Законченный неудачник
Шрифт:
Надо попытаться. Свен сделал шаг в сторону охранника.
–Господин офицер, прошу вас, пропустите. Обещаем, больше никогда не забудем документы.-Подобно набедокурившому ребёнку, подобострастно распинался Свен и за себя и за жену.-Мы так давно собирались в эту поездку, отпуск вот.., и деньги, теперь не знаю как..
Он запнулся на полуслове, в горло некстати встрял комок. Затылком Свен почувствовал дыхание жены, которая неожиданно молчаливо замерла за его спиной. Офицер посмотрел укоризненно на стоявших перед ним людей, затем бросил взгляд через плечо на окно регистрации, на уходившую вверх по эскалатору семейную пару. Рация прошипела нечто неопределённое и снова притихла. Каменное неопределённого возраста лицо его показалось сейчас несколько более мягким, словно оттаивающим от северного льда. Может быть потому что дежурство подходило к концу, или же не было больше вокруг народа, перед которым имидж требовал держать маску официальной строгости.
–Ну хорошо, проходите на этот раз. И поторапливайтесь.
–Спасибо тебе, парень!-Просветлел лицом беженец.
С подхваченным влёт чемоданом, на всех парах, Свен с Анникой устремились к вот-вот начинающей затворяться цели-регистрационному окошечку. Ещё через пять минут, с электронными ключами от каюты, мигом пронёсшись по трапам и эскалаторам, ухмыляясь и подшучивая друг над другом, как подростки, они ввалились в последнюю минуту на борт корабля под названием "Мариэлла", одного из нескольких курсирующих по Балтийскому морю судов компании Викинг-Лайн. Трап тут-же начал сворачиваться.
–Добро пожаловать на борт.-Улыбающийся служащий судна в белом мундире протянул им листок с вечерней программой развлечений.
2
За восемь часов до этих событий Свен выбежал из своей квартиры в Окселёсунде и направился в ближайший торговый центр на площади Йерн-Торьет, направился с несколькими пустяковыми делами. Во-первых подкупить в дорогу табаку-снуса (в Швеции в ходу разновидность табака под названием снус, который напоминает жевательный табак, но не жуётся, а закладывается под нёбо; продукт этот довольно крепок и с непривычки может если не совсем сбить с ног, то заметно расслабить человека впервые попробывавшего продукт), а потом заскочить в универсам и взять что-нибудь быстроприготовляемое к обеду, ну например картофельный салат, заправленный майонезом, и цыплёнок-гриль. Знатный обед! Вообще день начался на удивление хорошо. С утра солнце пригревало не избалованный хорошей погодой портовый городок, настроение приподнятое, и Анника уже который день подряд была в неплохом расположении духа, они даже ни разу за последние пять дней не поругались. Очередная выплата страховки по безработице весьма кстати осела на банковском счету Свена (заказывать дринки в корабельных барах будет на что). День обещал быть удачным, и предчуствие этой самой неуловимой удачи вдруг спонтанно подтолкнуло Свена купить в киоске не только снус, но и заодно лотерейный билет Трисс (мнгновенная лотерея, с билета стирается позолоченый налёт краски открывая окошечки возможного выигрыша; всего девять квадратиков-окошек, если в трёх окошках совпадают между собой числа, то билет выигрышный, сумма выигрыша определяется указанным числом на тех самых трёх идентичных оконцах). Лотерея этого типа была частью государственной Шведской монополии прибыльных азартных игр, и приносила стране баснословную прибыль. Кто его знает, а вдруг именно сегодня улыбнётся фортуна? Свен и раньше случалось покупал Трисс, в молодые годы раз или два в неделю, выиграть довелось лишь трижды: первый раз пятьдесят крон, а потом пару раз по тридцать, билет же стоил тридцатку. "Сейчас может быть повезёт", подумал про себя Свен. Трисс вклинился в одно из отделений портмоне и улёгся во внутреннем кармане куртки. "Потом отскоблю, пусть пока полежит, сердце погреет." Заведомо самообманное чуство того что Трисс действительно способен внезапно обогатить безработного работягу, тем не менее грело сердце. Пусть и мизерный шанс, но есть. Хотя бы сегодня настроение поддержит, и то хорошо, рассуждал Свен, и только за это уже готов был платить, оторвать тридцатку от нежирного пособия. Втайне от супруги.
