Чтение онлайн

– Вставай, а то убью.

Вскочила, как миленькая. Еще один удар ногой - в грудь. Не так уж и сильно, между прочим. Пока только разминка. Урок повторять не потребовалось, поднялась быстро. Еще, в то же место, но сильнее. Закашлялась, личико исказилось гримасой боли.

– Подойди.

Дрожа и вздрагивая, приблизилась.

– На колени. Расстегни джинсы и соси.

Только она коснулась застежки, ударил коленом в лицо. Неплохо - морда в крови.

– Плохо начала. Повтори. И ползи на коленях.

Едва она протянула руки к джинсам, схватил ее за волосы, дернул голову назад с такой силой, что хрустнули позвонки. В синих Викиных глазах застыла мука.

– Да не у меня соси, овца.

Ткнул стволом кольта в губы, чувствуя неодолимое желание выбить ей зубы.

– Давай-давай, оружие тоже ласку любит. И старайся. Если мне не понравится, как ты работаешь...
– он усмехнулся, переложил палец на курке.

Мышцы лица сами собой сложились в привычную маску оскала. Вика побелела, обеими руками вцепилась в пистолет и принялась сосать его с таким усердием, будто он был медом намазан. И при этом не сводила с его лица расширенных глаз.

– Плохо, Викуля. Страсти мало, огня, - он пошевелил стволом у нее во рту, ощутимо задел по зубам.
– И зубами царапаешь. Где экстаз, где техника? В глазах желания не вижу.

Смешно, но она начала изображать что-то похожее. Закатила глаза, пальцами гладила металл...

– Ну что, мистер кольт возбужден в должной мере, можно переходить к следующему этапу. Ты, кажется, обслуживала в свое время иностранцев? Встань в ту позу, которую любят американцы.

Вика послушно улеглась на пол, раздвинула ноги, согнула их в коленях, пальцем потерла клитор, облизнула окровавленные губы. Обалдеть можно. Саша и не подозревал, что реально кого-то унизить настолько.

– Вика, - укоризненно сказал он.
– А как же санитарно-гигиенические требования? Ты же спишь со всеми подряд, у тебя не влагалище, а помойная яма. Мистер кольт рискует подцепить какую-нибудь дрянь.

Вика вскочила, торопливо распечатала презерватив, с улыбкой, смотревшейся жутко на разбитом в кровь лице, натянула резину на ствол. И опять улеглась в рабоче-крестьянскую позицию.

– Я, конечно, понимаю, что большинство американцев консерваторы в сексе, но сегодня мистеру кольту хочется поэкспериментировать с русской красавицей. Раком!

Вика мгновенно перевернулась, встала на четвереньки. Присев на корточки и тщательно прицелившись, Саша со всего размаху засадил ствол во влагалище. Она дико вскрикнула, дернулась; ухватив ее за волосы, он еще пошевелил стволом, имитируя фрикции. По ногам заструилась кровь.

– Ага, у тебя оргазм, мистеру кольту стало слишком свободно. Попробуем в другую дырку.

Это был настоящий садизм. Он трахал ее стволом пистолета во все дыры, разрывая мягкие ткани и сатанея от вседозволенности. Отбросив кольт в окровавленной резине, взялся за автомат.

– А теперь тебя хочет господин калашников. Обслужи-ка и его. Давай, Викуля, отрабатывай деньги, которые я тебе плачу за работу. Слышишь? За работу, а не за треп. Запомнишь науку. Значит, групповуху Светке обещала? Я тебе устрою кое-что похлеще. Я тебе, б..дь, зенитное орудие промеж ног засуну. И только попробуй не испытать оргазм. Ты, падаль, десять лет будешь бомжей на всех вокзалах облизывать, пока они французскими духами благоухать не начнут. Ты у меня на всю оставшуюся жизнь уяснишь, кто дешевка, сучка и шалава, а кто моя жена.

Устав шуровать автоматом в ее внутренностях, превратившихся в кровавую слизь, бросил автомат на пол, выпрямился. Вика тихо выла, еще не веря, что экзекуция закончилась. Почти. Со всей дури ударил ее ногой под ребра.

Она ударилась спиной о шкаф, закатила глаза, судорожно ловя ртом воздух.

