные рожи Бешеного, еще какие-то морды, которых я не знала, наконец, лицо, маячащее в последнее время в моей памяти благодаря этой проклятой корректуре и всем разговорам о фотографии. Тем более, что на столе лежало по крайней мере штук пятнадцать крупных отпечатков прекрасно известного мне типа: червячки, растения, зверушки, равно как и абсолютно неживые предметы.

По одной из фотографий он постучал пальцем.

– Гамар… Помнишь его?

– Принесли его черти… – с крайней неохотой пробормотала я.

– А это вы знаете? – спросил майор, подсунув мне под нос резиденцию.

– Нет. А что это?

– Лесная Тишина.

– Я же говорила!..

– А вот, смотрите! – вмешалась в просмотр тетка Иза, схватив Бешеного. – Компания моей племянницы, скандальный тип ниже всякого допустимого уровня!..

– Я в жизни не видала этой Лесной Тишины, да и этого второго тоже, – разозлившись, объясняла я. – О, садовый участок; ведь это же участок, да?..

Одному богу известно, наш ли это давний, или какой-то еще, участки ведь меняются…

– Изочка, это была ошибка, в каждом баре можно встретить подобных типов, – успокаивал тетку дядя Филипп.

– А та тварь рядом с ним, уличная красотка, странно, что я не вижу ее в этом преступном сообществе!..

– Это и есть место преступления? – взволнованно расспрашивала тетка Ольга, пытаясь вырвать из рук майора Лесную Тишину. – А трупа нет?

Я думала, что тело тоже фотографируют…

Дядя Игнатий обнаружил Каю Пешт.

– Ну, ничего не скажешь, настоящая красотка, однако мне она вовсе не кажется уличной…

– Игнатий, положи на место!..

– Может быть, вы разрешите мне провести опознание…

– Этот тип явно холерик по натуре…

– Это Пустынко, я уверена, недавно я его видела во второй раз…

– И вы еще в чем-то сомневаетесь? Она же их всех знает!

– Подумать только, разве она одна?.. Я, к примеру, знаю некоторых, которые тоже знают их всех…

– Твоя же собственная шляпа к нему полетела…

– А тебе какое дело до моей шляпы?..

Они разругались с огромным энтузиазмом, так как в дело вмешалась еще и бабушка, слишком занятая рассматриванием фотографий, чтобы достаточно решительно заставить их успокоиться. Зато она коротко комментировала и резко осуждала все их высказывания. Майор, по всей вероятности, уже начал сожалеть, что пришел ко мне со всем этим барахлом, вместо того чтобы выяснить все в управлении без столь многочисленного эскорта.

В разгар скандала вдруг объявился Рысек, тихонько присоединившийся к обществу.

– Я принес вареники и какой-то суп в супном термосе, – шепнул он мне на ухо. – Поставил в ваш холодильник, ну, то есть вареники, а не термос. И еще будет салат.

Майор заметил его.

– А, пан сосед с первого этажа…

– Я стучал, – тут же начал оправдываться Рысек. – Но дверь была открыта. У вас защелка испортилась?

Я попыталась убить его взглядом, но, похоже, мне это не удалось. Я сама тайком заблокировала автоматическую защелку после того раза, когда выскочила без ключей, чтобы иметь возможность возвращаться домой, и предпочитала не обращать на этот недочет внимание семейства. Заинтересовавшись ситуацией, Рысек смотрел не на меня, а на стол, и, видимо, по этой причине мой взгляд на него не подействовал.

Зато на него подействовали разбросанные снимки.

– О господи! – охнул он вдруг. – Вот негодяй!..

И схватил лежащую сбоку и оставленную семьей без внимания фотографию чего-то крайне странного.

Я бросила взгляд через его плечо и увидела на снимке нечто вроде шасси автомашины, вмурованного в покрытие и лишенного кузова. Я сразу же поняла, что это такое.

– Боже, Рысек, вы и фотографии делали?..

– Мы! – расстроился Рысек. – Это все та зараза паршивая, а ведь вовсе не выглядел такой зловредной обезьяной, вот, смотрите… Вот он!

В руке он держал фотографию мужчины, тем самым привлек к себе всеобщее внимание, но в этот момент вдруг заметил присутствие в семейном кругу майора и ужасно смутился.

– О, чтоб меня… Но это… А может, уже срок давности? Нарушение, но ведь никто о нем не знал!

Так как?.. Отпираться?

Вопрос был адресован мне, и таким путем я убедилась, что моя догадка была правильной.

– Несомненно, срок давности уже истек, – с нажимом заверила я его. – Пан майор, нарушение было в некотором роде транспортным: запрет въезжать, а кто-то по ошибке въехал, скажем так, не заметив знака…