Действительно, дальнейшее развитие событий продолжало указывать на то что удача не совсем оставила бедолагу. Новое подтверждение тому Свен получил, не успев дойти до дома. Нежданно-негаданно позвонил один из старых приятелей, работающий шиномонтажником, и рассказал что фирме скоро, через пару недель, потребуется ещё один шиномонтажник. С шефом он уже переговорил, Свена готовы взять на временную работу, с небольшим испытательным сроком. Уже после обеда, когда Свен с Анникой направлялись к автобусной остановке, снова затренькал в кармане старенький видавший виды мобильник. К большому удивлению Свена, звонил его двадцатипятилетний сын от первого брака, Йорген, с которым они давно, наверняка с полгода, не общались. Сколько-нибудь весомой причины к разногласию и не было; Свен просто считал высокомерные замашки сына одним из усугубляющих факторов семейных невзгод, высказал это ему напрямую; сын парировал аналогичным утверждением, оба перестали после этого звонить друг другу. Свен молчал, Йорген из гордости тоже не отзывался. До сегодняшнего дня, когда сын, к радости удручённого нелепой размолвкой Свена, вдруг объявился. Напрямую перемирия не предложил, но разговаривая как ни в чём не бывало, высказал идею встретиться как-нибудь вечерком, поужинать вместе. Опять же трёхлетняя Эмма, внучка Свена, скучает за дедушкой и спрашивает куда же он в последнее время запропастился. Дедушка и сам горевал от самому себе же навязанной невозможности навещать внучку. На весенней распродаже магазина игрушек "Лекхусет" купил он куклу Барби в подарок Эмме, но суперкукла пылилась в одёжном шкафу, небрежно приткнутая в левом углу между зимними куртками; каждый раз, доставая ту или иную одёжку, Свен встречался взглядом с её всё более тускневшими глазами, и словно сам тоже понемногу угасал. Убрать же её совсем с глаз долой не хотелось, наполовину спрятанная она странным образом вселяла надежду на премирение. И вот сегодня всё разрешилось в наилучшем виде. Договорились созвониться через три дня и точно решить где и когда собраться на семейный совместный ужин.
Почти двухчасовая поездка трансферного фирменного автобуса Викинг-Лайн пролетала незаметно. Часть пассажиров из особенно нетерпеливых уже в салоне двухэтажного Неоплана, не особо скрываясь, откупоривала ёмкости всевозможных алкогольных напитков. Народ ехал преимущественно группками от двух до десяти душ, одиночных странников практически никогда не наблюдалось. Первый заброс людей в автобус происходил в городе Вадстена в 260 километрах югу от Стокгольма, затем пополнение подбиралось по ходу трассы Е4 в Линчёпинге, Норрчёпинге, Окселёсунде, после чего трансфер шёл уже прямиком в порт. С севера продолговатой Швеции двигался ещё один автобус, многие же ехали и на собственных машинах, паркуясь в порту либо загоняя их на борт, в зависимости от того какие у народа были планы. Некоторая часть пассажиров явно была завсегдатаями, видимо мотались в мини-круизы частенько, более или менее знали друг друга; кое кто на правах старого знакомца перебрасывался словцом с водителем. Тот старался держаться официально корректно, на остановках информировал вливающийся в автобус народ о правилах поведения в транспорте, но на мелкие нарушения предпочитал закрывать глаза.
–Добро пожаловать в трансферный автобус компании Викинг-Лайн, мы прибываем в порт Стадсгорден в Стокгольм в 15:30, информацию о выходах на посадку на корабли в Хельсинки и в Мариехамн вы можете получить у стоек регистрации в порту. Туалет находится в задней части автобуса. На борту имеется возможность бесплатного подключения к интернету, есть сеть 220 В для подзарядки электронных устройств. Распивать спиртные напитки в салоне, к сожалению, запрещено. При выходе прошу вас не забывать свои вещи, и пожалуйста, берите с собой и выбрасывайте мусор в предназначенный для этого контейнер сразу при выходе из автобуса в порту, этим вы очень облегчите мне работу по подготовке транспорта к следующему рейсу. Если у вас возникнут какие-либо вопросы, не стесняйтесь, обращайтесь к водителю. Приятного вам отдыха.