– Не прикидывайся. Тебя били похлеще. Привычку имеешь. Я тебя еще пожалел, мог бы все кости дополнительно переломать. А теперь слушай внимательно и запоминай каждое слово. Света - крестная дочь Ученого. Это первое. За одно нехорошее слово по ее адресу я просто обязан убивать. Мало того - я это делаю. Шестерых таких умников уже похоронили. Второе - она моя будущая жена. А ты, если хочешь вымолить прощение, будешь землю под ее ногами вылизывать. Сейчас поедешь домой, вызовешь "Скорую", тебе окажут первую помощь. От госпитализации откажешься, потому что завтра тебе работать. И только попробуй от потери крови сдохнуть! Запишешь номер дежурной бригады "Скорой" и сообщишь его Валерке, чтобы он проверил факт вызова и оказания помощи. Медикам скажешь, что в канаве изнасиловали. Если до утра от тебя звонка не последует - клянусь, я приеду, и ты умрешь куда более мучительной смертью. Завтра позвонишь Светке в клуб, выяснишь, прослушивается ли телефон, и передашь ей вот это сообщение, - Саша сунул бумажку в карман Викиного платья.
– Потом позвонишь Валерке и отчитаешься. И если он разрешит, можешь лечь в больницу и лечиться. Нет - выполнишь то, что он скажет. Ясно? Собирай свои манатки и уматывай. Живо!

Дважды упрашивать не пришлось. Она схватила белье, попыталась натянуть, но Саша остановил ее:

– Куда? Я сказал: уматывай! На лестнице оденешься.

Как была, так и вылетела из его квартиры - голая и в кровище. Саша еще на прощание наподдал ей под зад, чтобы бежалось быстрее.

Избавившись от Вики, с удовольствием навел порядок, вычистил оружие и принял душ. Удивительно, сейчас завтрашний день уже не так волновал его. Отвел душу, называется.

Последнее слово Судьбы.

Света встала в пять утра. Собственно, она не ложилась. Нет, легла, но не спала. Попробуй усни после такого!

К немалому удивлению, вчерашний день завершился для нее удачно. Чума примчался почти сразу, только успел расспросить, как позвонил Эйфель... Света с непередаваемым удовольствием закатила шикарный скандал. Чума полночи сидел на телефоне, обзванивая чуть ли не всех людей в верхах измайловского блока. А затем устроил образцово-показательный разнос той смене охранников, которая чуть не упустила Свету. Причем крыл их не за это. Его, видите ли, достала грубость. Квартиру в сарай превратили. Кто позволил? Чума приказывал? Нет. Тогда ползайте всю ночь, наводите порядок. Поспать Свете они шумом не дали, зато к утру квартира сияла. Чума же буйствовал часов до четырех, потом свалил восвояси. А с утра прислал ее любимую бригаду - Рыжего со товарищи. Этот парень нравился ей больше остальных, у него было великолепное чувство юмора и добродушная физиономия. Даже его постоянное присутствие никогда Свету не тяготило. Умел быть тактичным.

– Чем вчера дело на улице кончилось?
– равнодушно спросила Света в машине.

– Да ерунда, - отмахнулся Рыжий.
– Мы думали, кто-то подстроил аварию, ошиблись. Братки, оказывается, взяли четыре бутылки "рояля" на восьмерых. И упились вдрызг. Хорошо еще, что только пять машин столкнулись, могло быть больше. Чума всех на деньги поставил. А нефига пить на работе, правильно, Светик?

– Хоть не умер никто?

– Не, Пашка в больнице протрезвел, удивился. Помнишь "Бриллиантовую руку"? "Шел, упал. Очнулся - гипс". Вот так и с ним. Да ничерта ему не сделается. Лучше бы по башке дали. Глядишь, от сотрясения мозги на место встали бы.

– Безмозглой башке сотрясение мозга не грозит, - откликнулся парень с переднего сиденья.

– Ты для Эйфеля принарядилась, никак?
– спросил Рыжий, отметив ее суперкороткую юбку.

– Не для Алекса же.

– А ножки у тебя высший класс, - вздохнул он, сделав попытку погладить ее по коленке.

Света решительно шлепнула его по руке. Рыжий засмеялся:

– В роль преданной супруги входишь? Да ладно, дай погладить. Когда поженитесь, на тебя даже посмотреть страшно будет, не то, что коснуться. С Эйфелем братва связываться не будет. Измордует, как бог черепаху. Кстати, так сколько он отвалил за эту побрякушку?
– Рыжий сделал вид, что хочет дотронуться до кулона, но на самом деле его куда больше интересовала Светина грудь в глубоком вырезе тонкого пуловера.