Чтение онлайн

– В нем замешана Нанефер?

– Что вам об этом известно?

– Вы не имеете права держать меня здесь.

И она быстро пошла к двери.

– Возможно, мне об этом известно достаточно много, судья Пазаир, но почему я должна выдавать свои секреты?

Бывает ли такое, чтобы в лечебнице наступало затишье? Один больной выздоравливает, но на его место поступает другой, и снова начинается борьба за жизнь. Уход за больными не утомлял Нефрет; одерживать верх над страданием приносило ей бесконечную радость. Весь персонал самоотверженно помогал ей, управляющие исполняли свои функции исправно, поэтому она могла полностью отдаться своему искусству, искать более эффективные лекарственные средства и совершенствовать старые. Каждый день она оперировала опухоли, соединяла сломанные кости, ободряла неизлечимо больных. С ней работала команда лекарей – одни уже опытные, другие начинающие; она руководила ими, не повышая голоса, и все с радостью повиновались ей.

День выдался не из легких. Нефрет удалось спасти сорокалетнего мужчину, у которого развилась непроходимость кишечника. Усталая, она присела, держа в руках кубок со свежей водой, и в этот момент в помещение, где умывались и переодевались лекари, ворвался Кадаш. Седовласый зубной лекарь грубо окликнул Нефрет.

– Мне нужен список лекарств, которые есть в больнице.

– Зачем он вам?

– Я скоро получу должность старшего лекаря и хочу ознакомиться с этим списком.

– Что вы будете с ним делать?

– Мне необходимо расширить свои познания.

– Но, как зубной лекарь, вы используете лишь несколько специфических средств.

– Сейчас же дайте мне список!

– Ваши требования необоснованны. Доступ к этому списку имеет только персонал лечебницы.

– Вы плохо понимаете ситуацию, Нефрет. Я должен подтвердить свою профессиональную состоятельность. Не ознакомившись со списком лекарств, я не смогу этого сделать.

– Только старший лекарь царства может приказать мне уступить вам.

– Но это же я, будущий старший лекарь!

– Насколько я знаю, это место пока свободно.

– Подчинитесь моему приказу, и вы не пожалеете.

– Я не сделаю этого.

– Если будет нужно, я выбью дверь вашей аптеки.

– И понесете за это ответственность.

– Прекратите упорствовать. Завтра вы окажетесь у меня в подчинении. И если вы сейчас откажетесь со мной сотрудничать, я выгоню вас с этого места.

Обеспокоенные стычкой, несколько лекарей подошли к Нефрет.

– Ваш бунт не производит на меня впечатления.

– Выйдите отсюда, – приказал молодой лекарь.

– Вы совершаете большую ошибку, разговаривая со мной в таком тоне.

– Ваше поведение недостойно целителя.

– У меня нет времени на церемонии, – заметил Кадаш.

– Это с вашей точки зрения, – поправила Нефрет.

– Пост старшего лекаря должен занять опытный человек. Вы все здесь цените меня по достоинству. Почему же вы так со мной обращаетесь? Нами движет одно и то же желание – служить другим.

Кадаш доказывал свою правоту эмоционально и убежденно; он напомнил о своей долгой и успешной практике, о преданности больным, о желании стать полезным стране на более высоком посту, где он не будет связан никакими оковами.

Однако Нефрет оставалась непоколебимой. Если Кадаш хочет получить список ядов и наркотиков, то пусть действует по заведенному порядку. Но пока преемник Небамона не занял этот высокий пост, она будет стоять на своем.

Начальник штаба Ашера сожалел об отсутствии полководца. Однако судья Пазаир настаивал.

– Речь идет не о простом посещении. Я должен допросить его.

– Полководец покинул казармы.

– Когда?

– Вчера вечером.

– В каком направлении?

– Не знаю.

– Разве устав не предписывает ему ставить вас в известность о своих перемещениях?

– Да, это так.

– Так почему же он его нарушил?

– Откуда мне знать?

– Я не могу удовольствоваться столь расплывчатыми объяснениями.

– Вы можете обыскать казармы, если хотите.

Пазаир допросил двух других офицеров, но ничего не выяснил, кроме того, что полководец отбыл на повозке в южном направлении.

Не исключая, что полководец применил какую-то уловку, судья навел справки и выяснил, что никакой экспедиции в Азию не планировалось.

Пазаир дал Кему поручение отыскать полководца как можно быстрее, и начальник стражи без промедлений отправился в южные провинции, не имея, однако, точного представления о направлении своих поисков: Ашер очень ловко заметал следы.

Визирь был раздражен.

– Вы не преувеличиваете, судья Пазаир?

– Я веду это расследование уже семь дней.

– А казармы?

– Ашера там нет.

– Что говорят в штабе?

– Там ему не поручали никакой миссии, если только она не секретная.

– Но в этом случае я бы знал.

– Вывод напрашивается сам собой: полководец исчез.

– Это невозможно. Его высокая должность не предполагает подобных выходок!

– Он расставил ловушки, в которые рискует угодить сам.

– Ваши постоянные нападки загнали его в угол?

– Я полагаю, что скорее он опасался вашего вмешательства.

– То есть он боялся, что правосудие окажется не на его стороне.

– А его друзья его покинули.

– Почему?

– Ашер сообразил, что они его использовали.

– Но солдат не может спасаться бегством!

– Он трус и убийца.

– Если ваши обвинения обоснованны, то почему он не направился в Азию, где у него действительно есть союзники?

– Его отъезд на юг может оказаться обманным маневром.

– Я приказываю перекрыть границы. Ашеру не удастся уйти за пределы страны. Если у полководца не было сообщников, то из этой сети ему не ускользнуть. Кто осмелится ему помогать, нарушая приказ визиря?

Пазаиру следовало бы радоваться своей огромной победе. Полководец не сумеет объяснить свое дезертирство: преданный сообщниками, он в свою очередь предаст их во время второго судебного процесса, который будет возбужден против него. Видимо, он попытался отомстить Денесу и Чечи. Столкнувшись с возможностью своего провала, он предпочел исчезнуть.

– Я направлю местным начальникам приказ немедленно арестовать Ашера. Пусть Кем распространит его среди стражников.

Если отправить документ срочной почтой, то свобода передвижения будет перекрыта полководцу меньше чем через четыре дня.

– Ваша задача этим не ограничивается, – продолжал визирь. – Если в этом деле полководец окажется лишь исполнителем, вы должны добраться до главных виновников.

– Это именно то, что я намерен сделать, – подтвердил Пазаир, который думал о Сути.