Полагающиеся по правилам ремни безопасности (пассажирам только междугородних автобусов, но не городских) редко кто использовал. Характерные хлопки и скрежет откупориваемых здесь и там спиртосодержащих ёмкостей свидетельствовали о том что и сухой закон на борту трансфера явно не собирались блюсти. Водитель, средних лет мужчина в белой рубашке и тёмных солнцезащитных очках, посматривал время от времени в зеркало на действия народа в салоне. Пока не происходило излишне много шума или явного беспорядка (что случалось крайне редко), он равнодушно и с пониманием относился к мелким нарушениям, давая людям культурно отдыхать. Кое-где в салоне завязывались поверхностные знакомства, некоторые отдыхающие бродили с одного этажа на другой, бесцельно болтали, угощали друг друга пивом. Обычно характерная нордическим лицам сдержанность, граничащая на первый неопытный взгляд с асоциальной нелюдимостью, тут вдруг заметно отпускала, превращала напускное безразличие во вполне компанейский склад характера. Воспитанные в духе уважения к власти, закону, и личной жизни отдельных индивидумов, граждане проявляли данное им воспитание в мелочах и в крупном. Начиная от незыблемой веры в правильность государственных устоев королевства до избегания присаживаться рядом с незнакомым человеком на двойном сиденье в общественном транспорте, покуда есть вокруг другие свободные сидения. Для некоторых народов других стран, как то южных, такой уклад не укладывался в голове; латиноамериканские и испанских кровей граждане были приучены к иным порядкам и присев рядом со шведом в полупустом вагоне частенько недоумевали, натыкаясь на косой взгляд незнакомого спутника. Впрочем, холодность эта не пронизывала северный народ до мозга костей. Те из примешивающихся к коренному населению представителей иностранных племён, кто не ограничивал себя безвылазной жизнью в гетто бетонных пригородов среди своих соплеменников, и кому удавалось найти свое место и друзей в обществе, могли засвидетельствовать что, во-первых, шведы при соответствующих обстоятельствах не дураки повеселиться не хуже тех же латинцев, а во-вторых были многие людьми отзывчивыми, и очень хорошими друзьями, стоило только сойтись с ними поближе.
Автовус был заполнен примерно на две третьих; на последней остановке, в Окселёсунде, вошло кроме Свена с Анникой лишь четверо: пожилая пара и, видимо, их дочь с девочкой-подростком. Две молодые женщины, сидевшие сзади Свена с Анникой, увлечённо обсуждали проблемы знакомств по интернету.
–Представь, интересная фотка в профиле, но… прочитала его данные, знаешь что написано? "Заинтересован знакомствами со всеми, но предпочтительно с женщиной".
–Вот как? Ну видно сильно озабочен парень!-Обе женщины прыснули.
–Вот смотри.-Взмахнула одна из них смартфоном перед носом приятельницы.
–С виду хорош. Но неизвестно его ли это настоящая фотка.
–Может его но старая, двадцатилетней давности, когда в самом расцвете был. Такие рубашки носили в девяностых годах.-Женщины снова загоготали, на секунду перекрывая выстрел и шипение откупориваемой где-то впереди бутылки.
Шампанское, оказалось, открывалось в непосредственной близости. Не в меру разукрашенная дама средних лет, принадлежавшая, судя по её перекличкам с другими, пёстрой компании человек из десяти, держала в руках пузатую трёхлитровую бутылку шипучей жидкости. Сидела она одна на ряду прямо перед Свеном с Анникой, но видно её практически не было, частично из-за малого роста, частично из-за того, что дама всё время была уткнута лицом между сидениями впереди её, оживлённо участвуя в беседе с компаньёнами. Именно она произвела неосторожный выстрел. Пробка выскочила наискос-вверх, ткнулась в лампу индивидуального освещения над сиденьем (лампа каким-то чудом уцелела), затем отрикошетила назад и задела плечо Свену. Водитель обеспокоенно покосился в зеркало обзора салона, но не обнаружив ничего подозрительного, продолжал обгон старого пикапа.
–Ой, я дико извиняюсь, с вами всё нормально? Вас не задело?-Дама уткнулась теперь в промежуток между сидениями перед Свеном и Анникой, её вытаращенные накрашеные глаза метались от Свена к Аннике и обратно, словно пытаясь определить кто у них за главного или у кого просить прощения в первую очередь. Одновременно она предпринимала безрезультатные попытки привстать с сидения, придерживаясь одной рукой и держа гигантскую бутылку другой рукой. Идущий же на обгон покачивающийся автобус вкупе с явно недавно испитыми дамой алкогольными напитками гнули даму к сидению.
–Да нет, ничего страшного.-Ответила Анника с лёгким смехом в голосе.-Ты ведь не пострадал, Свен?
–Нет нет, не беспокойтесь..
– Согласно подтвердил супруг.
Шампанское тем временем, толкаемое давлением из бутылки вверх, выползало белой волнистой пеной даме на колени.
–Эй, Камилла, какого чёрта, ты же испортишь всё платье!-Вынырнула вдруг откуда-то подруга дамы. Остальная компания тоже заметила досадный эксцесс, кто-то захохотал, кто-то вытащил заранее припасённые на всякий случай влажные салфетки в надежде спасти дорогое платье.